Подменённый
Шрифт:
Невдалеке от него, безучастный ко всему, сидел рядовой Хатшак, которому было приказано присматривать за лейтенантом. В здоровой руке он держал автомат, поставив его прикладом на землю. Обрубок изуродованной правой руки он бережно прижимал к груди.
– Это был кто-то из укрывшихся в лесу мятежников? – задал вопрос Спулл.
– Если это был кто-то из них, – усмехнулся Шагадди, – то, скажу вам, бедняге пришлось натерпеться в этом лесу побольше нашего.
– Это был лесной житель, – сказал Андрей. – Внешне он похож на человека, но что представляет собой на
– Да уж, – с готовностью согласился с сержантом Шагадди. – При первых же выстрелах он рванул вверх по дереву с такой скоростью, что и пуля не догонит.
– Вверх по дереву? – переспросил Драмс. – Как это?
– А вот так, – с широкой улыбкой на лице повернулся в его сторону Шагадди. – Этот зеленый парень лазает по деревьям проворнее лумписов.
– Выходит, в лесу живут люди, – задумчиво произнес Снаттер, поглаживая при этом раненое плечо.
– Ну, я бы не стал однозначно называть его человеком, – с сомнением покачал головой Шагадди. – То, что у него две руки и две ноги, еще ни о чем не говорит.
– Это существо, кем бы оно ни было, разумно, – уверенно произнес Андрей. – Я видел его взгляд… Ошибиться невозможно – зверь так не смотрит.
Спулл поднял взгляд к плотной зеленой крыше над головой.
– Надо же, – проведя ладонью по подбородку, медленно произнес он. – И не подумаешь, что там может кто-то прятаться.
– А ведь он может быть и не один, – повторив жест Спулла, сказал Драмс. – В такой густой листве может скрываться целая стая зеленых человечков.
– Они не собираются нападать на нас, – с прежней уверенностью повторил Андрей.
– То, что один из них испугался выстрелов, вовсе не означает, что они не решатся напасть на нас стаей, – возразил Снаттер.
– Маловероятно, – покачал головой Андрей.
Объяснять всем остальным причину своей уверенности было бы бессмысленной тратой времени и сил.
– И все же, – посмотрел на сержанта Шагадди, – что мы имеем с такого расклада?
– Уходим, – решительно произнес Андрей. – Если завтра к вечеру командир части не получит доклад о результатах нашего рейда, то будет начато крупномасштабное прочесывание Гиблого бора. Ни к чему хорошему это не приведет.
– Не хотелось бы провести еще одну ночку в этом лесу, – кивнул Спулл.
– Драмс, Юнни, займитесь изготовлением носилок для лейтенанта, – приказал Андрей.
– Так, значит, мы все же потащим его с собой, – недовольно скривил губы Шагадди.
– Точно, Шагадди, – похлопал его по плечу Андрей. – И если мы поторопимся, то еще засветло выберемся из леса.
– Вот уж в чем я сильно сомневаюсь, – покачал головой Шагадди. – В конце концов, командуешь здесь ты, Джагг, но если бы я был на твоем месте…
– Вот когда окажешься на моем месте, тогда и будешь принимать решения, – снова хлопнул его по плечу Андрей.
– Как скажешь, сержант.
Глава 11МЕЖДУ ЖИЗНЬЮ И СМЕРТЬЮ
Гиблый бор засасывал людей, как болото.
Взвод двигался вперед. Вперед. Все время только вперед. Без остановки.
Подгонять кого-то не было необходимости. Желание выбраться наконец из этого проклятого леса заставляло людей забывать о голоде и усталости. Движение происходило с максимально возможной скоростью, ограниченной только усталостью людей и грузом, который им приходилось нести.
Но, как бы там ни было, пять часов движения без остановки по непроходимым лесным дебрям способны вымотать кого угодно, даже самых закаленных и выносливых бойцов, прошедших суровую школу разведроты «Кейзи».
Носилки с телом лейтенанта, который по-прежнему пребывал в бессознательном состоянии, несли попеременно то Юнни с Драмсом, то Спулл с Шагадди. Та пара, которая была свободна от ноши, обеспечивала прикрытие небольшого отряда с флангов. Хатшак и Снаттер охраняли тыл. Андрей шел впереди, выбирая дорогу.
При том, что невозможно было даже приблизительно определить местонахождение Борха-1 на небосклоне, единственным указателем направления оставался компас. Первую пару часов Андрей четко выдерживал направление по его стрелке. Но лес вокруг становился все более густым и диким. Деревья стояли плотнее друг к другу, колючий кустарник разрастался с невиданной мощью, путь то и дело преграждали могучие стволы упавших на землю мертвых лесных великанов. Правда, зачастую они рассыпались в труху от малейшего прикосновения, но от этого дорога вовсе не становилась легче. Полусгнившие, полые внутри стволы деревьев служили жилищем или временным пристанищем для огромного числа не слишком крупных, но довольно-таки мерзких на вид рептилий, некоторые из них со злобным шипением бросались на ноги потревоживших их людей. Не зная, насколько опасны эти отвратительные создания, похожие на гибридов змей, ящериц и рекинов, люди предпочитали отступить и дать зверям возможность успокоиться и найти себе новое место для дневного отдыха.
Шли часы, но не было заметно ни малейших признаков того, что непролазная лесная чаща где-то впереди должна закончиться. Пятеро опытных разведчиков сбились с пути, потеряв тропу, по которой прошли только вчера. Они заблудились в лесу, словно ватага мальчишек, отправившихся в первый раз по грибы, не спросив разрешения у взрослых. Поверить в это было труднее, чем в то, что компас, подобно рации, превратился в бесполезную жестянку.
Андрей на ходу снял с пояса флягу, отвернул с нее крышку и плеснул себе в лицо теплой, пахнущей металлом водой.
Быстро оглянувшись через плечо, он увидел осунувшееся, усталое лицо Шагадди, несшего носилки с телом лейтенанта. Глаза его были наполовину прикрыты веками. Нижняя губа прикушена, не то от злости, не то от решимости идти до конца.
Заметив взгляд сержанта, Шагадди с усилием растянул углы рта, чтобы все же изобразить ехидную ухмылку.
– Офицер всегда что-нибудь придумает, чтобы сесть на шею солдату, – хрипло проговорил он. – Сомневаюсь, что Дрони Манн согласился бы тащить меня, окажись я на его месте.