Поджигатель

Мэй Питер

Уэйд улыбнулся:

— Вы очень скоро поймете, что Пекин — не Чикаго. Я здесь уже два года, но до сих пор так и не смог снять копии с собственных конспектов.

— Шутите?

— Вам когда-нибудь приходилось слышать о трех «Т»? — Маргарет покачала головой. — Речь идет кое о чем, без чего тут не выжить. Это терпение, терпение и еще раз терпение. Китайцы привыкли все делать по-своему. Не хочу сказать, лучше или хуже, чем мы, просто иначе. У них собственное видение мира.

— Да ну?

— К примеру, вы прибыли сюда с мыслью: я гражданка США. Живу в самой богатой и могущественной

стране мира. Естественно, это дает вам ощущение превосходства над местными. Однако любой крестьянин, который пятнадцать часов в день гнет спину над грядкой овощей, будет здесь смотреть на вас сверху вниз. Потому что считает себя подданным Срединного царства. Так они сами называют Китай. Для них это центр мироздания; все, что находится за его пределами, — земли, населенные варварами, янгуйцзы, то есть заморскими дьяволами, такими, как вы и я.

Маргарет недоверчиво фыркнула.

— По-моему, идиотское высокомерие.

Уэйд повел бровями.

— Вы уверены? Китайцы начали ткать шелк три тысячелетия назад. Когда они выплавляли железо, жители Европы еще не задумывались о том, что такое возможно. Китайцы изобрели бумагу и стали делать книги за сотни лет до того, как Гутенберг придумал свой печатный станок. По сравнению с Китаем американская цивилизация — это всего лишь прыщик на лице истории.

Интересно, подумала Маргарет, часто ли Уэйд читает подобные лекции своим соотечественникам? Похоже, он считает себя знатоком, а Китай — способным устрашить любого. Хочется верить, что он ошибается хотя бы в последнем.

— В чем, по-вашему, самое большое различие между ними и нами?

Она беспомощно промолчала.

— Китайцы предпочитают действовать сообща. Достижения индивидуума для них ничего не значат. Они играют сплоченной командой. Здесь человек всегда ставит интересы команды выше собственных. А ведь мы, не забывайте, говорим о стране, где живут полтора миллиарда человек. Вот почему на протяжении пяти тысяч лет они остаются такими, какие они есть.

Маргарет почувствовала, что историко-социологический экскурс начинает утомлять ее.

— Хорошо. Что у нас впереди?

Уэйд посерьезнел.

— Так. Я устрою вас в университете, познакомлю с нужными людьми, а потом у вас будет время принять душ и подготовиться к банкету.

В ее памяти всплыли слова Лили.

— К банкету?

— А как же! В знаменитом ресторане «Цюаньцзюйдэ». Утка по-пекински! Такова традиция. Вы что, не читали справочное пособие МБКП?

— Как же, как же. — Маргарет не могла признаться, что брошюру она даже не раскрыла. Но по крайней мере собиралась это сделать. Если хватит сил, пролистает ее сегодня же вечером.

— Это вопрос этикета: как себя держать, что допустимо, что — нет. Китайцы весьма щепетильны, понимаете? Но не беспокойтесь, я буду рядом и помогу.

Она не знала, благодарить Боба за такую честь или проклинать. Уэйд действовал ей на нервы.

В потоке машин «БМВ» несся на запад по широкому проспекту мимо современных многоэтажных зданий. Сквозь туманную дымку солнце уже начало опускаться к горизонту, в его лучах на ветровом стекле темнели пятнышки от разбившихся насекомых. В отдалении высились опоры моста, однако метров за двести

до него Шимэй свернула, направив автомобиль на узкую, забитую велосипедистами дорожку. Еще один поворот, и автомобиль очутился у въезда на какую-то, по-видимому, строительную площадку.

— Приехали, — бросил Уэйд.

— Вот как? — Маргарет не сочла нужным скрыть удивление.

Поднимая клубы пыли, по глубоким рытвинам «БМВ» подъехал к воротам, возле которых навытяжку стоял полисмен. Отдав честь, он распахнул створки; Лили и головы не повернула в его сторону. За воротами расстилалась асфальтовая лента, тянувшаяся к массивному белому зданию с колоннадой и приподнятыми кверху углами крыши.

Маргарет не без труда выбралась из машины в густой от зноя воздух. Слава Богу, кондиционер позволил ей хотя бы чуточку прийти в себя.

Указав взмахом руки на двадцати этажную башню позади явно административного корпуса, Уэйд заметил:

— Преподаватели живут там.

— Живут? — Маргарет была поражена. — Сколько же их?

— Примерно тысяча. — Он провел ее по мраморным ступеням в милосердную прохладу вестибюля.

— А студентов?

— В университете обучаются три тысячи человек.

Маргарет вздохнула. О таком соотношении — трое учащихся на одного преподавателя — в Америке и не слыхивали.

— В Китае это заведение считается чем-то вроде нашего Уэст-Пойнта ^[7] для полиции. Нам сюда. — Уэйд увлек спутницу в длинный и скучный коридор.

Маргарет ни разу не задумывалась о том, насколько скромным по масштабу может оказаться место ее новой работы. И еще раз пожалела, что пренебрегла брошюрой МБКП.

— Вас, естественно, интересует, — наслаждался ролью опытного старожила Уэйд, — факультет патологической анатомии и судебной медицины. Он расположен за спортивными площадками, вместе с лабораторией изучения вещественных доказательств. У них тут вполне современное оборудование, включая блок для анализа ДНК и прочие хитрости. Сюда поступают запросы со всех уголков страны. Не поверите, но китайцы работают даже с отпечатками ушей; не пальцев, а именно ушей. Я, честно говоря, пока не слышал, чтобы убийца оставил на месте преступления отпечатки своих ушных раковин. Может, кто-то забыл у трупа слуховой аппарат? — Довольный собственной шуткой, Уэйд рассмеялся. Поскольку Маргарет не отреагировала, смех утих. — Но все это, конечно, не мой профиль.

7

Военная академия сухопутных войск США в одноименном городе на юго-востоке штата Нью-Йорк.

— Чем же занимаетесь вы?

— Компьютерным программированием. Моя задача — помочь китайцам создать систему не хуже той, что использует ФБР. Прошу.

Уэйд распахнул дверь клетушки площадью не более двух с половиной квадратных метров с крошечным оконцем под потолком. У стены стояли письменный стол, три пластиковых стула и невысокий стеллаж. Ровно половину сдвоенного стола занимали три картонные коробки с папками.

— Вот вам.

Маргарет в недоумении вскинула голову.