Под откос
Шрифт:
– Салман, посади зенитчиков на крышу. Как только вертолеты попытаются приблизиться – сразу пусть открывают огонь.
– Понял, командир!
– Думаешь, сунутся? – озабоченно спросил Бек.
– Сунутся. Только не знаю, когда. На Урал они нас постараются не пустить. Поэтому пора их начать опережать.
– Ибрагим?
– Рано. Это тяжелая артиллерия. У нас тут журналистка есть. Для начала сделаем этот ход.
Наташа не с первого раза смогла набрать нужный номер. Дело даже не в том, что дрожали пальцы. Она его забыла. Не могла вспомнить
В полной прострации она тыкала по клавишам мобильника, изображая, что ищет нужный номер в памяти, хотя его никогда там не было. Мишка не имел привычки проверять ее телефон, но так ей было спокойней.
– Долго еще? – в третий раз спросил Руслан.
И в этот раз в его голосе было уже не нетерпение, а неприкрытая угроза. И номер тут же вспомнился.
– Вот, нашла! – обрадовалась девушка. – Ой, сорвалось.
Палец снова заскользил по клавишам, играя смертельно опасную мелодию. Вместо того, чтобы просто позвонить Артуру – тому самому редактору-новостийщику – она отправила ему MMS, сообщение-картинку. А вместо «открытки» прикрепила к ней снимок, который сделала в вагоне-ресторане. Она даже не видела, что у нее тогда получилось. Оставалось лишь верить собственному опыту и надеяться, что в кадр попало именно то, что ей было нужно. Она отдавала себе отчет, что если ее игра раскроется, то она много раз позавидует тому толстому штабному офицеру-артиллеристу, которого расстреляли в самом начале эпопеи. Отдавала, но ничего не могла с собой поделать. Всю свою жизнь она ходила по лезвию, и ни разу не оступалась. Не могла же удача отвернуться от нее именно сегодня!
– Ты что там делаешь? – повысил голос Руслан.
Наталья собрала все самообладание в кулак, чтобы не выдать себя голосом.
– Да, блин, сигнала нет никакого! Срывается постоянно! Вот, дозвонилась! Лишь бы проснулся и был не пьяный.
Руслан презрительно скривился. Сам он не пил ни грамма, и пьющих считал чем-то вроде плохо дрессированных животных. Им нельзя доверять, потому что они не всегда могут отвечать за свои действия.
Долго, неимоверно долго длились гудки. Наконец в трубке раздался невнятный заспанный голос.
– Да, я слушаю.
– Артур, это я, – быстро сказала Наташа.
– Наталь, ты что, с ума сошла? Ты знаешь, сколько сейчас времени?
– Не перебивай, Артур! У меня очень важное дело!
– С мужем поругалась, что ли? – хмыкнул Артур. Даже по телефону было слышно, что он потягивается.
– Перестань перебивать! – рявкнула Наталья. – Я сейчас в поезде. Поезд захвачен террористами. Они требуют пропустить их в Москву…
– И там хотят врезаться на поезде в Кремль, – засмеялся Артур.
– Не смейся, идиот! – разозлилась Наташа уже всерьез. – Напротив меня сейчас сидят два человека с автоматами. И, между прочим, целятся в меня!
– Ты что, серьезно? – голос редактора изменился. Раньше Наташа так никогда с ним не разговаривала.
– Да! Серьезней некуда! Поезд захвачен уже много часов назад. И раз ты ничего еще не знаешь, значит, в ФСБ не хотят предавать огласке эту информацию.
– Скажи ему про бомбу! – потребовал Руслан.
– И знаешь, почему они не хотят огласки? Потому что в поезде бомба! Атомная бомба! Они просто уничтожат поезд со всеми пассажирами, лишь бы про нее никто не узнал.
– Тааак… – Артур лихорадочно соображал, что делать. – Я сейчас что-нибудь придумаю, не отключайся.
Он убрал трубку от уха, сжал ее в кулаке, и принялся постукивать ей по зубам. Фантазия у Натальи была богатой. Но она использовала ее исключительно для анализа, предугадывая самые невероятные варианты событий. И никогда не врала. Значит, сейчас у него в руках новость, которая может сделать его не просто известным в области журналистом, а известным на весь мир!
У Артура были хорошие завязки в среде телевизионщиков и новостийщиков самых разных каналов и агентств. Он решал, на кого сейчас выйти. Би-Би-Си? Евроньюс? Си-Эн-Эн? Кто заплатит больше?
Индикатор телефона мигал красно-синим огоньком, сообщая о приходе «эмэмэски». Артур досадливо скривил губы. Кому еще приспичило?
– Хорошо, Наташ, я тебя понял, – сказал он, решившись. – Я знаю, кому продать новость. Тебя не забуду.
– Если не веришь мне – позвони в ФСБ. Они в курсе.
– Да верю я тебе, верю.
– Нет, ты позвони – и убедись сам. У тебя же есть там знакомые! – настойчиво повторила Наташа.
Артур удивленно приподнял брось. Не слышит она его что ли?
– У тебя же в телефоне есть нужный номер, я помню! – продолжала напирать Наташа, будто отвечая на его вопрос, хотя он молчал. – Ты проверь, никуда он не делся. Посмотри в телефоне, позвони в ФСБ и проверь!
– Хорошо, Наташ, – успокоил ее Артур, хотя по-прежнему ничего не понимал. – Я все сделаю. Тебе можно будет перезвонить?
– Вряд ли, – вздохнула Наталья, посмотрев на Руслана. – Мой телефон будет у них. Если только они меня пригласят. А ты позвони, не стесняйся, с тебя не убудет.
– Все, заканчивай разговор!
Руслан отобрал трубку и нажал отбой. Он внимательно посмотрел ей прямо в глаза.
– Зачем ты сказала ему позвонить фээсбэникам?
Наталья выдержала взгляд и спокойно ответила:
– Если он позвонит им, они поймут, что журналистам все известно. И побоятся что-то с нами делать. Потому что пока он выйдет на западных журналистов, пока они ему поверят, пока подготовят новость к выходу. Час пройдет. А за это время многое может случиться. А мне жить хочется.
– Хорошо, – кивнул Дикаев. – Если ты меня обманула – ты пожалеешь.
Он сказал это безо всякой угрозы. Просто проинформировал. И от этого равнодушия Наталью передернуло, будто по позвоночнику провели напильником…
…Артур выключил телефон, и сел на разобранную постель. Голая девица, молоденькая журналистка, которая решила, что такой путь на экран короче, недовольно посмотрела на него.
– Кто еще в такую рань?
– Лежи, помалкивай, – отмахнулся Артур.
Что-то было не так. Чего она так привязалась с этим ФСБ? Проверь телефон, там есть нужный номер… Что-то было в этих словах, чего он пока не понимал.