Подрывник
Шрифт:
— Везёт тебе, парень. Сантиметром левей и тебя бы сейчас отправили в домик во дворе.
Во дворе больницы стояло только одно строение — морг, так что намек Кежа понял. А доктор с монотонностью радио продолжал ставить диагноз.
— А так пуля только чиркнула по твоей бестолковке. Надо будет, потом просветить твой черепок на рентгене, но сейчас он у нас, как всегда, сломан, так что придеться отложить все на потом. Машь! Обработай рану этому герою и перевяжи его.
Отдав команду, Михайлов убежал
— Это ерунда, у тебя кусок кожи просто содрало. Повезло. Сегодня у нас как в Чечне, всё везут и везут. Трое раненых, один с переломами ноги, а уж морг под завязку забили. Всех хирургов и патологоанатомов вызвали на работу.
Когда Кижаев окончательно начал походить на раненого Чапаева перед последним заплывом, вернулся доктор.
— Ну, как себя чувствуешь? — спросил он.
— Как после нокаута. Меня разок так вырубали на городском турнире, помнишь? Вот и сейчас такое же состояние.
— Ляжешь к нам?
Игорь мотнул головой и сморщился от плеснувшей внутри черепа боли.
— Нет, лучше дома отлежусь.
— Ну, смотри, а то мы сотрясения хорошо лечим.
— Дома вылечишь. Поеду я, пожалуй, домой.
— Машину-то сможешь вести?
— Конечно.
Потом Кижаев удивленно сморщился и спросил: — Слушай, а кто меня сюда привез?
— Как кто? Он.
И доктор кивнул на Пупка. Тот гордо сопел от счастья. Еще бы, такие удивленные глаза он у Кежи еще ни никогда не видел.
— Как же это ты так сумел? — спросил Игорь.
— Как-как! Завел да поехал, — солидно отозвался Пупок. — Вот затащить тебя в машину, это было трудно. А так, вести машину — плевое дело.
— Да? Ну, ты даешь, парень.
— Я же говорю, когда вырасту — стану пилотом "Формулы один".
Тут Кижаев вспомнил про кое-что еще.
— Слушай, а этот что, тот, второй, уехал?
— На «Волге»?
— Да.
— Нет, я его так хорошо по темечку той трубой огрел, он, поди, до сих пор там, на берегу валяется.
— Так ты его… стукнул по башке?! — высоко подняв брови, спросил Игорь.
— Ну да. Он подошел, над тобой наклонился, в этот момент я его и саданул по жбану. Он там, рядом с тобой и лег.
Кижаев сделал попытку засмеяться, но обхватил голову руками и выдавил какое-то куриное кудахтанье.
— Господина директора… трубой по голове… — с трудом выдавил он сквозь это подобие смеха, а потом испуганно прикрыл рот ладонью. Михайлов так же оглянулся по сторонам, но в приемном покое не было ни кого. Маша, сделав свое дело, скрылась где-то в глубине больницы.
— Так это в тебя сам директор, Федосеев стрелял? — спросил доктор.
— Для кого директор, а для кого просто Антон, друг детства. Бывший, — добавил
— Смотри, что я у него надыбал! — и Николай вытащил небольшой, тупорылый, блестящий хромировкой револьвер.
— Ух, ты, дай-ка посмотреть, — Игорь протянул руку, но пацан оружие ему не доверил.
— Ага, знаю я тебя! Сейчас скажешь тебе еще рано, это оружие. Ты и так не дал мне из гранатомета пальнуть.
— Нет, но из снайперской винтовки ты же пострелял!
— Да чего там, всего три раза!
Доктор откровенно угорал над этим диалогом.
— Ну, вы орлы, даёте! Как на войне.
— Николай, не хами, дай револьвер, я только посмотрю, — настаивал Кежа. — Посмотрю и верну.
— Побожись!
— Честное пионерское!
— Сань, свидетелем будешь, — по-свойски обратился к врачу молодой нахал. Александр на такое обращение не обиделся, со смехом кивнул головой.
Пупок нехотя отдал свое оружие напарнику. Кежа с любопытством осмотрел револьвер, с помощью Александра прочел надпись на боку:
— «Бульдог». Однако круто, эта марка идет еще от пистолета Шерлока Холмса, — сказал начитанный доктор.
Крутанув барабан, Игорь понюхал дуло. Из него откровенно тянуло сгоревшим порохом, и Кижаеву внезапно стало плохо. Он, наконец, осознал насколько близко в этот раз, находился рядом со смертью.
"И ведь ничего в этот раз не чувствовал. Даже мысли такой не мелькнуло, что Тошка может продать, сука. Старею, что ли?" — печально подумал он.
Протянув револьвер своему воспитаннику, он сказал: — На, только не играйся с ним.
Обрадованный Пупок спрятал оружие в карман.
— Ну, мы поехали, — сказал Кежа, поднимаясь с кушетки.
— Может все-таки подождешь, и я найду попутную скорую? Хотя, они сегодня все в разгоне. Работы вы им подбросили — выше крыши.
— Не надо мне скорой. Я ещё живой.
Выйдя на крыльцо, Игорь первым делом глянул на дом Федосеевых. Ни одно окно в нем не светило, и Кежа только пробормотал себе под нос: — Ну, падла, все равно ты мне ещё попадешься.
Поразмыслив, он решил, что господин мэр подождет, ни куда он от него не денется. Единственным желанием Игоря сейчас было добраться до дома и упасть в кровать. Бурный вечер отзывался усталостью каждой клетки его организма.
Глава 39
Но Кижаев зря рассчитывал на скорый отдых. «Фольксваген» начал чихать едва они отъехали метров сто от больницы. Глянув на панель, Игорь выругался.
— Вылазь, приехали, бензин кончился.