Подопытный материал
Шрифт:
Подход к персоналу здесь, кажется, тоже позаимствовали на родине Алло. Молодой и сильный мужчина рыхлил землю мотыгой, пробираясь между рядами зеленых стеблей, весьма напоминающих картофельную ботву. Наверно, этот огородник считается еще и охранником. Правда, оружия у него я не заметил, но в умелых руках мотыга — не только инструмент.
Впрочем, рядом каменная беседка, а в ней шкаф с запертой дверцей. Интересно, что там?
— Там ружья, — просветил меня Тип, подошедший совсем неслышно.
Теперь все ясно. Охранник не таскает с собой оружие, а носит где-нибудь на поясе ключ от
— Чужой сюда не пройдет, — подтвердил Тип.
Дальше я ходил в сопровождении смуглого здоровяка. Похоже, это мой телохранитель.
Большой дом тоже окружал навес. Окна, четыре входа, отверстия под потолком — здесь тоже гуляли сквозняки. А вот то, что под всем зданием есть подвал, оказалось для меня неожиданностью. Огонек свечи слабо разгонял тьму, но я успел рассмотреть стены подземного помещения. Подвал вырубили в камне. Судя по всему, слой почвы и песка здесь тонкий, а глубже идет все та же коричневая порода.
Проснувшийся Витька потащил меня с собой и привел на самую обыкновенную детскую площадку. Маленькие домики, качели, крохотные карусели, горки — признаться, я не предполагал увидеть здесь такое. А еще неожиданнее оказалась целая ватага детворы. Витька немедленно влился в эту шумную команду и был принят как равный. Похоже, такого понятия, как принц, здесь не существовало. Слуги и охранники жили в усадьбе семьями, и каждый занимался своим делом. А вот особых различий между детьми, кажется, не делали. Может, так и должно быть?
Зверек не испугался шума и подошел к детям. Витька гладил ручного грымса, а я вспоминал старшего сына. Когда-то и Григан был мальчишкой, а теперь он стал королем, правителем большого острова. Увы, я уделял ему слишком мало внимания и, возможно, слишком строг к старшему сыну сейчас.
Катенька незаметно вышла из-за живой зеленой стены. Взяла на руки Витьку, выскочившего из скопища ребятни, чмокнула его в щечку, выслушала новости. Ко мне подошла степенно, скромно коснулась губами моих губ, лишь слегка приобняв меня. Что ж, теперь она королева и обязана вести себя соответствующе. Наверно, и я должен скрывать свои чувства. Только как хочется сжать в объятиях любимую женщину, которую давно не видел!
В дом мы зашли, скромно держа друг друга за руки. Вдали от посторонних глаз неприступная дама превратилась в женщину, сгорающую от желания. Я тоже забыл о том, что я король.
— Я на нефтяном колодце была, — рассказывала Катенька, улыбаясь и озорно поглядывая на меня. — Там навес начали делать — надо было проверить.
— Проверила?
— Ага! Три дня назад ветер был — все, что построили, по округе разметало. Сказала, чтобы больше не делали.
Что за колодец, навес над которым нужно сооружать не один день? Признаться, я ничего не понял.
— Колодец — это на самом деле большая яма, — просветила меня супруга. — Там бывший владетель камень добывал, а потом решил узнать, что находится в глубине, и докопался до нефти. После лихорадки весь котлован залило водой. Мы ее откачали, а яму внизу углубили и расширили — теперь колодец десять
Интересно, зачем Николаевичу столько нефти? Неужели он ее уже перегоняет? Так мы и до двигателя внутреннего сгорания доживем.
Катя говорила не умолкая. Конечно, кое-что я и так знал, ведь приезжая на Ларгас, жены рассказывали о жизни королевства. Эта земля зовется Междуречьем. Здесь нет ни угля, ни руд, а вместо леса — поля да кустарники. Однако некоторые тонкости всплывали только сейчас, а именно детали позволяют понять общее.
Ветряки нам поставляют в обмен на нефть, лес рубят на другом берегу реки и сплавляют бревна по воде. Поэтому древесина у нас есть, а у ветряков, виденных мною, планируется ее обрабатывать.
— Мы там делаем бочки и волокно из стеблей проса, только не хватает ни того, ни другого, — поделилась Катя. — Скоро станки должны привезти. С электричеством дело пойдет быстрее.
А ведь все правильно: для продукции нужна тара. Мы выращиваем свиней и торгуем мясом. А как его сохранить в такой жаре? Только солить — что еще придумаешь? Для солонины нужны емкости — те самые бочки. Насколько я понял, в них же разливают нефть. Зерно тоже лучше перевозить в мешках, а для их производства нужно волокно.
Конечно, упаковку можно покупать, но самим делать дешевле. К тому же станки с Бараса, наверно, лучше, чем любые приспособления, изготовленные на материке. Ведь промышленностью острова командует Николаевич.
— Мы еще в одном месте ветряки ставим, — довольно сообщила супруга. — Подальше от моря. Будем болота осваивать.
Вот ведь до чего додумались! Болота здесь не сплошные, встречаются в них и островки. Только добраться до них непросто. Воду отводить некуда, заваливать трясины и мелкие озера — дело долгое и трудоемкое. А вот если прорыть глубокие каналы, а из вынутого грунта насыпать новые острова и гряды, то получится неплохо. Будет у нас большое королевство с водным транспортом.
— На лодки поставим электродвигатели, — поделилась Катя. — Аккумуляторы на Барасе уже делают.
Конечно, Катя и Алло — большие умницы: все у них получается и все распланировано. Только что я буду здесь делать? Может стоило объявить правительницей Алло? Собственно, они с Катей и так командуют, а я для них лишь ширма. Немного обидно, но чем расстраиваться, лучше подумать, как стать настоящим королем. Ведь получился из меня наместник в Северных землях.
А может, король и должен бездельничать? Почему я решил, что должен командовать всеми в этой стране?
Я очень соскучился по жене и ночью совсем не думал о сне. Да и не чувствовал я усталости — только желание обладать любимой женщиной.
— Пожалуй, я переборщила, — сказала Катя ближе к утру.
— С чем?
— Как с чем? Ты ужин помнишь? Ел мясо с подливой, а пил сок из ягод. Подлива усиливает мужские желания, а сок бодрит и прогоняет сон.
Теперь меня еще и кормят всякой гадостью! Впрочем, я на Катю нисколько не обиделся. По крайней мере, можно вспоминать эту ночь и хоть капельку, но гордиться собой.