Побег
Шрифт:
– Я согласен, – сказал Сэдлер, – что ты хорошо умеешь сражаться с преступниками и защищать людей. Но вот что касается твоей собственной защиты или понимания методологии власти, то тут ты очень наивен. Тобой займется не правительство, а Роман Маковски. И что бы ни случилось, у него будет столько посредников, что потом никто не сможет предъявить ему обвинение.
Люди, которые стремились к диктатуре, не останавливались перед тем, чтобы истребить половину населения страны, если это было им выгодно. Для них убить черного эфбээровца и его семью что раз плюнуть. Если придется одновременно пристрелить
– Как вы умеете ободрить человека, мистер Сэдлер. Вы будете душой общества на любой вечеринке.
Сэдлер приоткрыл окно и выбросил окурок.
– На вечеринке, на похоронах – мне все равно. Я навидался этих церемоний больше, чем достаточно.
Глава девятая
Река Чартер перерезает восточную часть Метроу, словно открытая рана. Когда Роуз в детстве выбиралась сюда с отцом, кое-где эта рана уже начинала гноиться кучами мусора и масляными разводами. Но сейчас вода здесь была значительно чище; она даже пахла водой.
В первый раз тогда она спросила у отца, морща нос от невыносимого смрада:
– Папа, что это тут так воняет?
– Люди иногда забывают, что природу надо любить, дочка. Ты ведь никогда не видела, чтобы животные облегчались в реку, а люди это делают. Они сначала бездумно загрязняют воду, а потом жалуются, что приходится жить возле болота.
С тех пор Роуз не задумывалась об этих словах, но теперь поняла, что ее отец оказался настоящим пророком. Это выяснилось, когда люди уяснили себе важность экологической проблемы. К сожалению, мистер Шеперд не дожил до этого.
Пакгауз, который ФОСА использовал в качестве гаража, находился на островке площадью в две квадратные мили в старом промышленном районе Метроу. С берегом островок соединял мост.
Предприятия здесь давно уже не работали, лишь сдавались в аренду под склады и хранилища какие-то полуразрушенные строения. А мост был разводной, чтобы по реке могли проходить не только баржи, но и суда покрупнее. Смотритель моста размещался в будке со стороны пакгауза.
Из-за этого моста – точнее, из-за того, что ФОСА мог с легкостью контролировать его – Холден в свое время и отложил операцию.
– Но почему мы не можем нанести удар сразу? – часто спрашивала его Роуз.
– Потому что мы не можем атаковать с их стороны, если не воспользуемся катерами или водолазами; водолазного оборудования у нас нет, а катера поднимают слишком много шума. А если мы сунемся туда на весельных лодках и нас заметят, то просто перебьют как уток. Не забывай, на операцию пойдет не подразделение спецназа, а несколько ветеранов Вьетнама, несколько бывших полицейских, служащие банков, домохозяйки, механики и слесари. Все ясно? Нет, единственный способ – это попытаться малыми силами захватить будку смотрителя, удержаться там, не вызывая подозрений, а в нужный момент развести мост. Тогда все они, голубчики, окажутся в зоне нашего огня, и деваться им будет некуда. Другого пути нет. А поскольку количество людей в гараже каждый день разное, мы не можем выбрать подходящее время. А ведь если
Роуз выбрала для операции шестерых «патриотов», включая себя. Пэтси Альфреди возглавила группу, которая должна была прикрыть отход диверсантов со стороны города.
Остальные пять человек в ударном отряде были мужчинами. Все вызвались добровольно, иначе Роуз бы не согласилась; впрочем, желание идти выразила половина лагеря. Пришлось выбирать.
Все пятеро прошли хорошую подготовку в армии, один даже служил в морской пехоте. Все были проверены в предыдущих операциях. Никто из них не был женат и не имел детей.
И вот теперь Роуз сидела вместе с ними на борту грузовичка.
– Гарри, ты возглавишь вторую группу и поведешь ее, как только получишь от нас сигнал, что будка захвачена.
Гарри – высокий чернокожий мужчина тридцати восьми лет – кивнул.
– Покажете флажком на крыше будки – качнете вверх-вниз.
– Хорошо, – согласилась Роуз.
Потом она повернулась к двоим бойцам, которые должны были идти с ней через мост. Они были одеты в черные армейские комбинезоны. Роуз взглянула на часы.
– Выступаем через две минуты. Перейдем мост и обойдем будку с тыла. У нас будет достаточно взрывчатки, чтобы взорвать мост, но делать это можно лишь если не останется другого выхода, чтобы прижать тех ублюдков из ФОСА. Поэтому, Боб…
Она взглянула на высокого рыжеволосого парня.
– Держи заряды наготове, но ничего не предпринимай без моего приказа. Если меня убьют – командует Гарри. Он мой заместитель.
Боб кивнул.
– Заряды мощные. Мне понадобится примерно три минуты, чтобы их установить. Они сорвут петли со своей стороны, и мост готов. Повторяю, если кто-то окажется поблизости от того места, – он труп.
– Ясно, – сказала Рози. – Итак. Боб, Мо, мы берем под контроль мост, ждем сумерек и даем сигнал. Гарри со своими подходит и располагается за гаражами. Когда боевики начнут покидать здание и мы увидим, что большинство уже на улице, мы разводим мост, и Мо – с помощью Боба – открывает пулеметный огонь.
Пулемет был захвачен у ФОСА несколько недель назад.
– Боб и Мо прижмут их очередями, так что Гарри со своей группой будет иметь свободный доступ в гараж. Мы постараемся убить как можно больше этих ублюдков, а Гарри тем временем угонит машину. Как только заряды будут готовы к взрыву, они дадут нам радиосигнал об этом. Людей на мосту мы забросаем газовыми гранатами.
Они решат, что мы собираемся атаковать, но мы не будем поднимать мост. Они воспользуются этим и пересекут разделительную линию. По крайней мере, я надеюсь на это. Тогда Пэтси откроет по ним огонь со своей стороны, тоже стараясь уложить побольше боевиков. А мы прыгаем в машину, которую раздобудет Гарри, и даем газ на полную. Когда мы пересечем разделку моста, Гарри взорвет свои заряды там, а также те, которые предварительно заложит вокруг гаража. Таким образом мы разворотим все это осиное гнездо. Есть вопросы?