Пока нормально
Шрифт:
Я перелистал «Джейн Эйр». Безнадежно.
Где-то очень далеко залаяла собака. Похоже, ей было весело.
Я еще раз перелистал «Джейн Эйр». Куда там!
Мистер Феррис оторвал глаза от своих препаратов.
– Так за что ты наказан, Дуг Свитек?
– За пререкания с тренером Ридом.
Он поразмыслил с минуту, держа руку на Клариссе.
– Вообще-то, – сказал он наконец, – пререкаться со школьным учителем не только бессмысленно, но и неблагоразумно. Особенно если этот учитель служил сержантом в армии Соединенных Штатов.
– Даже
– Подумай, кто сидит в этой довольно унылой, пропахшей уксусом комнате в чудесный октябрьский денек – ты или тренер Рид?
– Понимаю, – сказал я.
– Итак, поскольку это все же ты, а не тренер Рид, мы можем провести время с некоторой пользой – если, конечно, тебя больше не привлекает «Джейн Эйр».
– Вы когда-нибудь видели пеликана в кабинете директора? – спросил я.
– Ты пытаешься проиллюстрировать понятие хаотичности, Дуг Свитек?
– Нет, правда. Видели?
– Да, видел.
– А вы не думаете, что эту картину надо бы вернуть в ту книгу, откуда ее взяли?
Мистер Феррис задумчиво качнул Клариссу.
– Насколько мне известно, она была подарена ему городским советом при его вступлении в должность.
– То есть вы согласны, что ее надо вернуть.
Мистер Феррис улыбнулся.
– В целом я придерживаюсь мнения, что все вещи должны занимать те места, которые для них предназначены, – а это заставляет нас вспомнить о периодической системе элементов. Нет-нет, о пеликане больше ни слова. – Он подошел к блестящему плакату, который висел на стене рядом с классной доской. – Элементы в этой таблице расположены согласно своим физическим свойствам и чему еще?
– Атомному номеру.
– Правильно. Таблица дает нам название элемента – вот оно, водород, – его атомный номер – вот он, один, – и символ – вот он, «аш». Я знаю, что тебе уже известен символ водорода, так что давай посмотрим, сумеешь ли ты выучить еще шесть. Посмотри на символы инертных газов: гелия, неона, аргона, криптона, ксенона и радона.
Я посмотрел на таблицу. С таким же успехом он мог бы говорить на древнеегипетском.
– Итак, начнем, – сказал он и отошел к другой стороне доски. – Посмотри на меня и назови символ первого инертного газа – гелия.
Я покачал головой.
Он посмотрел на меня.
– Взгляни еще раз на таблицу, найди неон и скажи, какой у него символ.
Я взглянул на таблицу еще раз. И снова покачал головой.
Мистер Феррис посмотрел на меня долгим взглядом, а потом вернулся к таблице сам и положил палец на нужный квадратик.
– «Не», – сказал я.
– Хорошо. Теперь попробуй ксенон, – сказал он. – Его атомный номер – пятьдесят четыре.
– «Ксе», – сказал я.
– Хорошо. Теперь посмотри сюда, на переходные элементы. – Он показал на квадратик с номером 29. –
– «Ку».
– Хорошо. – Он передвинул палец на один квадратик вниз. – А этот символ…
– «Аг», – сказал я.
– Хорошо. – Он снова передвинул палец. – А этот?
– «Ау», – сказал я.
– Хорошо. А теперь, Дуг: какой из символов, «Аг» или «Ау», обозначает серебро?
Я даже не попытался угадать.
– «Аг», – сказал он.
Вот так мистер Феррис понял то, чего не понял раньше ни один другой учитель.
Просто блеск.
Я думаю, мистер Феррис рассказал об этом мисс Купер, потому что в среду на литературе мы все открыли «Джейн Эйр» и мисс Купер отчитала свои пять минут, а потом вызвала Гленна Томаса – он, наверное, удивился, но ничего не сказал и просто начал читать.
И мисс Купер – тут вы можете подумать, что я вру, но это не так, – мисс Купер в первый раз посмотрела на меня только в конце урока, за минуту до звонка, когда Джейн Эйр уже собиралась покинуть Ловудский приют.
– Дуглас, – сказала она.
Я посмотрел на нее. Я ждал чего-то вроде этого и теперь подумал, что дождался.
– Как ты считаешь, Дуглас, Джейн Эйр должна была чувствовать себя виноватой в том, что не смогла спасти от смерти Хелен Бернс?
– Она была в этом не виновата.
– Правильно, – сказала мисс Купер. – Совсем не виновата. – Она посмотрела на весь класс. – На свете бывают вещи, которых мы не можем исправить, и когда они происходят, это не наша вина, хотя мы и вынуждены как-то с ними мириться. Но иногда на свете происходят другие вещи, которые мы можем исправить. Для этого и нужны хорошие учителя вроде меня.
Все в классе дружно застонали. Кроме меня. Мисс Купер и я – мы посмотрели друг другу прямо в глаза. «Может быть, – подумал я, – может быть, еще не все пропало и спасение еще есть».
В тот день я должен был в последний раз остаться после уроков, опять с мистером Феррисом, но когда я пришел к нему в класс, он велел мне идти к мисс Купер.
– Почему? – спросил я.
– Потому что я вредный пожилой чудак, который может всыпать тебе, если ты не послушаешься, – сказал он.
– Тогда мне лучше пойти в кабинет мисс Купер, – сказал я.
– Вот и я так думаю, – сказал он и качнул Клариссу.
Мисс Купер уже поджидала меня в своем классе.
– Ты-то мне и нужен, – сказала она. И подняла вверх пачку свеженапечатанных листков. Они еще пахли спиртовой краской. – Я готовлю для нашего округа Программу борьбы с неграмотностью, и мне надо на ком-нибудь попрактиковаться. Как ты на это смотришь?
– А что я должен делать?
– Ты будешь играть роль человека, который учится читать.
Это меня слегка насторожило. А вас не насторожило бы?
– Человека, который учится читать? – переспросил я.
Она кивнула.
– Мисс Купер, если это потому, что вы думаете…