Побочный эффект

Хоуки Рэймонд

– Прошу разрешения подняться на борт, сэр!

– Майк!
– Этуелл с трудом встал, растирая сведенные судорогой ноги, и пожал ему руку.
– До чего же я рад тебя видеть!
– сказал он.
– Ты вроде разбираешься в судах, а?
– Он протянул ему яхту.

– Немного разбираюсь. А в чем дело?

Пока Этуелл пытался объяснить, его младший сын заливался слезами.

– Билли ее сломал!

– Ничего я не ломал!
– огрызался старший. Как и их отец, оба брата отличались простонародным выговором.

– Тихо!
– прикрикнул на

них Этуелл.
– Для начала хватит.
– Голос его смягчился.
– А теперь поздоровайтесь с дядей Майклом.

Оба мальчика с явной неохотой выполнили просьбу отца.

Этуелл снова повернулся к Фицпатрику.

– Извини, что пришлось встретиться здесь, - негромко сказал он.
– Но нынче моя очередь воспитывать этих скандалистов.

С помощью пилки для ногтей Фицпатрик высвободил зацепившуюся за что-то ось румпеля, и яхта была отдана в распоряжение мальчишек. Затем, пообещав им мороженого в обмен на десять минут тишины и покоя, Этуелл повел Фицпатрика к шезлонгам, подобрал положенные в них рубашки и сандалии - в знак того, что шезлонги заняты, - и они сели.

– Хочешь намазаться?
– спросил Этуелл, протягивая флакон с лосьоном для загара.

– Сейчас нет.

Этуелл налил на ладонь лосьона и принялся втирать его в свою волосатую грудь.

– Здесь, конечно, не Мальорка, - весело заметил он, - но куда лучше, чем на дежурстве.
– Закинув руки за лысую голову, он с удовольствием потянулся.
– Итак, мой старший сын, что же у тебя случилось?

– Речь пойдет о Клэр...

Внезапный порыв ветра, поднявший рябь на воде, принес откуда-то издалека звуки духового оркестра, исполнявшего мелодию "Когда окончен бал".

– О твоей девице?

– Бывшей...

– Вот как?
– ничуть не удивился Этуелл.
– И что же с ней случилось?

– Она исчезла.

– Исчезла?
– В голосе Этуелла прозвучало недоверие.
– Как исчезла?

Фицпатрик полез в задний карман брюк.

– Когда я в пятницу вечером вернулся из Белфаста, меня ждало вот это, сказал он, подавая письмо Этуеллу.

Этуелл выпрямился и начал читать.

– О господи!
– вздохнул он, возвращая письмо Фицпатрику.
– А тебе не приходило в голову, что готовится нечто подобное?

– Всерьез - нет...

– Что значит "всерьез"?

Фицпатрик пожал плечами.

– Недели две назад между нами были кое-какие шероховатости, но потом все наладилось. Нет, все было в полном порядке.

– Тогда почему она сбежала? Как по-твоему, тут не замешан другой мужчина?
– Этуелл не умел ходить вокруг да около.
– Пока тебя не было, у нее ведь было сколько хочешь возможностей...

– Это очень бы меня удивило... Очень.

И Фицпатрик рассказал ему о том, что обзвонил всех ее приятельниц, нашел в мусоре письмо из Института профилактической медицины, обращался к врачу Клэр.

– А вчера днем я решил обойти соседей: вдруг кто-нибудь видел, как она уехала. И оказалось, что один из них, некто ди Суза - он живет в соседнем подъезде, - действительно видел... В позапрошлую пятницу

он заметил, что напротив дома, на другой стороне улицы, стоит машина, а в ней - средних лет мужчина и женщина. Было около семи вечера. Они продолжали сидеть там и в девять, когда он вывел на прогулку свою собаку. Тогда он решил, что это грабители и что они следят за их домом...

– И позвонил в полицию?

– Нет. Этот дурак, видите ли "не любит такого". Тем не менее, когда он уже собрался лечь спать, где-то около половины одиннадцатого, он увидел, что тот самый мужчина вышел из нашего подъезда с двумя чемоданами в руках. Минуты через две появилась Клэр в сопровождении женщины, все трое сели в машину и уехали.

– А он запомнил номер?

– Ты шутишь? Он даже понятия не имеет, какой марки была машина. Он сказал дословно вот что: "маленькая, зеленая, с окошком в крыше".

Этуелл согнал усевшуюся ему на живот муху.

– Похоже на "форд-фиесту"...

– Я тоже так подумал.

– У кого-нибудь из ваших знакомых есть "фиеста"?

Фицпатрик помотал головой.

– А эта пара? Они тебе кого-нибудь напоминают?

– Нет, - опять помотал головой Фицпатрик.

– Что еще?

– Вот, пожалуй, и все...

– Немного, а?
– мрачно подытожил Этуелл.
– Заявлять в полицию, разумеется, нет смысла. Эти идиоты и слышать ни о чем не захотят - ведь у нас ежегодно исчезает около двадцати тысяч человек... Конечно, - добавил он, - есть еще Армия спасения...

– Нет, это не для Клэр, - покачал головой Фицпатрик.
– Реджи, а не мог бы ты навести справки в социальном страховании или в ее банке?

– Могу попытаться, - не сразу и без энтузиазма откликнулся Этуелл.
– Но не думаю, что от этого будет толк. В социальном страховании вообще не спешат, а банк вряд ли уже получил от нее просьбу о переводе счета по новому адресу. К чему торопиться, если у нее есть кредитные карточки? Ведь есть?

– Да, ее банка и "Америкен экспресс".

– Вот видишь, - уныло отозвался Этуелл.

– И проверять списки пассажиров тоже не имеет смысла?

Этуелл с шумом втянул в себя воздух, словно обжегся.

– Знаешь ли ты, сколько самолетов, судов и вертолетов ежедневно покидают Англию?
– с пафосом воскликнул он.
– И потом, почему ты решил, что она уехала за границу? По-моему, лучше уж попросить в вашем почтовом отделении перечень разговоров, которые велись по твоему телефону, - подумав, предложил он.
– Скажи, что тебе кажется, будто прислали чересчур большой счет... Если ты увидишь, что один и тот же номер повторяется много раз и ты этот номер не знаешь...
– И, внезапно прервав самого себя, Этуелл рявкнул на мальчишек, которые пытались столкнуть друг друга в воду.
– Вот сорванцы! пожаловался он Фицпатрику.
– О чем мы говорили?
– И вдруг его глаза расширились.
– Послушай, мне пришла в голову отличная мысль! Помнишь, в прошлом году я летал в Штаты? Так вот, когда я был в Лос-Анджелесе, я видел, как работает в полиции отдел Свенгали*...