Подрывник
Шрифт:
— Чудак, полоснул бы его очередью прямо из кузова и всего делов. Тоже мне, Рэмбо!
Колодников доложил по рации обо всем происшедшем Шлыкову и получил приказ везти всех неудачников этого вечера в больницу.
Перенеся пострадавшего к машине, они осторожно погрузили постанывавшего лейтенанта в кузов. Машину повел Мазуров, а сам Колодников остался в лесу.
— Попробую я ещё этого козла поискать. Кто это хоть был? Спросите у этого… раззявы.
— Спросил уже. Соколов это был, — ответил Шлыков.
— Гонщик?!
— Он самый.
Он не знал что к этому времени Гонщик уже выбрался на дорогу
А на другом конце города, в салоне тёмно-зелёной «десятки» с тонированными стёклами внезапно вспыхнуло пламя выстрела. Затем один человек выбрался из машины. Он поспешно завёл «Волгу», развернул машину, и понёсся в сторону города.
Глава 35
Всего этого Кижаев, конечно, не знал. Его больше беспокоило то, что не было ничего слышно со стороны склада.
"Неужели шнур оказался бракованным? " — думал он. — "Все может быть, один обрыв и все к чертям. Пупок там как слон топтался, один раз наступил и мандец всей моей операции".
А на базе все шло своим чередом. Когда «Форд» подъехал к воротам склада, там уже стоял большегрузный трейлер. Оба водителя и экспедитор давно гоняли машину по этому маршруту, так что больших церемоний не было. Первым из машины вышел Шохов, бумажный червь, голова и мозг Бизоновской банды. Бухгалтер всего картеля, щуплый молодой парень в очках, он даже в армии не служил, получив за искривление позвоночника белый билет, а от менее интеллектуальных напарников по бизнесу кличку Балык.
— Здорово, что там у тебя? — спросил он экспедитора.
— Вот накладные. И вот ещё, другие накладные. Тут десяток унитазов, рубероид, линолеум.
С виду это были обычные бумаги, только без печатей и подписей. Вглядевшись в эти «накладные», Шохов по привычке начал бормотать. — Так, унитазы, гвозди, сантехника, мыло…
За всем этим стояли совсем другие вещи. По накладным на унитазы отпускались противотанковые мины, противопехотные шли как раковины, гвоздями называли патроны, а мылом именовали толовые шашки. Убедившись, что документы в порядке и получив самое главное, маляву с короткой надписью: "Отдай, уплачено", Шохов кивнул головой.
— Хорошо, давай заезжай, только развернись сразу здесь, а не как в прошлый раз.
Водитель хохотнул и завел двигатель. Бригада невольных грузчиков последовала за кладовщиком как стайка цыплят за мамой-клушкой. Отперев ворота ангара Шохов приказал открыть их пошире, а сам включил свет и начал пробираться вглубь склада.
В это время около «Лагуны» притормозила «десятка», из неё выскочил человек и торопливо пробежал в бар. Кежу это, конечно, сразу встревожило.
"Все что ли там, на железке, нормально? — подумал он, вытащил, было мобильник, но звонить раздумал. — А если у них там сейчас все в самом разгаре? Я этим звонком могу всё только выдать".
Но телефон в этом момент зазвонил сам.
— Игорь?
— Да.
— У нас один сбежал.
— Давно?
— Минут десять назад.
Игорь прикинул по времени, по расстоянию.
— Он здоровый такой, в сером свитере?
— Да.
— Сейчас один такой прошел в бар,
Шлыков выругался.
— Значит точно он. Теперь вся надежда только на тебя, Игорь.
— Что, можно?
— Я разрешаю тебе всё. Они не должны сюда доехать.
В эту секунду распахнулась дверь и на улицу начала вываливаться целая толпа разгоряченных выпивкой и злостью парней.
— Всё, они выходят, я начинаю, — сказал Кижаев и отключил телефон.
Уже не прячась, бычкам было не до него, Кежа прошел от угла дома к тополю и начал наблюдать за всем происходящим оттуда. Да, Шлыков не ошибался, их было много, очень много. Не таясь, они прямо на стоянке начали разбирать оружие, вытаскивая его из-под сидений, из багажников. Здесь были автоматы, пара помповых ружей, мелькнуло даже «Узи». В дверях бара толпилось несколько длинноногих красоток, вышедших проводить кавалеров, да заодно и покурить.
— Девчата, через полчасика мы к вам вернемся! — крикнул один из бычков, передергивая затвор автомата.
— Засекаем время, — отозвалась от двери одна из девиц.
— Каждая минута простоя — сто баксов! — поддержала её вторая.
Под эти шутки и прибаутки человек восемь, не меньше, загрузились в объемный «Ландкрузер», пятеро уселись в «Ниву». Они уже тронулись с места, когда Игорь увидел Бизона. Он сильно изменился за эти годы, раздался вширь, отпустил бороду, но не узнать его Кежа не мог. Мощный загривок и чуть склоненная голова, в самом деле, делали его похожим на царя американских прерий. Сейчас он был в одной белой рубашке, в левой руке держал короткое помповое ружье. Взмахнув им, Бизон что-то крикнул и уселся в приземистый «Ниссан».
— Ч-черт, не туда сел то, баран! — пробормотал Игорь. — Дай-ка сюда эту штуку, — сказал он Пупку, отбирая короткую трубу гранатомета.
Повозившись несколько секунд, он привел «Муху» в боевое положение. Краем глаза он продолжал наблюдать за отъехавшими машинами. «Ландкрузер» проехал метров тридцать, когда вытянулась в струну и, дернувшись, опала первая веревка. Вскоре тоже само произошло и с «Нивой». Обе машины продолжали мчаться по шоссе с максимальной скоростью, а Кижаев уже ловил в прицел выезжавший со стоянки «Ниссан». Он затаил дыхание, и в это время метрах в ста от бара блеснула вспышка. Взрывом «Ландкрузер» подбросило в воздух. Грохот этого взрыва еще не успел затихнуть, когда рвануло снова. Горящая «Нива», так же подпрыгнув, продолжала нестись по шоссе, и две машины с лязгом слились в один поминальный костер.
Увидев всё это, водитель последней машины резко затормозил, подставив бок своего автомобиля под прицел Кижаева. Тот плавно нажал на спуск. До цели было всего метров тридцать, и белая полоса порохового заряда с громким шелестом атакующей змеи ударила чуть подальше задней двери, туда, где должен был быть небольшой квадратик лючка бензобака. Кежа туда и не целился, просто ему в очередной раз повезло. Взрыв разнес машину с такой силой, что самому Кижаеву показалось, будто кто-то врезал по его лицу горячим кулаком. Один из осколков японского авто со свистом врезался в ствол тополя сантиметрах в десяти над головой Игоря. Гул огня догорающей машины не смог заглушить отчаянный визг высыпавших из бара женщин. Зато Пупок прокомментировал всё совершенно по-другому.