Под мостом
Шрифт:
Постучав в тяжёлую дверь, он стал ждать, и на справедливый вопрос «кто там?» ответил прямо:
– Я старый друг доктора. Пожалуйста, отворите.
Послышался скрежет, и дверь слегка приоткрылась. Они сразу узнали друг друга.
– Ты?
– изумился доктор.
– Как видишь, - улыбнулся Большой Учёный.
– Какими судьбами?
Доктор распахнул дверь настежь и пригласил гостя зайти. Большой Учёный последовал приглашению, но остановился в прихожей, так как боялся наследить на дорогом паркете.
–
– Пустяки. Самая большая неприятность, которая может случиться с человеком — это появление на свет. Всё остальное по сравнению с ней — мелочи, не стоящие выеденного яйца.
– Узнаю моего друга! Ты всегда был философом и немного пессимистом. Что же ты стоишь на пороге?
Он жестом показал в сторону гостиной, но Большой Учёный отрицательно помотал головой.
– У меня к тебе дело, не терпящее отлагательств. Прости, что сразу вот так, сходу.
– Говори, - потребовал доктор, моментально напрягшись, как того требовала его профессия.
– Один из моих друзей тяжело болен, - выдохнул учёный.
– Мы опасаемся, что его поразила инфекция. Провизор в аптеке посоветовал нам обратиться к врачу.
– Что ж, - вскрикнул доктор.
– Едем к нему!
– Погоди, я ещё не все сказал тебе. Он бездомный, такой же, как и я. Мы живём под мостом, и у нас нечем с тобой расплатиться.
– Какой вздор!
– одёрнул его доктор.
– Неужели ты думаешь, что это остановит меня?
– Значит, ты придёшь?
– Конечно. Дай мне только полчаса, чтобы собрать саквояж и предупредить семью. Как зовут больного?
– Видишь ли, у него нет имени. Мы называем его Уродливым Карликом.
– А, это тот малый, что прислуживает в церкви Святого Захария?
– Тот самый.
– Почему же вы не пригласите кого-нибудь из отцов, чтобы они совершили над ним молитву?
– Молитву? Ты думаешь, его дела так плохи?
– О, я понял!
– воскликнул доктор.
– Ты думаешь, что молитву можно совершать лишь над умирающим. Но это не так. Молитвы бывают и за исцеление тоже. Сразу видно, что ты прогуливал лекции по Божьему Слову.
– Но я атеист!
– признался Большой Учёный.
– И хотел бы для моего друга настоящего доктора, а не пастора.
– Каждый заслуживает того лекаря, в которого верит, - сказал доктор, как показалось, немного обиженно.
Учёный слегка погладил руку школьного товарища в знак согласия и примирения.
– Прошу тебя, - сказал он умоляюще.
– Приди взглянуть на него. Ему очень плохо.
– Я же обещал, что приду, - подтвердил доктор.
– Расскажи лучше подробнее, что с ним.
– У него сильный жар, и он постоянно бредит.
– Ты не заметил, какой у него цвет лица?
– По-моему, слегка розовый. Но, видишь ли, у него не совсем обычный цвет лица — ведь он чрезвычайно уродлив от
– В том-то всё и дело. Ладно, у меня есть некоторые идеи. Думаю, что всё будет хорошо. Иди и скажи ему, что облегчение уже близко.
Большой Учёный с благодарностью посмотрел другу в глаза и взялся за ручку двери.
– А ты помнишь, - неожиданно воскликнул доктор.
– Как мы с тобой поменялись на экзамене билетами, а профессор ничего не заметил и поставил нам обоим «отлично»?
– Как же такое не помнить!
– А тот случай с нелегальными прокламациями? Мы нашли их в щели между партами и распространили среди студентов.
– Да, нас чуть было не отчислили за это.
– Но ректор вовремя вмешался и лично поручился за нас.
Они немного помолчали, вспоминая былое.
– Ну, брат, с Богом!
– сказал, наконец, доктор, и учёный покинул его дом.
У костра его в нетерпении ждали взволнованные друзья.
– Что? Как? Где?
– набросились с расспросами они.
– Скоро придёт доктор, - ответил им Большой Учёный и кивнул в сторону больного.
– Как он?
– Всё так же, - вздохнул Одноногий Солдат.
Ожидание длилось до глубокой ночи. Когда Большой Учёный понял, что доктора не будет, он лишь присел возле Уродливого Карлика и положил свою руку на пылающий жаром лоб. Он не винил бывшего друга. Кто знает, что помешало ему? Возможно, его отвлёк вызов к другому пациенту, более важному для общества. Или сломалась карета. Да мало ли какие препятствия могут стоять на пути добрых дел.
– Значит, из всех вариантов у нас остается только Бог. Что ж, не самый плохой, наверное.
Большой Учёный склонился над карликом, чтобы поцеловать его.
– Прошу... Не за себя... Спаси и сохрани!
Ближе к апрелю, когда на деревьях обозначились едва заметные почки, Несмешной Клоун позволил себе немного слабины и провёл вторую половину дня на берегу реки. Трудно его в этом упрекнуть — на небе разгуливало ласковое солнышко, от которого он почти отвык за долгую зиму. Чирикали воробьи, и вообще вся природа внутренне наполнялась волшебной музыкой, предвкушая пробуждение.
Граждане катались на коньках по льду, который был все ещё прочен. Они дурачились и гонялись друг за другом, издавая радостные крики. Клоуну до того захотелось присоединиться к ним, что он вышел на лёд в своих не скользящих чунях и замер, не в силах сделать ничего разумного. Его тут же сбили с ног.
Полежав немного для приличия на льду, он стал подниматься, как вдруг заметил протянутую к нему руку помощи. Нет, необходимости в том он не испытывал, но отказываться от жеста доброй воли — это всё равно, что самому пройти мимо нуждающегося в спасении.