Под прицелом
Шрифт:
Снова усевшись с мистером Маджестиком за столик, на котором опять появился кувшин с пивом, Райан увидел, как вошел Боб-младший с девушкой. Он не сразу узнал девушку, потому что наблюдал за Роджерсом, пока парочка пробиралась к стойке бара. Боб-младший весь так и сиял, в сверкающей спортивной рубашке с отложным воротничком, отвороты которого лежали на плечах, с короткими и еще раз закатанными рукавами, с серебряной цепочкой для часов и прочими причиндалами, с волосами, зачесанными назад на манер Роя Роджерса [9] . Он пристроил свою здоровую задницу на крутящемся стуле
9
Роджерс Рой – исполнитель музыки кантри, "поющий ковбой", звезда 30-х – 50-х гг.
– Те ребята с "Додж-Мейн" заглядывали после смены, – рассказывал между тем мистер Маджестик. – А вот вечером их заманить – это фокус.
Боб-младший смотрел в их сторону, и лоб у него точно оказался чисто белый.
– Ну, дело было в августе, и нам пришло в голову заняться свежей кукурузой. В заведении с такой вывеской ничего больше не съешь на пятьдесят центов. Да только была у нас одна кастрюля, – продолжал мистер Маджестик. – Мы ее специально держали. Наверное, на дюжину с лишним початков. Ну, приходят ребята, заказывают кукурузу – хотят посмотреть, сколько смогут съесть, понимаешь? Пятьдесят центов, можешь себе представить? Конечно, им приходилось обождать, потому что в одной кастрюле можно сварить не больше десятка с половиной початков. И они ждали, и пили, я имею в виду, запивали, чтоб больше вошло. Вот так мы зарабатывали и на выпивке, и на кукурузе. Видишь ли, сами покупали ее по двадцать пять центов за десять початков, а продавали по пятьдесят. Правильно? – Мистер Маджестик победно откинулся на спинку стула. – Только никто из них не съедал за раз больше двенадцати – четырнадцати початков!
Райан улыбнулся, сдержанно посмеялся, но, представляя поедающих кукурузу поляков, внимательно следил за темноволосой девушкой, которая вернулась из дамской комнаты. И какое-то странное ощущение вдруг пронзило его от макушки до пят.
Перестав улыбаться, он спросил:
– Вы знаете Боба Роджерса, что на Ритчи работает?
Мистер Маджестик вытер прослезившийся глаз костяшкой пальца.
– Боба-младшего? Конечно, мы с его стариком в карты играем.
– Вон он, там, у стойки.
Мистер Маджестик оглянулся:
– Ага, вижу.
– А что за девушка с ним?
Мистер Маджестик выпрямился, снова глянул через плечо, медленно повернулся, озираясь по сторонам, чтобы никто не подумал, будто он кого-то рассматривает. Потом отхлебнул пива и наконец ответил:
– Эта дамочка вляпалась в неприятности.
– Кто она такая?
– Забыл, как зовут. Нэнси... как ее там. Считается секретаршей Ритчи, да все это чушь собачья.
– Он тут ее держит?
– Точно, приятель. Вот именно держит.
– А где?
– В своем доме на берегу. А когда приезжает его жена, переселяет девчонку в охотничий домик неподалеку от фермы.
– С виду слишком молоденькая.
– А сколько, по-твоему, ей должно быть?
– Я имею в виду, для него. Для Ритчи.
– Ну, спроси у него. Откуда мне знать?
– А что она делает с Бобом-младшим?
Мистер Маджестик опять оглянулся:
– Вот придурок! Работа у него хорошая, семья славная, скоростную моторную лодку купил. Старик его сдал всю землю в аренду под огурцы "Ритчис фудс", так что Бобу-младшему остается только командовать бригадами сборщиков...
– Да
Мистер Маджестик пожал плечами, поморщился:
– Все у него в полнейшем порядке, он большой мальчик. Вообразил себя каким-то чертовым одиноким ковбоем [10] или кем-нибудь вроде того.
– Вы сказали, что девушка вляпалась в неприятности.
– Неосторожная езда. Должна явиться ко мне в суд где-то в будущем месяце.
– И что тут такого плохого?
Мистер Маджестик наклонился, поставил на стол локти.
– Я не говорю, будто она проехала на красный свет. Она чуть не прикончила пару парней.
10
Одинокий ковбой – персонаж популярного сериала, герой в маске, борец за справедливость.
– Вы точно знаете?
– Точно. Двое ребят из Джиниве ехали в своем драндулете, в старой консервной банке, просто поехали покуролесить, понимаешь ли, или кого-нибудь подцепить. Видят девчонку в "мустанге", ну, пристроились рядом, конечно, и давай заигрывать, делать всякие замечания, спрашивать, не устроить ли им гонки, или не пойти ли в кусты, я не знаю.
– И что?
– Ну, ничего не добились, проехали, отправились своей дорогой. А через пару миль свернули с Шор-роуд на проселочную насыпную дорогу, видят позади фары. Ждали, что машина проедет, но она не проехала, а рубанула их сзади. Они не поняли, в чем дело. Прибавили скорости, а эта девчонка в машине колотит их и колотит прямо в бампер. Парни пытались удрать, увильнуть. Виляют, понимаешь, а она прицепилась и бьет их на скорости шестьдесят – семьдесят миль в час.
– Ну?
– Попробовали затормозить, только бок ободрали. Ничего не могли поделать, эта полоумная девка колотит их да колотит, причем назад подает на скорости в добрые семьдесят, как они оба клянутся. Она должна была видеть, что на перекрестке тупик, а за ним поле вспаханное. Ну, парни попробовали вильнуть, перелетели через заграждение, рухнули на пашню и три раза перевернулись.
– И что с ними случилось?
– Один в порядке, несколько порезов. А у другого обе ноги сломаны и какие-то внутренние повреждения.
– Откуда они знают, что это была она?
– Господи Иисусе, да ведь они ее видели.
– Я хочу сказать, они могли соврать.
– Ну конечно, когда у ее "мустанга" весь перед всмятку ко всем чертям.
– Я думала, ты велел ему уехать, – сказала Нэнси.
– Кому?
Откинув с глаз волосы, она кивнула на столик Райана:
– Ну, сегодня, тому самому. Ты ведь знаешь.
– Вот чертов сын! Даже не верится, – отозвался Боб-младший.
Развернув широкую спину и туго обтянутые клетчатой рубашкой плечи, чтобы оглянуться, Боб-младший придвинулся ближе к девушке, и она легонько дотронулась до его руки.
– А он не торопится, правда? – заметила Нэнси.
– Да, пробыл здесь дольше, чем я ему разрешил.
– Может, решил остаться?
– Отвалит, когда я дубиной погоню его до хайвея.
– Может, он тебя не боится? – Она провела ладонью по его руке от локтя до плеча. – Видел, что этот парень сотворил с мексиканцем?
– Чего ему бояться? – буркнул Боб-младший. – Достаточно хоть какого-нибудь здравого смысла.
– Собираешься с ним потолковать?
– Если не уберется отсюда до нашего ухода.