Пловец

Зандер Йоаким

– Но вероятность большая?

– Семьдесят процентов. Объект был одет как подросток, и сквозь снег было плохо видно. Но он был вместе с женщиной, похожей на Габриэллу Сейхельман. Они прятались за бензоколонкой. И лодка подошла слишком быстро с неожиданной стороны и с выключенными сигнальными огнями.

Рейпер задумался.

– Мы не можем допустить ошибки. Нужно быть уверенными на сто процентов, прежде чем атаковать, – сказал он и нажал на кнопку в наушнике.

– Действуем по плану Б. Ждите команды. Не атаковать ни при каких обстоятельствах,

пока не получим стопроцентную идентификацию.

Он повернулся к Кирстен.

– Мы выследим их с помощью радара. Не думаю, что они будут прятаться у родителей Вальден. Это была не их лодка. Чья она может быть? У нас есть информация?

– Никакой, – покачала головой Кирстен. – Нам ничего не известно.

Рейпер кивнул. Повернувшись, чтобы пойти к лодке, он заметил Георга, но и бровью не повел. Вместо этого он повернулся к Кирстен:

– Ты ведь проследишь за нашим шведским приятелем? Джош сказал, что спальня готова.

– Конечно, – ответила Кирстен. – Все по протоколу.

Рейпер ушел. Георг проводил его взглядом. Через несколько минут он увидел, как моторка бесшумно отчалила от пирса с выключенными огнями и скрылась в снежно-серой пелене.

– Георг, – сказала Кирстен, – мы входим в операционную фазу, и тебе лучше не знать подробностей. Поверь мне. Я запру тебя в спальне.

Георг вздохнул. Но сил сопротивляться у него не было. Все силы ушли на борьбу со страхом. Но он все равно попытался.

– Серьезно? Кирстен, неужели это правда необходимо?

Кирстен показала на дверь.

– Не глупи, – сказала она спокойно и улыбнулась. – Хватит ребячества. У нас нет на это времени.

– Whatever [23] , – пожал плечами Георг.

23 декабря 2013 года

Аркесунд

Только когда лодка сделала поворот на сто восемьдесят градусов и отошла далеко от пирса, Габриэлла осмелилась приподнять голову и посмотреть на Клару. Девушки лежали пластом на мокрой палубе. Телом Габриэлла чувствовала, как подпрыгивает на волнах лодка. Море казалось живым организмом. Все лицо у нее было мокрое от растаявшего снега. Клара улыбнулась ей. Габриэлла видела, что ее губы шевелятся, но шум ветра заглушал звуки.

23

Ну и ладно (англ.).

– Что? – крикнула Габриэлла.

Клара показала рукой на рубку.

– Пошли внутрь, пока не примерзли к палубе, – крикнула она.

Они поднялись на колени и поползли к рубке. Дверь открылась изнутри, и девушки буквально ввалились в тесную кабинку.

Крупный мужчина в старом пальто сжал Клару в медвежьих объятьях. На вид ему было лет сорок, но Габриэлла знала, что Буссе всего на пару лет старше подруги. Наверное, его сильно старила залысина и обрамлявшие ее светлые, почти седые

волосы. Странно, что он не побрился налысо. Рост у него был под два метра, а весил он не меньше ста килограммов. Клару не видно было за его ручищами.

– Клара! – крикнул он. – Что за черт! Как ты могла вляпаться в такую историю?

Клара высвободилась из объятий и посмотрела в окно.

– Я все объясню, Боссе. Но сначала нам нужно спрятаться. Ты видел другие лодки в гавани?

– Нет, – сказал он, увеличивая скорость катера. Лодка снова подпрыгнула на волнах. – Но в такой снегопад трудно что-то увидеть.

Клара кивнула. Из-за снега действительно ничего не было видно. Одна серая каша за окном.

– Буссе, это моя лучшая подруга Габриэлла.

Габриэлла вытерла мокрое от снега лицо и протянула руку, стараясь не потерять равновесие. Лодку сильно качало.

– Габриэлла. Приятно познакомиться.

Приятно познакомиться? Как будто они на вечеринке дома у Клары, а не в лодке посреди моря на пути в укрытие, где неизвестные бандиты не смогут их найти.

Буссе взял ее руку, притянул девушку к себе и тоже сжал в объятьях.

– Правда? – сказал он. – Надеюсь, это не ты втянула Клару в это дерьмо.

– Нет, скорее наоборот, – ответила Клара.

– Черт, – выругался Буссе и повернулся к Кларе. – Ты же всегда была примерной девочкой, Клара. Никаких проблем в школе. Лучшие оценки. Юридический факультет и прочая хрень. А теперь ты оказываешься связана с террористами. И эта девушка ругала меня за то, что я приторговываю самогоном в Сандене?

– Теперь мы квиты, – сказала Клара.

– Кстати, у тебя есть радар?

Она оглянулась по сторонам.

– Радар? Думаешь, я не знаю дорогу? Вспомни, сколько раз я тебя возил тут. Да ты и сама можешь вести лодку с закрытыми глазами. На кой черт мне радар?

– Не для навигации. Для того, чтобы узнать, не преследуют ли нас.

– Преследуют?

Буссе нахмурил кустистые брови и покачал огромной головой. Он внимательно оглядел Клару.

– Что случилось с твоими волосами?

– Она оставила их в Амстердаме, – ответила за Клару Габриэлла. – А куда мы, кстати, направляемся?

– В убежище Буссе. Оно называется «шхеры контрабандистов». Настоящее название я не помню. У семьи Буссе там есть хижины. Все его предки были контрабандисты, правда, Буссе? Там они прятали товары. Семья Буссе – противники государственной монополии на торговлю алкоголем.

Буссе гордо улыбнулся.

– Как раз наоборот. Не будь монопольного магазина, у нас не было бы спроса на товар. Тогда папе пришлось бы бросить торговлю контрабандной водкой, а мне варение самогона. В шхерах наш склад. Раньше мы с Кларой туда плавали летом. Рыбу ловить и купаться. Да, Клара?

Клара кивнула.

– А еще я готовилась там к экзаменам во втором семестре. Там тебя ничего не отвлекает от учебы. Это маленький скалистый островок посреди моря. Кажется, что ты ближе к Финляндии, чем к Стокгольму.