Подмена
Шрифт:
Последние полкилометра Петька и Жухов шли пешком. Долина была усеяна острыми камнями, и они боялись, что лошадь поранит ноги. Обломки искрились на солнце, и Петька отводил глаза вбок, на темную сторону хребта. Пахло каменной пылью и сгоревшей взрывчаткой.
— Смотри-ка, как садануло, — Жухов показал на вершину лиственницы. Камень, словно кинжал, пронзил насквозь сухое дерево и торчал с обеих сторон острыми пиками.
— Эге-гей! — услышали они крик из распадка. На уступе стоял Додоев и махал руками.
—
— Хнешно, живой. Немножко только оглушило, — эвенк улыбнулся. — Он, как соболь, в ловушку попался.
Поднялись на гору. Колесников действительно был в ловушке. Вход в пещеру наглухо закрыл съехавший с хребта многотонный обломок скалы. Вокруг лежали кайлы и погнутые ломы. Видно, геологи в горячах пытались руками отодвинуть базальтовую глыбу. Из-под нее торчали оборванные провода. Два желтых и два в ярко-красной оболочке. По ним Вячеслав подал электрический ток к взрывчатке, которая подняла в воздух Дурацкую.
На базальтовой глыбе лежали геологи и смотрели вниз. Между глыбой и скалой была щель. Через нее можно было вытащить пострадавшего, но в середине застрял камень. Додоев туда спускался, но обвязать камень не смог. Оставшаяся щелка была узкой даже для него.
Петька разделся до трусов. Его крепко опутали веревкой, подали в руки толстые канаты. Их нужно было пропустить под камнем и подать наверх.
Петьку опустили в щель до камня. Концы канатов он сбросил в узкую щель и полез туда сам. Больше двух метров прокарабкался Петька вниз, щупая застрявший камень. Почувствовал пустоту.
— Натяни! — крикнул Петька.
Веревка напряглась. Петька повис в темном своде пещеры.
— Колесников, до тебя глубоко?
— Не вздумай прыгать, метра четыре.
— Ты лежишь, что ли?
— Голова кружится.
Петька зажал в зубах жгутики толстых канатов и, упираясь руками в шершавые стены, пробрался под застрявшим камнем в другой конец щели. Отдышался и полез вверх. И сразу почувствовал, что тонкая веревка, привязанная к поясу, мешает. Там наверху, боясь, чтоб Петька не упал, ее подтягивали и, наоборот, вредили, потому что теперь стаскивали Петьку вниз. Упершись спиной и коленками, он запихал за пояс концы толстого каната и крикнул во все горло:
— Тонкую веревку отпустите!
Наверху поняли свою ошибку. Освобожденный, Петька быстро выбрался на застрявший камень.
Когда Петьку вытянули наверх инженер Бурмаков спросил:
— Камень большой?
— Высотой примерно в два моих роста, на бутылку похож, канаты я проложил с двух сторон.
Бурмаков вынул из кармана крохотную логарифмическую линейку и, бормоча цифры и коэффициенты трения, стал считать.
— Около трех тонн, ребята, на руках не вытянем,
— Если Житуху запрячь, — предложил Петька.
Инженер опять задвигал линейкой.
Петьке не понравилось, что Додоев сидит в стороне и никакого участия не принимает, чертит прутиком по земле. Эвенк заметил взгляды геологов, встал, поднялся на глыбу,
— Слушай, Бурмаков, не надо лошадь запрягать, однахо, свалится отсюда. Мне Анатолий Васильевич Сидоров в прошлом году про мужика одного рассказывал. Махмудом звали. Где он работает, Сидоров не говорил. Может, ты его знаешь?
— Не знаю я его, Додоев, а что?
— Этот Махмуд сказал, наверно, самому Анатолию Васильевичу. Дай, говорит, мне большую вагу, и чтоб было место, куда ее упереть, и я подниму земной шар.
— Архимед, — воскликнул Бурмаков.
И для спасения геолога применили рычажную систему, рассчитанную древним ученым. Архимедом. Рычагом, или, как зовут таежники, вагой, послужило высокое дерево, пробитое камнем. На гору к щели его затащили на руках. Вершину привязали к застрявшему камню. Толстый конец бревна повис в воздухе. На него набросили несколько веревочных петель.
— Будем пробовать, — тихо сказал Жухов.
Шестнадцать пар рук, в том числе и Петькины, вцепились в узловатые веревки. Толстый конец бревна медленно пошел вниз. Послышалось скрежетание камня. Архимедовская система сработала.
— Стоп, ребята! — скомандовал Жухов. — Отводи чуточку в сторону. Клади!
Камень, похожий на тяжелую авиационную бомбу, лег у края щели. Петька посмотрел вниз и откачнулся. Черный лаз теперь казался бездонным и страшным.
Жухов перескочил на другую сторону щели и стал раздеваться.
— Ты зачем? — спросил Петька. — У тебя же радикулит.
Жухов смутился. Петька обвязался веревкой, взял у Додоева котелок, надел себе на голову. Эвенку это понравилось:
— Однахо, ты хитрый!
Петьку опустили быстро. Он отвязал веревку, осмотрелся.
— Вячеслав Валентинович, живой?
— Здесь я, Петька, малость прилег.
Петька подвел Колесникова к щели, надежно обмотал веревкой, подал котелок:
— Надень на голову.
— Эй, — закричал Петька, — поднимай.
«Май-май-май» — эхом отозвалась пещера. Натянулись веревки, и длинное тело Колесникова поползло вверх, вошло в отверстие лаза. В пещере стало темно. Послышались легкие удары котелка о каменные стенки, потом донеслись крики «ура!», и в пещере посветлело. Петька нащупал в дальнем углу пустой рюкзак, маленькие, но тяжелые взрывные машинки, флягу и чью-то телогрейку. В пещере пахло химическими веществами. Лицо покрылось испариной. Вещи и приборы Петька сложил в рюкзак и подошел к щели:
— Веревку!
Петьку вытащили благополучно.
Камень, похожий на бомбу, столкнули в щель, чтобы ни зверь, ни человек не могли провалиться туда. Замурованную пещеру инженер Бурмаков занес к себе на карту и сделал надпись: «Пещера Колесникова». И поставил ее размеры. Колесников (он сидел уже в седле на Житухе) слабо улыбался:
— Видишь, Петька, как я ловко вошел в историю будущей магистрали.
— Скажи спасибо, что ты из этой истории живым вышел, черт долговязый, — сердито пробурчал Жухов.