Подрядчик

Костин Константин Александрович

– Ах ты, подлиза, – ласково прошептала Наталка.

– Эх, малышка, ты же знаешь – если бы не ты…

– Да нет, Лешка, если бы не ты…

– Если бы не Семенов, – подытожил я.

– А наш следующий гость – экономист и политолог, профессор Оксфордского университета Валерий Казанцев, – произнес диктор с экрана.

Выражение лица Скоробогатовой

моментально изменилось. Она смотрела на телевизор так, словно увидела в нем приведение. Но я ничего необычного не увидел. Седой мужчина с военной выправкой, в относительно недорогом костюме. На вид ему можно дать лет сорок пять – пятьдесят. Хотя, на самом деле, скорее всего, гораздо больше.

– Это он! – ткнула пальцем в плазменную панель жена.

– Кто, он? – не понял я.

– Ну он, тот кто приходил с тобой двадцать лет назад. Неужели, не помнишь? Я в жизни не забуду, как ты тогда растворился в воздухе прямо на моих глазах!

Я внимательнее всмотрелся в черты лица профессора. Нет, определенно я его видел впервые, если не считать встречи в студии. Вообще, забавно, про свое путешествие в прошлое, если оно и было, я не помнил абсолютно ничего. Вообще, то, что оно было, я знал лишь со слов Наталки и родителей Семенова. Ну, еще осталась целая подшивка пожелтевших от времени листов с машинописным текстом, описывающая политико-экономическую жизнь последних двадцати лет с потрясающей точностью.

– Самое сложное было выехать за границу, – рассказывал Казанцев шоумену. – Ведь до восемьдесят восьмого года я служил в Комитете Государственной Безопасности…

Восемьдесят восьмой? Да черт его знает, возможно. Так-то все сходится. Вообще, из того, что было написано про мою личную жизнь, совпало мало. Возможно, из-за Наталки, которая пришла к нам в класс той же осенью? В письме этого не было, значит, тогда все и начало меняться. В любом случае, я не верю, что моя жизнь могла бы быть лучше. Я и так совершенно счастлив, и, девяносто девять процентов моего счастья, моего успеха – моя жена. Лучшая женщина в мире! Признаться, никак не могу понять

своих знакомых, которые изменяют своим женам, разводятся, сходятся. В моей жизни была всего одна женщина, мы вместе с десяти лет, и пожелать еще чего-то… лучшее – враг хорошего, да, но что может быть лучше идеала?

– Сегодня последний день, – напомнила Наталка.

Да, девятнадцатое июля две тысячи восьмого года. Этой датой заканчивается мое послание из будущего. Я знал, что этот день наступит, но ждал его с некоторым опасением. Привык, к ощущению, что кто-то сильный и большой направляет меня. Почти два десятка лет жизни, когда, засыпая вечером, я знал, что будет утром. Теперь… неизвестность – с другой сторон, это даже приколько.

– Мне немного не по себе, – призналась девушка, в который раз за эти годы прочитав мои мысли.

Во дворе залаял Тревор. Вот ведь псина – ему никаких писем не надо, и так каким-то образом знает, что к нам кто-то идет. Не просто человек идет по улице, или к соседям, или еще куда, а именно к нам. Не дожидаясь звонка, я вышел из коттеджа и подошел к калитке, отворив ее в тот момент, когда полноватая женщина в годах поднесла палец к кнопке звонка.

– Ой, Алексей Сергеевич, снова напугали меня, – вздрогнула почтальонша. – Как вам это удается? Вы ясновидящий?

– Больше – нет, – усмехнулся я.

– Вам заказное, распишитесь, пожалуйста.

Расписавшись в квитанции, я получил увесистый пакет. Закрыв калитку за почтальоншей, неспешно шагая по плитке дорожки, я сорвал клапан с посылки и достал… кипу листов в три пальца толщиной. "Привет вам из будущего, мои дорогие Алексей и Наталья…", – гласила первая строчка. Дрожащими руками я перелистал пачку до последней страницы. Здесь стояла дата "20 июля 2028 года". И подпись – "Скоробогатов А.С."

Ха! Ясновидящий? Теперь – опять да!

Сентябрь-Декабрь 2008 г.

г. Челябинск