Поджигатель

Мэй Питер

— Вы с ним знакомы? — спросила она на верхней ступени лестницы.

— Да. Это выпускник университета. Закончил учебу чуть раньше, чем я появился здесь. Но время от времени он приходит читать слушателям лекции. Зовут его Ли Янь, восходящая звезда первого отдела столичной полиции.

— Чем занимается первый отдел?

— О, там служат серьезные парни. Вообще-то это подразделение городской полиции, но занимается оно исключительно тяжкими преступлениями: убийства, вооруженные грабежи и прочее. — Уэйд внезапно смолк. — А что, вы тоже его знаете?

— Я бы так

не сказала. Просто когда меня везли к вам из аэропорта, наша машина сбила его с велосипеда.

Сверху Маргарет бросила еще один взгляд на сидевших за столом, но Ли Янь в это время был уже полностью поглощен рассказом своего соседа, крупного широколицего мужчины. Забыв о кружках с пивом, компания от души хохотала.

Второй этаж ресторана галереей охватывал нижний зал. С высокого резного потолка свешивались, мерцая зеленоватым стеклом, изящные, в виде капель, лампы. У дальней стены возле накрытого белоснежной скатертью круглого стола стояли профессор Цзян и его коллега Тянь, доктор My, Цао Мин и другие, в том числе Вероника, не удосужившаяся даже сменить кремовое платье на более подходящий к случаю туалет. Боб Уэйд еще раз представил Маргарет собравшимся. Супруг доктора My, седобородый старичок с длинными, падавшими на воротник рубашки волосами, в окружении гладко выбритых лиц показался Маргарет существом иного порядка. Тепло улыбнувшись гостье, он достал из кармана пиджака пачку сигарет.

— Не откажетесь?

— Спасибо, я не курю.

Старичок пожал плечами:

— Но мне вы позволите?

Уэйд внутренне напрягся.

— Роете себе могилу? — спросила Маргарет.

— Простите?

— Я много раз видела, что табак делает с легкими.

Пожилой мужчина озадаченно качнул головой и выпустил к потолку струю дыма.

Профессор Цзян произнес какую-то фразу, которую Вероника тут же перевела на английский:

— Профессор предлагает всем садиться за стол.

Подойдя к стулу с высокой спинкой, Цзян рукой указал Маргарет на соседний. Гости расселись. Пока, подумал Уэйд, все идет по плану. Выросшая как из-под земли официантка поставила перед каждым по крошечной фарфоровой чашечке с прозрачной, резко пахнувшей жидкостью.

— Это маотай, — громко шепнул сидевший напротив Маргарет Боб Уэйд. — Знаменитый сорт водки из сорго. В нем восемьдесят шесть градусов, так что будьте осторожны.

Подняв чашечку, профессор Цзян разразился долгой речью, однако Вероника лаконично свела ее к единственной фразе:

— Добро пожаловать, мадам Кэмпбелл, в Пекин, мы рады приветствовать вас в стенах Народного университета общественной безопасности.

Участники банкета в один голос произнесли «ганьбэй!» — «осушим бокалы!» — и сделали по маленькому глотку. Маргарет вкус водки показался столь же отвратительным, как и ее запах. Маотай обжег горло, она едва не задохнулась. В голову ударила мысль: «Теперь мой черед». Встав, Маргарет сказала, что чрезвычайно польщена оказанной ей честью и хочет поднять тост за гостеприимство и радушие хозяина — профессора Цзяна. Когда Вероника закончила перевод, Цзян удовлетворенно кивнул, все выпили.

— Ганьбэй!

Маргарет

заметила, что на этот раз мужчины осушили свои пиалы, а дамы лишь пригубили смертоносного напитка. Да, решила она про себя, уж лучше проглотить эту гадость залпом, чем растягивать пытку. Запрокинув голову, она решительно вылила в рот остаток водки и со стуком опустила чашечку на стол. В сознании мелькнуло: «Сейчас я умру»; грудь разрывалась от недостатка воздуха. Ощутив на себе взгляды всех присутствующих, Маргарет с трудом перевела дыхание и вымученно улыбнулась. «Вот вам!» — чуть было не сорвалось с ее губ. Супруг доктора My хитро прищурился и захлопал в ладоши.

— Браво! — выкрикнул он и добавил: — Роете себе могилу?

Она невольно расхохоталась. За столом грянул дружный смех.

Выдержку сохранил только Боб Уэйд, чьего предупреждающего взгляда Маргарет старалась не замечать.

Жжение в горле пропало. Теперь, проведя сутки без сна, после выпитого в самолете и гостинице, она испытывала удивительный подъем, нечто вроде эйфории. По просьбе Маргарет официантка поставила перед ней высокий бокал с пивом, а минуту спустя к столу начали подносить блюда с закусками. Кульминацией стало появление трех фарфоровых подносов, на каждом горкой высились кусочки пекинской утки. Квадратик мяса с коричневой корочкой полагалось окунуть в кисло-сладкий соус, а затем завернуть в тонкий блин с колечками лука, полосками нарезанного соломкой огурца и раздробленным чесноком. На вкус это было восхитительно.

Послышались вежливые вопросы о перелете через океан, о гостинице, в которой она остановилась. Маргарет удовлетворила любопытство соседей по столу, осведомилась о здоровье их детей и успехах на службе. По мере осушения бокалов беседа становилась все непринужденнее. Перегнувшись через стол, господин Цао достаточно громко заметил:

— Насколько мне известно, труд патологоанатома в США неплохо оплачивается?

Вероника перевела его слова на родной язык, после чего Маргарет пояснила:

— В мире все относительно, мистер Цао. По меркам китайских коллег, вы, безусловно, правы. Но не забывайте, пожалуйста, что стоимость жизни в Америке намного выше.

Цао согласно кивнул.

— А сколько зарабатываете дома вы, доктор Кэмпбелл?

Несмотря на предупреждение Уэйда, Маргарет была почти возмущена бестактностью вопроса.

Доктор My бросила какую-то короткую фразу. Раздался смех, и Вероника перевела:

— По словам уважаемой доктора My, вино заставит любого сказать правду.

«Что ж, — подумала Маргарет, — если вам так интересно…»

— За год мой доход составляет около восьмидесяти пяти тысяч долларов.

В наступившей за столом тишине можно было, пожалуй, слышать, как в головах присутствующих работают калькуляторы. Расширенные зрачки и отвисшие челюсти со всей убедительностью свидетельствовали: гости до глубины души поражены богатством янгуйцзы, этой заморской чертовки, чей ужин они оплатили из собственного кармана. Маргарет раскаивалась: почему она действительно не сказала, что обещала отцу сохранить эту информацию в тайне?