Под куполом
Шрифт:
– Теперь ты можешь выйти, разобраться со мной, - сказал Фрэнки.
– Или я подожду. Вскоре здесь уже закрывают, Бааарби.
Барби пошел, понимая, что рано или поздно все равно придется, и, надеясь, что, если он вырубит Фрэнки быстро, раньше, чем это успеет увидеть много народу, на том все и кончится. Он даже сможет извиниться, потом и повторит, что никогда не имел ничего с Энджи. Не будет рассказывать, что это Энджи сама подкатывала к нему, хотя, думал он, об этом знает много людей (Рози и Энсон так точно). Возможно, с окровавленным носом Фрэнки отдуплится и поймет то, что казалось таким очевидным
Сначала было похоже на то, что будет все, как он хотел. Фрэнки, расставив ноги, стоял на гравии, в свете натриевых фонарей его фигура отбрасывала две тени в противоположные стороны парковки, сжатые кулаки он держал наподобие Джона Л. Салливана [167] . Горделивый, сильный, и глупый - обычный городской бычок. Привыкший сбивать с ног своих противников одним мощным ударом, чтобы потом их поднять и дубасить еще, пока те не попросят пощады.
Он выступил вперед и рассекретил свое не такое уже и секретное оружие: апперкот, которого Барби избежал, просто слегка наклонив в сторону голову. Барби ответил прямым джебом в солнечное сплетение. Фрэнки с ошарашенным выражением лица рухнул наземь.
167
Джон Л. Салливан - профессиональный рестлер, который выступал под прозвищем Джонни Отважный.
– Нам не стоило бы… - начал Барби, и в этот же миг Джуниор Ренни ударил его сзади по почкам, скорее всего, руками, сведенными вместе в один кулак. Барби полетел вперед. Там, вынырнув среди двух припаркованных автомобилей, ударом наотмашь его встретил Картер Тибодо. Вероятно, сломал бы Барби челюсть, если бы попал, но Барби успел отбить его кулак. Так он получил самый большой из своих синяков, который еще был неприятного желтого цвета в День Купола, когда он попытался покинуть этот город.
Поняв, что это спланированная засада, он развернулся, понимая, что надо тикать, пока никто не пострадал серьезно. И не обязательно этим кто-то будет он. Он предпочел бы убежать; был негордый. Успел сделать три шага, и тут ему подставил ногу Мэлвин Ширлз. Барби растянулся животом на гравии, и началось избиение ногами. Он накрыл руками голову, но тяжелые ботинки дубасили его по бедрам, ягодицам и локтям. Получив удар и по ребрам, он наконец-то сумел на коленях продвинуться за фургон, на котором Стабби Норман возил свою старую мебель.
Вот тогда-то его и покинул здравый смысл, он перестал думать о бегстве. Барби встал, повернулся к ним лицом и, протянув руки, начал подзывать к себе, шевеля растопыренными пальцами поднятых ладоней. Проход, где он оказался, был узким. Подходить к нему они могли лишь по одному.
Первым попробовал Джуниор; его энтузиазм было вознагражден ударом ноги в живот. На Барби были кроссовки «Найк», а не тяжелые ботинки, однако удар был хлестким и Джуниор сложился пополам возле фургона, хватая ртом воздух. Через него переступил Фрэнки, и Барби дважды съездил ему по лицу - болезненные удары, но не очень сильные, чтобы что-нибудь не сломать. Здравый смысл уже начал возвращаться.
Заскрипел гравий. Он обернулся своевременно, чтобы принять удар Тибодо, который зашел с тыла. Удар припал
«А может, это была комета», - рассказывал он Бренде, откручивая задвижку нового баллона. Тибодо двинулся вперед. Барби резко влепил ему ногой по щиколотке, и улыбка Тибодо превратилась в гримасу. Он упал на одно колено, похожий на футболиста, которому достался мяч и он ждет свистка. Вот только футболисты в таком случае не хватают себя за щиколотки.
Как это не абсурдно прозвучало, Тибодо вскрикнул:
– Сука, это подло!
– Ты смотри, кто это гово… - только и успел начать Барби, как Мэлвин Ширлз перекрыл ему сгибом локтя горло. Барби врезал ему локтем в корпус и услышал, как тот зычно отрыгнул. Завоняло пивом, табаком, «слим джэмами» [168] . Он развернулся, понимая, что Тибодо наверняка нападет на него раньше, чем он успеет вырваться из прохода между двумя автомобилями, куда сам себя и загнал, но это его уже не волновало. Лицо у него болело, ребра болели, и тут он решил - это показалось ему вполне заслуженным, - что отправит их всех четырех в больницу. Там они смогут обсудить, что собой представляет настоящая подлая потасовка, демонстрируя друг другу ее результаты.
168
«Slim Jim» - мясные палочки, выпускаются с конца 1940-х, популярная закуска.
Вот тогда-то и появился шеф Перкинс, которого вызвали либо Томми, либо Вилла Андерсон, он въехал на стоянку с работающей мигалкой, рыская из стороны в сторону головным прожектором. Бойцы превратились в актеров на ярко освещенной сцене.
Перкинс разок проревел сиреной, она заглохла, не завершив руладу. И тогда он вылез из машины, подтягивая ремень на своем немалом животе.
– Не рановато ли для этого посреди недели, ребята?
На что ответил Джуниор.
11
Что бы узнать, что было дальше, Бренде не нужен был Барби, все остальное она слышала от Гови, и ее это не удивило. Даже мальцом, сынок Большой Джим был брехлом, особенно, когда это как-то затрагивало его выгоду.
– На что он ответил: «Это повар все начал». Да?
– Йес, - Барби нажал стартер генератора, и тот загудел, возвращаясь к жизни. Улыбнувшись Бренде, Барби почувствовал, как у него раскраснелись щеки. История, которую он только что рассказал, не принадлежала к его любимым. Хотя не сравнить с той, что случилась с ним когда-то в спортивном зале в Фаллудже.
– Вот и все: мотор, камера, поехали.
– Благодарю. Насколько его хватит?
– Всего на пару дней, но эта ситуация к тому времени может уже закончиться.
– Или нет. Я думаю, вы понимаете, что спасло вас в ту ночь от путешествия в окружную тюрьму?
– Конечно. Ваш муж увидел, как это было. Четверо на одного. Этого тяжело было не заметить.
– Любой другой коп мог бы этого не заметить, даже если бы все разворачивалось перед его глазами. К счастью, в тот вечер случился Гови; дежурить должен был Джордж Фредерик, но он позвонил, что у него воспаление желудка, - она сделала паузу.
– Можете вместо везения назвать это провидением.