Плоть и кровь
Шрифт:
– Вы говорите так, словно хорошо ее знали.
– Она работала у нас четыре месяца.
– Начиная с лета?
– Да, с конца июля. Мы давали рекламу во время летней сессии.
А ведь Лорен еще не училась в университете в то время... Я решил промолчать.
– Значит, мисс Тиг была разумнее других студентов. При этом она была еще и старше многих, – сказал Майло.
– Верно. И даже на фоне своих ровесников она выделялась.
– Она работала все четыре месяца полный рабочий день?
– У нее был скользящий
Даггер вытер губы тыльной стороной ладони. Его колени перестали дрожать. Видимо, рассказывая подробности о работе, он успокоился.
– Как вы сообщали Лорен, чтобы она пришла?
– По пейджеру.
– Когда вы в последний раз звонили ей на пейджер?
– Точно не припомню. Хотя, если вы позвоните завтра в ньюпортский офис, я позабочусь, чтобы там подготовили карточку учета.
– А почему в ньюпортский, а не офис в Брентвуде?
– Офис в Брентвуде еще новый и пока не работает.
– Значит, вы отправляли Лорен сообщение, и она приезжала?
– Да.
– А сколько "подсадных уток" вы используете в данном эксперименте?
– Еще двух женщин и одного мужчину. Они не знают друг о друге. И никто не знал Лорен. Мы соблюдаем чистоту эксперимента.
– Со сколькими испытуемыми работала Лорен в той комнате?
– Не могу вам сказать.
– Почему? Ведь это не конфиденциальная информация?
– Не думаете же вы, что я вручу вам список участников эксперимента? Мне очень жаль, но я действительно не могу этого сделать. Детектив, я не учу вас исполнять вашу работу, но все же уверен – существуют более эффективные способы расследовать дело.
– Например?
– Не знаю. Просто эксперимент не имеет никакого отношения к убийству. Господи, от одной только мысли, что кто-то разрушил такую кипящую энергией жизнь, становится тошно.
Майло встал, прошел мимо Даггера и остановился возле стеклянной стены. На юго-западе небо покрывалось клочками облаков.
– Прекрасный вид, – сказал он. – У вас с Лорен были личные отношения?
Даггер скрестил пальцы на руках. Опять быстро посмотрел наверх.
– Нет, если не считать личными отношениями то, что иногда мы ходили выпить чашечку кофе.
– И часто вы пили вместе кофе?
– Пару раз. Несколько раз. – Даггер побледнел. – После работы.
– Только вы и Лорен?
– Иногда к нам присоединялись и другие сотрудники. Особенно когда мы поздно заканчивали работу и все хотели есть.
– Но обычно вы были вдвоем?
– Я бы так не сказал, – произнес профессор натянуто. – Мы ходили в ресторан, а там, сами знаете, и другие люди бывают.
– Какой ресторан?
– Скорее разные кофейни. "Асиенда" на бульваре Ньюпорт, "Корабли" и другие.
Даггер
– Я хочу подчеркнуть: у нас с Лорен не было сексуальной связи. Если вам так уж необходимо охарактеризовать наши отношения, то они больше походили на отношения студента с преподавателем.
– Вы разговаривали о психологии?
– Да.
– О каких аспектах психологии?
Даггер продолжал смотреть на Майло.
– В основном обсуждали общие вопросы, теорию психологии. Иногда говорили о возможностях карьерного роста Лорен.
– Студенты склонны воспринимать преподавателей в качестве доверенных лиц, – продолжал Майло, встав таким образом, чтобы смотреть прямо в лицо Даггеру. – Лорен рассказывала вам о своей личной жизни? О семье?
– Нет, – последовал ответ. Даггер опять вытер губы, а его колени затряслись с новой силой. – Я исследователь, а не психотерапевт. Лорен задавала очень грамотные вопросы о схеме проведения научного исследования. Почему мы строим эксперимент именно так, а не иначе. Как мы разработали эту гипотезу. У нее даже хватало смелости и ума вносить свои предложения.
Даггер взъерошил редеющие волосы. В глазах отражалось нешуточное волнение.
– У нее был громадный потенциал, детектив. Смерть Лорен – потеря для психологической науки.
– Она не рассказывала о своем предыдущем опыте работы?
– Данные должны быть отмечены в ее трудовой учетной карточке.
– А в разговорах подобная тема не всплывала?
– Нет.
– Хотелось бы взглянуть на ее карточку, сэр, а также на любые другие документы, имеющие отношение к Лорен.
Даггер вздохнул.
– Я постараюсь подготовить их для вас к завтрашнему дню. Приезжайте в ньюпортский офис после одиннадцати.
Майло подошел к дивану, на котором сидел я, однако сам присаживаться не стал.
– Спасибо, сэр... Итак, Лорен не упоминала о своей профессиональной биографии?
– Профессиональной? – переспросил профессор. – Не понимаю.
– Доктор Даггер, знаете ли вы хоть что-то, что могло бы помочь мне в расследовании? Может, кто-нибудь обиделся на Лорен? Или желал ей зла?
– Нет, – ответил Даггер. – Мы все ее любили. – Он повернулся ко мне. – Как вы вообще вышли на меня?
– Ваше имя было в ее записях.
– В ее записях... – эхом отозвался Даггер и на секунду закрыл глаза. – Как грустно.
Майло еще раз его поблагодарил, и мы направились к выходу. Профессор хотел взяться за дверную ручку, но Майло опередил его, при этом не торопясь открывать дверь.
– Вы женаты, доктор Даггер?
– Разведен.
– Давно?
– Уже пять лет.
– Дети есть?
– К счастью, нет.
– К счастью?
– Развод травмирует детей, – сказал Даггер. – Мою группу крови вы тоже хотите знать?