Подчини волну!
Шрифт:
Гэр выпрямился, накинул на голову капюшон толстовки. Повел плечами, выбираясь из куртки и выворачивая ее другой, ярко оранжевой стороной. Кожу пусть акшара носят. По пижонскому скрипу шмоток их найти легче. А умным нужно быть незаметными.
Или как сейчас - слишком заметными.
Надев куртку, он выправил джинсы из высоких, тяжелых ботинок, подтянул брючины, чтобы они собрались под коленями небрежной гармошкой. Сунув руки в карманы, ссутулившись и приподняв плечи, торопливо пошел к подъезду. Все так. Еще один неудачник спешит побыстрее укрыться в своей норе. Как будто хлипкие
Открыть дверь было делом плевым. Естественно, на ней висел кодовый замок. Но достаточно один раз глянуть, чтобы заметить кнопки, стершиеся чуть сильнее других.
Господи, зачем ты наплодил этих уродов, но в мудрости своей не дал им мозгов?
Гэр знал зачем. Чтобы ему не так скучно жилось. Не Богу, а самому ракшасу. Хотя, для придурков, населявших подлунный мир, он был почти равен Господу. Только они об этом не знали. А когда узнавали, становилось слишком поздно. Для них.
Чтобы добраться до чердака, и пяти минут не потребовалось. Он даже не запыхался. На то, чтобы открыть дверь и пробраться до того подъезда, в который вошли акшара, времени он затратил еще меньше. Но тут пришлось задержаться. Открыть навесной замок, находящийся снаружи, с другой стороны двери, не каждый сумеет. Но Гэр справился, просто сняв створку с косяка.
Присев у перил верхней площадки, он прислушался. С того момента как парочка вошла внутрь, прошло минут пятнадцать. Но ничего, он подождет их внизу. Правда, по черному тоннелю лестничного проема до него доносились голоса. А вот это могло стать проблемой. Стоило спуститься и посмотреть, кто так не вовремя устроил тусовку.
Гэр, никуда не торопясь, привел одежду в порядок. Снова вывернул куртку черной стороной наружу, снял с головы капюшон, который мог только помешать. И по-прежнему никуда не спеша, начал спускаться, держась у стены.
Нет, он, все-таки, был настоящим везунчиком. Парочка никуда не делась. Стояли голубки, о чем-то беседуя. Долбанный акшара даже балаклаву снял. Интересно, зачем они вообще сюда приперлись? Или им просто потрахаться захотелось. Гэр осклабился. Как-то не хорошо ближнему своему кайф ломать. Но, с другой стороны, он сюда не подсматривать приперся.
Акшара что-то тихо сказал - висс не расслышал что, да особо и не прислушивался. И девка, умничка такая, со всех своих цыплячьих сил толкнула урода в грудь. Парень отступил назад не иначе, как не ожидал от нее такой решительности. Момент был идеальным. Гэру только и оставалось, что перебросить свое тело через лестничные пролеты, используя перила, как рычаг. И впечатать обе подошвы прямехонько акшара в грудь. Удар вышел знатный. Паренька попросту унесло и он, пересчитывая костями ступеньки, молча кувыркнулся вниз. Так и шею сломать недолго. Обидно будет. Впрочем, шухер и водила обеспечит. Правильно Гэр сделал, что его не тронул.
***
Голова болела так, что хотелось ее открутить - ну хотя бы несколько минут не чувствовать, как кровь пытается изнутри выломить череп. Да еще перед глазами плыли зеленые круги, которые почему-то ассоциировались с диким ревом мотора. И от этого в затылке что-то взрывалось. Казалось - это мозг фонтанирует, как гейзер.
Вейр попыталась открыть глаза.
Но попытки вернуться к реалиям впустую не прошли. На затылок легло холодное. Такое холодное, что Вейр невольно дернулась. Но этот холод никуда не делся. Наоборот, прижался плотнее, и по шее потекла щекотная струйка. Зато кровавый прибой под черепом приутих. И боль уменьшилась, сжалась, став не слишком значительной.
– Ты меня слышишь?
– приплыл откуда-то извне голос.
Странный голос. Резкий, командный, но при этом тянущий гласные с каким-то примурлыкиванием. Наверное, так говорил бы кошачий капитан, приди ему в голову фантазия освоить человеческую речь.
Кошачий капитан?
– Слышу, - ответила Вейр, решив, что кивать не самая лучшая идея.
– Открывай глаза.
– Не могу, меня тошнит, - промычала она.
Чувствуя, что мутит ее и от собственного голоса тоже. Он странно отдавался в голове, подталкивая боль в бок. Та в ответ огрызалась и собиралась снова разрастись до прежних размеров.
– Сблюешь, сама и уберешь, - равнодушно отозвалось из темноты.
– Или валяйся так, мне по фиг. Открывай глаза или я тебе веки на хрен вырежу.
Вейр пришлось повторить последнюю фразу про себя. Просто для того чтобы убедиться - она правильно поняла ее смысл. Сказано это было с прежним примурлыкиванием и абсолютно спокойно. Даже не обещание и уж тем более не угроза. Констатация факта. Ее фамилия - Вейр, солнце встает на востоке, а если она не откроет глаза, то ей вырежут веки.
Наверное, это был, все-таки, бред. Или галлюцинация. А, может, кошмар.
Но глаза Ли открыла.
– Супер, - похвалили ее.
– Сколько пальцев видишь?
Перед лицом появились два растопыренных вилкой пальца. Только почему-то черных. Наверное, просто на них была надета перчатка.
– Два, - ответила доктор, не дожидаясь, пока ей не пообещают еще нечто заманчивое.
– Прекрасно. А то мне уж показалось, что я перестарался. Ты же человек?
Сама постановка вопроса казалась странной.
– Человек...
Мурлыкающий хмыкнул. И перед лицом Вейр повис ее собственный телефон.
– Номер твоего дружка. Быстро.
– К... какого дружка?
Сказать, что она ничего не понимала - не сказать и сотой доли правды. Ей казалось, что она очутилась в какой-то совсем другой реальности. Ли даже не слишком хорошо осознавала, где верх, а где низ. И даже не могла с уверенностью определить положение собственного тела. Сидела она, лежала или стояла?
– С которым ты была в подъезде.
Это кое-что прояснило. Вейр действительно находилась в подъезде. В черном подъезде, в котором совсем не было света. А потом... Потом Дем ее вытащил, точно. И они о чем-то разговаривали... И что-то упало сверху, сшибив акшара, как кеглю. И стало еще темнее.