Плоть и кровь
Шрифт:
Значит, ей суждено умереть, теперь это совершенно ясно. Но это не имеет значения. Останься она жить, ее жизнь так или иначе превратится в пустыню. Она своими руками убила последний шанс вернуть любовь мужа.
Ее вдруг прошиб холодный пот. Дети! Они-то чем заслужили такую участь? Почему они должны расплачиваться за грехи родителей?
Джордана поднялась со стула.
— Да, пожалуй, выпью. Нет ли у вас вина?
— Есть. Лейла, принеси бутылку вина.
Девушка злобно посмотрела на него, медленно встала и неохотно
— Два стакана, Лейла, — процедил Ясфир.
Девушка подошла к буфету и достала два простых стакана.
— У нас нет открывашки, — буркнула она.
— Неважно, — Ясфир приставил горлышко бутылки к выступающему краю умывальника, и пробка отлетела. Всего лишь несколько капель пролились на белую эмаль раковины. Ясфир наполнил стаканы и протянул один Джордане. Та, словно завороженная, смотрела на алую жидкость и не могла пошевелиться. Цвет вина напоминал кровь. Ее собственную. Кровь ее детей.
— Берите! — резко сказал Ясфир.
Джордана очнулась.
— Нет! — она внезапно выбила у него из рук стакан. — Нет!
Стеклянный сосуд ударился о его грудь, залил рубашку и костюм алой жидкостью. Ясфир рассвирепел и ударил Джордану по лицу.
— Сука!
Она упала на пол, но почему-то не чувствовала боли, только тупой страх. Комната плыла у нее перед глазами. Ясфир нагнулся и вновь занес руку. Джордана крепко зажмурила глаза. Он принялся хлестать ее по щекам. Рядом хохотала Лейла.
Потом град ударов прекратился, и она вдруг почувствовала, что с нее срывают одежду. Затрещала тонкая ткань. Джордана открыла глаза. Комната была полна солдат.
Над ней возвышался Ясфир, с багровым от напряжения лицом. Рядом стояла Лейла, ее глаза пылали дьявольским огнем. Джордана отвернулась и увидела двух солдат, которые ее привели, и двух охранников. За их спинами виднелисьеще солдаты. Все были одинаково возбуждены, один лишь Рамадан не поддался всеобщему безумию и сидел в кресле с отвращением на лице.
Джордана вдруг поняла, что лежит совсем голая, и попыталась укрыться руками. Лейла загоготала.
— Потаскуха пытается спрятать то, что раньше с таким удовольствием выставляла напоказ!
Она опустилась на одно колено и стала отдирать руки Джорданы от интимных частей ее тела, распиная молодую женщину на полу. Потом обвела безумным взглядом солдат.
— Кто первый попробует шлюху моего отца?
— Я его жена! — крикнула Джордана, изо всех сил пытаясь ослабить мертвую хватку озверевшей Лейлы. — Мы обвенчались перед лицом Аллаха!
В комнате стало тихо. В настроении солдат произошла чуть заметная перемена. Им вдруг стало не по себе. Они начали переглядываться, а затем потихоньку потянулись к выходу.
— Вы что, струсили? — орала вслед Лейла. — Побоялись продемонстрировать на этой проститутке свое мужское достоинство?
Не
Лейла отпустила запястья своей жертвы и поднялась с пола. Бросив взгляд на двоих мужчин за столом, она тоже молча опустилась в кресло.
Тогда Рамадан впервые пошевелился. Он оставил кресло, подошел к Джордане, опустился на колени рядом с ней, просунул руку ей под плечо и помог встать.
Она тщетно пыталась закрыть потаенные части тела. Рамадан снял с вешалки мужское пальто и накинул ей на плечи. Потом открыл дверь и кликнул одного из солдат:
— Проводи мадам Аль Фей в ее вагончик.
— Спасибо, — прошептала она. Он не ответил.
— Надежды нет? — спросила Джордана.
Он вновь не проронил ни звука, но по тому, как изменилось выражение его лица, Джордана угадала ответ.
— Мне все равно, что будет со мной, — настаивала она. — Но дети. Умоляю, не дайте им погибнуть!
— Я только солдат и должен подчиняться приказам, — помимо его воли, в голосе Рамадана зазвучали сочувственные нотки. — Но постараюсь сделать, что смогу.
Она кивнула и отвернулась, чувствуя страшную слабость; у нее подкашивались ноги. Какой-то солдат поддержал ее за локоть. Как ни странно, по мере приближения к вагончику к Джордане возвращались силы.
Надежда не совсем еще покинула ее. Крошечная, но надежда.
ГЛАВА XV
Хамид опустил бинокль, при помощи которого можно было видеть в темноте. Со своей позиции между деревьями ему удалось разглядеть, где расположены вагончики с заложниками. Он бесшумно скользнул вниз по стволу дерева.
— Ну, что? — встретил его Бен Эзра.
— Я знаю, где они содержатся. В центре лагеря. Чтобы до них добраться, придется миновать все остальные вагончики. Мужчины и женщины содержатся отдельно. Каждый вагончик охраняется двумя солдатами спереди и еще двумя — с тыла. Самый большой вагончик отведен под штаб. Перед ним стоят три «джипа».
— Сколько там может быть солдат?
Хамид быстро прикинул в уме. На гребне стены двенадцать пулеметов, возле каждого дежурят двое. Если охрана сменяется каждые двенадцать часов, значит, уже сорок восемь человек. Восемь солдат караулят пленников. Плюс остальные, которых ему удалось высмотреть.
— Человек девяносто или сто.
Бен Эзра задумчиво кивнул. В его распоряжении было восемнадцать человек, которых он мог послать в атаку. Двое должны будут остаться охранять взлетную полосу, которую они заняли час назад, уложив семерых бойцов Братства. Собственно говоря, Бен Эзра не собирался отправлять их на тот свет, но йеменцы по-своему поняли задание, а онслишком поздно вспомнил, что йеменские горцы не берут пленных.