Побег
Шрифт:
– А, все та же старая история! – Джанет обрадовалась, что Джессика не сказала ничего нового. – Мы уже миллион раз слышали, как ты получила кепку Бакса. Давай ты не будешь рассказывать это в миллион первый раз.
Джессика выдержала драматическую паузу, потом гордо взглянула на Джанет:
– Ну, тогда вы, наверное, не хотите слушать и про то, что Бакс станет почетным Единорогом.
Даже Джанет потеряла дар речи. На несколько секунд все девочки застыли в изумлении, потом заговорили разом.
– Потрясающе! – проворковала семиклассница Мэри Джаччо.
– Невероятно! – поразилась
Темные глаза Кимберли Хейвер заблестели.
– Расскажи нам все, Джессика. До мельчайших подробностей!
– Погоди. – Джанет говорила недоверчиво и одновременно с надеждой. – Ты хочешь сказать, что из-за какой-то кепки Джонни Бакс вдруг вступит в наш клуб?
– Он уже знает про нас. Я написала ему о Единорогах. А последнее письмо – даже фиолетовыми чернилами!
Хотя „последнее" письмо также было и первым, Джессика была уверена, что все, о чем она сейчас говорит, непременно сбудется. Лишь бы попасть на концерт!
– В этом году, – важно сообщила она, – я вовсе не собираюсь в сотый раз рассказывать вам все ту же историю. Я встречаюсь с Долларом после концерта, и он украсит мою кепку самым драгоценным в мире автографом!
– Как романтично, – вздохнула Эллен.
– Он правда встречается с тобой? – Глава „Клуба Единорогов" теперь смотрела на Джессику с нескрываемым уважением.
– Да, если только… – Джессика качнула ресницами, как героиня подросткового сериала. – Если только мои родители нам не помешают. Понимаете, папа с мамой не хотят, чтобы мы встретились.
– Какая трагедия! – Эллен была полна сочувствия. – Я бы с радостью помогла тебе, Джес, но мои родители не пустят меня на концерт.
– И мои, – призналась Мэри.
– Мои тоже, – добавила Тамара. – Они говорят, что на рок-концертах бывает опасно.
Оказывается, Уэйкфилды – не единственная в городе семья, где родители против субботнего концерта. Неделю назад Джессика была уверена, что только они с Элизабет из всей Ласковой Долины останутся за бортом.
– Я, конечно, предложила бы тебе поехать со мной, – Джанет говорила чересчур нежно, чтобы это можно было принять за правду. – Но у моего брата очень маленькая машина, и, боюсь, там не будет места.
– Все в порядке, – пришла на помощь подруге Лила. – Джессика может ехать со мной. – Все знали, что отец Лилы слишком занят своими заводами, чтобы следить за избалованной дочкой. – Твои родители наверняка позволят тебе остаться у меня на ночь. Ты можешь даже не говорить им про концерт.
Джессика затрепетала от волнения. Это был превосходный план. Секретность только добавляла ему остроты.
– Лила Фаулер, ты прелесть! – объявила она подруге. – Приноси на концерт свои пластинки Бакса, и я попрошу, чтобы он подписал их все до единой!
Прозвенел первый звонок, а Единороги все еще продолжали ахать над смелой выдумкой Джессики. Перед вторым звонком каждая девочка дала торжественное обещание не говорить ни единой живой душе о плане Лилы и Джессики. Уже мчась в класс, Лила и Джессика договорились встретиться после уроков и вместе купить билеты.
Весь урок английского Элизабет видела на лице сестры счастливую
Даже обед не смог поколебать романтическое расположение духа Джессики. Ее совершенно не волновало, что в столовой подают самую ненавистную еду: протертое мясо с жареной картошкой. Элизабет озадаченно смотрела, как сестра с наслаждением поглощает полужидкую говядину.
– Джес, ты же самая страшная в мире привереда. Как получилось, что из всей столовой только тебе нравится фирменное блюдо – мясо загадочного зверя?
И тут Джессика открыла сестре свою потрясающую тайну.
– Сегодня я могу съесть даже собачьи котлеты. Мы с Лилой после школы идем покупать билеты на концерт Доллара! – По лицу Элизабет пробежала тень беспокойства. – А самое главное, мне не придется врать папе с мамой. Я ночую у Лилы. Мы с ней обо всем договорились.
Элизабет хорошо понимала, что все это значит. Родители, пытаясь избавиться от чувства вины перед Джессикой, охотно отпустят ее ночевать у подруги. А она сбежит с Лилой в Секка-Лейк. То есть, как всегда, добьется своего.
Элизабет знала, что обязана возмутиться, но сияющая улыбка сестры удержала ее от нотаций. Трудно было не восхититься подобной решимостью, сама она никогда бы не пошла против воли родителей.
– Лиззи, ты обещаешь, что не скажешь папе с мамой? – Джессика потянулась через стол и опустила свое блюдце с карамельным пудингом на поднос Элизабет. – Если ты мне сейчас поможешь, я буду до конца моих дней отдавать тебе все десерты. И никогда больше не попрошу тебя делать за меня математику. Буду всегда мыть посуду и убирать со стола!
Элизабет хорошо знала, что у Джессики короткая память на обещания. Но все равно любила свою непредсказуемую сестренку.
– Ладно, ладно, – засмеялась она, возвращая блюдце. – Мне не надо взяток, особенно карамельным пудингом. В следующий раз, если хочешь заставить меня хранить свои тайны, выбери день, когда дают шоколад!
Закончились уроки. Джессика с Лилой купили билеты, и осталась только одна проблема: как убедить маму взять Салли домой на следующие три дня? На пути домой из городского билетного киоска Джессика вдруг вспомнила свой разговор с миссис Брэмбл. Она вспомнила и ужасное, лохматое чудовище, которое ей придется терпеть ради встречи с кумиром.
– Знаете что? Я познакомилась с очень милой старушкой, – рассказывала она немного спустя Стивену и маме.
Стивен, в голубых шортах и кроссовках, чистил бассейн, а миссис Уэйкфилд красила декоративную кирпичную стенку вдоль цветочной клумбы. Жаркое калифорнийское солнце заливало широкую зеленую лужайку потоками яркого света, а все предметы вокруг купались в мареве зноя.
– Эта старушка живет совсем рядом.
– Прекрасно, дорогая, – миссис Уэйкфилд продолжала класть краску ровными, гладкими мазками.