Подменная дочь
Шрифт:
В доме Чжан я как-то незаметно стала частой гостьей. После того, как узнала, что летом мое положение в генеральском доме изменится вплоть до отселения, строить баню я расхотела и охрану предложила сократить.
Управляющий Мо не возражал, учитывая мое пессимистическое настроение и собственную неуверенность в реакции генерала на такое новшество. Мы с ним смогли договориться, что он будет держать меня в курсе подготовки брачной аферы батюшки и поделится сведениями о кандидатах. Деньги же на охрану мы сэкономим и направим на нужды собак.
Шеф Чжан возврат своих
— Вот угодила, дочка! — сообщил за обедом Хун Бин, а расслабленная как никогда Му Лань только махнула рукой. — Отличное времяпрепровождение! А уж с холода да устатку — вообще красота! Спасибо!
Командир Чжан-младший теперь стал замом своего дяди, часто отсутствовал на важных заданиях, но, по возможности, мы встречались и много общались. Му Лань пыталась было нас сосватать, но Джи Хао смутился, и я поняла, что у него уже кто-то есть. Жаль, если честно. Было бы удобно, но только для меня, а это нехорошо.
Именно на охранниках Чжан я «обкатала» ноу-хау из привезенной из Тибета шерсти: мужские вязаные шапки (балаклавы) и перчатки. Фу Хан и мастер Чу смастерили прялку с колесом, мы с Шеньками и «двойкой» Мо зимой справились с ее эксплуатацией, наделали пряжи и — вуаля! Хоть в конце сезона, но первые комплекты для холодов были торжественно вручены воинам Чжан.
— Чень Ю, не перестаю тебе удивляться! — сообщил Джи Хао после примерки необычной экипировки. — Что еще ты придумаешь? Эти странные головные уборы нам будут весьма полезны, ты знаешь? В северных и горных районах ветра пронизывают насквозь, пальцы теряют чувствительность, а это бывает опасно… Спасибо тебе! А что ты за шерстяные полотна делала в деревне? Ребята рассказывали, как заставляла их поливать шерсть кипятком, а потом пинать ногами.
Тут я хлопнула себя по лбу — забыла про войлок! Им и такие одеяла или подстилки пригодятся. Ну и предложила заняться валянием. А что? Место есть, сила — тоже, время найдут. Глядишь, сообразят, как свалять или бурки, или нечто тип валенок. Простор для фантазии огромен!
Дядька Чжан оказался сообразительным и прогрессивно мыслящим хозяином. Пользу вязаных предметов одежды он уловил сразу (носки лично оценить не смог, но саму идею…). А когда я показала свои валяные коврики и рассказала про валенки, глубоко задумался, поглаживая лысину, после чего изрек:
— Сяо Ю, такие шапки пригодились бы в армии, не думаешь? Особенно на севере, где служат твои братья… Давай поступим так: ты навяжи еще несколько комплектов, ну, сама реши, чего, я у тебя их куплю. Не-не-не, не спорь, куплю! А потом…И если получиться… Девочка, у нас будут хорошие деньги, а у солдат — шансы избегнуть обморожений! — он опустил взор на свои колени и вздохнул. Я поняла.
Глава 41
Особенностью этой зимы было почти полное отсутствие вдохновения в литературной сфере: я лишь завершила начатые летом произведения и лениво набрасывала возможные сюжеты — тезисно, не больше. То ли дела издательские отвлекали, то ли рукоделие, то ли дела
Впрочем, если по «чесноку», основной причиной, конечно, стало предстоящее возвращение родни и планируемое генералом моё замужество, подготовка к которому набирала обороты и к началу весны вошла, можно сказать, в завершающую фазу.
Управляющий Мо делился со мной своими изысканиями прежде, чем отправлял сообщения отцу Гу. Я до последнего надеялась, что папенька передумает. Ан нет, он продолжал упорствовать, усиливая давление на слугу.
— Госпожа, простите, но я ничего не могу поделать — бормотал расстроенный управдом, передавая мне для прочтения последнюю депешу генерала. — Главными кандидатами выбраны сын заместителя министра кадров и племянник военного министра по третьей ветви, оба — дети наложниц, возраст примерно Ваш. Родители с радостью приняли возможность породниться с кланом Гу, даже на условиях генерала. Ни одному, ни второму в семье ничего не светит, внешность посредственная у обоих, как и способности, но рвения и умения льстить — выше головы. Племяш министра так уже вовсю делится планами на протекцию генерала и жизнь в особняке, поскольку своего дома у него не предвидится. Про Вас в его семье высказываются…
Трудно давалась откровенность мужику: он запнулся, побледнел слегка, но завершил мысль:
— Мол, Вы должны за счастье посчитать такие браки — после Вашей бурной юности и скандала с подменой, вскрывшего…Ваше…(простите, госпожа!) низкое происхождение. То, что про Вас уже три года нет никаких известий, трактуется этими злоязычниками как показатель обретенного Вами смирения в результате воспитательных мер клана, что гарантирует Вашу покорность будущему мужу и его родителям. Один, Ма Шэн Ли, племянник министра который, видимо, уверовал в силу своего имени (успешный) и мечтает о карьерном взлете после женитьбы на Вас, а второй, Хе Ки (невиданный), явно рассчитывает удивить своего отца и подвинуть детей-ди (от первой жены, законные) в его глазах — закончил рассказ эконом и поджал осуждающе губы: не нравились ему «женихи», и упорство хозяина — тоже.
Мои наблюдения за чередой мальчишей-плохишей подтверждали выводы управляющего, развеивая последние крохи оптимизма в отношении планируемого замужества. Мы с Шеньками тоже активно собирали инфу по кандидатам: выискивали сведения и сплетни, подкупая слуг и беспризорников-всезнаек, иногда следили за парнями в общественных местах или тавернах, куда те привыкли ходить. Трясла я и Ли Вэя по мелочи, прикрывая любопытство заботой о сестрах. Картина удручала: таких мне супругов даром не надь, и с доплатой не надь.
Одно радовало: приобрела я по случаю небольшой домик на окраине столицы, но в приличном квартале, и крепкий сельский дом в четырех часах (двух ши) пути от города с земельным участком, садом и куском реки. Я лично осматривала недвижимость, оформляла ее и начала ремонт прежде в селе, чтобы успеть к весенне-полевым работам. В городской домик можно было заселиться сразу — только отмыть хорошенько и нанять прислугу, дабы поддерживали наведенный порядок, чтобы, как говориться, если только, так сразу…