Подруги
Шрифт:
– - Ах, меня любили хорошие люди, -- с мрачной усмешкой отвечала Клара и потом прибавляла: -- может за них я и несу эту муку.
– - Совсем негодяй ты, -- говорил Ивану Свистунов, -- выгонит тебя Клара и сдохнешь под забором, пьяница омерзительная.
Иван нагло усмехался и отвечал подмигивая:
– - Это меня-то выгонит? Ну, это оставь, друг.
Тем не менее к концу сезона он смирился. Однажды, проснувшись, он сознал всю невыгоду своего положения и, подойдя к Кларе, сказал:
– - Прости меня. Не я буяню, а вино
И довольно было этих слов, чтобы лицо Клары вдруг просветлело, и она с рыданием кинулась ему на шею.
– - Чего ты, чего? Я ведь вправду, -- бормотал смущенный Иван.
– - Измучил меня ты, -- сквозь слезы прошептала Клара...
– - Теперь все по-новому, -- радостно сказала Клара Стефании, когда они свиделись.
– - Дай Бог, -- ответила Стефания.
А в тот же вечер Иван, застав ее одну в коридоре гостиницы, обнял и поцеловал.
– - Я тебя люблю, а не ту ведьму, -- сказал он. Стефания гневно вырвалась от него и ответила:
– - Я скажу ей, если еще раз посмеешь.
– - Так она и поверит -- засмеялся Иван.
XIII.
– - Ну, вот, Стефания наш сезон и начался, -- сказала весело Клара. Завтра Едем. Смотри.
– - И она показала огромную афишу одного богатого цирка, где Клара и Эльза Броун были изображены ходящими по канату.
– - И нашего красавца устроили, -- добавила Клара.
Иван радостно поцеловал ее и сказал:
– - Золото ты у меня, Клара, -- после чего стал энергично помогать укладывать вещи и костюмы.
Сестры Броун появились на сцене и имели несомненный успех. Содержатели цирков наперерыв делали им предложения, и они весело переезжали из города в город, сопровождаемые беспутным Красовым.
Противоположности сходятся, и Стефания с Кларою искренно полюбили друг друга. Никогда между ними не возникало недоразумений, потому что Стефания стремилась устранить от Клары всякую мелкую работу и окружить ее всяким удобством, Клара же с своей стороны опекала Стефанию, как старшая сестра.
Единственным облаком на их горизонте являлся все тот же Иван Красов. Сытый, самодовольный, он, раздраженный сопротивлением, загорелся страстью к Стефании и преследовал ее все настойчивее и упорней.
Она трепетала в ужасе, что Клара заметит ее поведение, и весь гнев ее обрушится тогда на нее, а в то же время она не решалась открыться Кларе.
– - Будешь моею, -- шептал Иван с пылающим страстью лицом.
– - Не уйдешь.
И раздраженный неудачею грубо отгонял Клару.
Клара отстранялась от него с побледневшим лицом и не говорила после этого с ним по неделям и более. Но он и не замечал ее гнева.
Иногда при Кларе Стефании становилось жутко, когда, она вдруг подмечала на себе горящий взор Красова.
Они переехали в Москву.
Красов запил и бродил из трактира в трактир, не показываясь дома целых три дня. Клара была как безумная, думая что потеряла навсегда его. Но через три дня он объявился. Лицо его было мрачно и хмуро. Глаза горели какою-то решимостью.
– - Ваня? Где ты скрывался?
– - воскликнула Клара, бросаясь ему навстречу.
– - Где был, там теперь нет, -- ответил Красов и прошел прямо к постели. Клара робко села подле него.
– - Если бы знал как я мучилась. Я не спала ночей. У меня ослабли ноги и я теперь бросила носить на плечах Стефанию. Боялась!
– - Она боялась?
– - Я! Она мне верит... а тебя все не было. Теперь пришел и хотя бы поцеловал меня.
Клара заплакала.
– - Глупости! -- сказал Иван, -- вернешься из цирка -- поцелую.
Лицо Клары просветлело.
– - Милый мой, люблю я тебя!
– - сказала она кротко и потом прибавила.
– - Не пошла бы и в цирк, если бы не Стефания.
Иван насторожился.
– - А что она?
– - Захворала. Лежит. А то бы она за меня сходила.
– - А теперь ты. Один черт!.. Ну, я сплю, -- он повернулся к стене и поправил подушку. Часы пробили 6. Клара встала и начала собираться.
Иван лежал и, замирая от волнения, ждал минуты, когда уйдет Клара.
Наконец, она собралась, тихо поцеловала Ивана и вышла. В ту же минуту он уже сидел на постели.
Подлая мысль гвоздем засела в его голове и не давала ему покоя.
Он просидел минут десять; потом тихо встал и вышел в коридор гостиницы.
Стефания дремала, лежа на диване, когда вдруг перед нею очутился Иван Красов. Она слабо вскрикнула и хотела подняться, но он обнял ее и прижал к ее лицу свои пылающие губы. Она пробовала защищаться, но обезумевший Красов был неизмеримо сильнее ее.
Когда Клара вернулась, Иван встретил ее приветливо, ласково, и так горячо поцеловал ее, что у нее закружилась голова.
XIV.
Разве могла робкая Стефания рассказать Кларе о том, что с нею случилось?..
Клара в испуге хотела послать за доктором, когда увидела бледное, осунувшееся лицо своей подруги, но та через силу улыбнулась и тихо ответила ей.
– - Ничего! Я не спала всю ночь. У меня головная боль!
– - и поспешила уткнуть свое лицо в подушку.
С этого дня для нее началась невероятная жизнь, полная муки и унижения.
Робкую, обессиленную, Иван пугал ее Кларою и продолжал насильно требовать от нее ласки. В то же время он сделался снисходительнее к Кларе, и та расцветала от его поцелуев.