Шрифт:
Тиффани Райз
«Подарок» (новелла)
Серия "Грешники"
Автор: Тиффани Райз
Оригинальное название: The Gift
Название на русском: Подарок
Серия: Грешники (новелла)
Переведено специально для группы http://vk.com/shayla_black
– А я было надеялся, что к двадцати трем годам свою привычку дуться
Отвернувшись к окну машины, Элеонор закатила глаза. Она даже не обратила внимания на мягкие, укрытые снегом зимние деревья за стеклом, ей просто не хотелось, чтобы Он видел ее детскую выходку в ответ на свой упрёк. Она и так заработала себе с Ним проблемы. «С Ним» - ей и в голову не приходило подумать или произнести его имя вслух.
– Я не дуюсь…Сэр, – она оттягивала момент озвучивания его статуса настолько долго, насколько для нее это считалось безопасным, – дуюсь я, когда Вы отправляете меня в постель без ужина. А Вы покидаете меня на целую неделю, бросая на попечение какого-то незнакомца. Поэтому сейчас я НЕ дуюсь.
Услышав его вздох, и даже почувствовав укол жалости, Элеонор поспешила взять себя в руки. Да, с ней было сложно, но с Ним было невозможно.
– Тогда как назвать твое поведение? – спросил Он.
Ответ Элеонор звучал натянуто.
– Праведное негодование.
– Праведное, значит... – отозвался Он. – Пойми, Дэниэл является незнакомцем лишь для тебя. – напомнил Он ей, однако Элеонор продолжала бездумно пялиться в окно.
Дэниэл…Она совсем ничего о нем не знала, даже его фамилии. Но судя по присланному лимузину, парень был неприлично богат. Такое расточительство казалось ей немного нелепым, хотя благодаря размеру автомобиля у нее было личное пространство, в котором она могла беспрепятственно предаваться своему чувству досады на протяжении всей поездки.
– Дэниэл мой старый добрый друг, - продолжил Он, – один из лучших. Я говорил тебе, что его жена погибла три года назад. С тех пор он ведет отшельнический образ жизни.
– То есть тот факт, что меня дарят ему в качестве секс-игрушки, поможет излечить его несчастное разбитое сердце? – спросила она с вызовом. – Должно быть, Вы чертовски высоко цените мои навыки в постели.
– Хоть они и достойны внимания, но я не думаю, что именно твое мастерство в постели окажется тем, что вернет Дэниэла к жизни. Я просто хочу, чтобы ты составляла ему компанию во время моего отсутствия. Независимо от того, возжелает он увидеть твои таланты в действии или нет.
– Значит, мне право голоса не предоставляется?
Элеонор замерла, услышав, как начала подниматься затемненная перегородка между салоном и зоной водителя, отделявшая их друг от друга. И совсем не удивилась, когда Он схватил ее под коленями и дернул на себя. Она приземлилась спиной на черную кожаную обивку заднего сиденья, его руки задрали на ней юбку и резко развели в стороны бедра. Быстро и грубо Он проник в нее двумя пальцами.
– Кому ты принадлежишь? – требовательный голос с ноткой тихой угрозы.
Она с трудом заставила себя продолжать дышать, встретить взгляд его глаз – серых и безжалостных как надвигающийся шторм.
– Вам, сэр, - ответила она сквозь стиснутые от боли внезапного вторжения зубы.
– А это, - бросил Он, широко разводя внутри нее свои пальцы.
Она почувствовала,
– Кому принадлежит это?
– Вам, сэр.
– Моя, чтобы держать при себе?
– Да, сэр.
– Моя, чтобы отдать другому?
– Да, сэр.
– Моя, чтобы снова сделать своей?
На глаза начали набегать слезы, но усилием воли подавив их, она кивнула и прошептала:
– Да, сэр.
Не спеша Он вытащил из нее пальцы. Она села и начала поправлять свою юбку, пока Он вытирал ее влагу с руки черным носовым платком.
– Вот теперь, - произнес Он, даже не озаботившись тем, чтобы на нее посмотреть, - ты использовала свое право голоса.
Элеонор не проронила больше ни слова, пока лимузин двигался вдоль длинной подъездной дорожки по направлению к заснеженному особняку в колониальном стиле. «По крайней мере, у него неплохой дом», - твердила себе Элеонор. Она ожидала увидеть перед собой чуть ли не тюремное строение. Но, тем не менее, красивое жилище не прибавляло привлекательности перспективе провести в нем целую неделю с совершенно незнакомым человеком.
Когда лимузин остановился перед входной дверью, их вышел встречать мужчина, предположительно Дэниэл. Дрожа от холода, она стояла в стороне, позволив старым друзьям обменяться приветствия и рукопожатиями. Украдкой она рассматривала Дэниэла. Ему можно было дать лет тридцать шесть – тридцать семь. С неохотой ей пришлось признать, что он обладал бесспорной красотой. В отличие от изможденного, бледного отшельника, которого она успела вообразить, хозяин дома имел ярко выраженную мускулатуру и выглядел как актер из старых голливудских фильмов. От природы светлые волосы придавали мягкости его образу, но когда Дэниэл перевел свое внимание на Элеонор, та замерла в страхе. В его глазах не было ни холода, ни злобы, в них отражалась невыносимая скорбь. Эта глубокая печаль разбудила в ней потребность проявить сочувствие и человечность, которые были так некстати. Чтобы выдержать эту неделю, ей нужно быть во всеоружии. Она позволит ему воспользоваться своим телом, но ничем больше.
– Значит, это Элеонор, - сказал Дэниэл, протягивая ей руку.
Она пожала его ладонь слабо и торопливо, поспешив вновь крепко обхватить себя руками.
– Моя Элеонор, да, - прозвучал ответ с намеком на нежную привязанность и гордость. Его столь очевидное проявление в этих словах любви ничуть не заставило ее перестать думать о Нем, как «о нем», без имени. Суровая реальность предстоящей недели заставляла злиться на него как никогда.
– Рад знакомству, - сказал Дэниэл. – Приятно снова принимать в доме гостей. Последнее время я стал напоминать мисс Хэвишем.
Элеонор прикусила губу, не желая смеяться над его остроумным, и самоуничижительным по отношению к себе комментарием. Она не ожидала встретить в его лице поклонника Диккенса.
– Значит, свадебный торт я есть не буду, - ответила Элеонор прежде, чем успела себя остановить.
От природы она была разговорчива, и даже плохое настроение не могло удержать ее от болтовни.
– Ах, она еще и читает, - отозвался Дэниэл. – Это хорошо. Всю неделю я только и делаю, что пытаюсь навести порядок в моей библиотеке. Дополнительная пара рук не помешает.