Поклянись...
Шрифт:
Лишь отодвинув опустевшую тарелку, Вариан первым начал:
– Итак, про саму нежить мы уже узнали, что нам требуется. Но во сколько нам это обойдется? Включая бесплатное проживание, разумеется.
– Ну… десять сребряков, - рискнул жмот.
– Это что, шутка? – "не понял" эльф. – Уважаемый, нам этот дух ничуть не мешает. Мы сейчас поедим, отдохнем – и завтра с утра двинем дальше. Так что долго я торговаться не намерен. Двадцать.
– Ну… хорошо… - признав аргументы убедительными, кивнул мужичок и побыстрее, пока они не решили вдруг повысить цену, улепетнул на кухню.
– Чего
– Злат? Не смеши меня. – Вариан с удовлетворенным видом откинулся на спинку стула. – Злат дают за высшую, опаснейшую нежить - оборотня, лешего, водяного… ну, и за убийство не слишком высокопоставленной особы. Смерть герцога стоит тридцать золотых – но это-то герцог! Император, наверное, на триста потянет, но его убивать запрещено. Судья, купец – златов этак на пять-семь, крестьянина вообще за платину берут. Слабый маг – не более пяти, а вот за сильного можно потребовать и все сто. Но это только при заказных убийствах, на которых наглеть не стоит. Если необходимо догнать кого-то и убить за правосудие, то надо брать дешево, занижая цену раза в два… Вот такие расценки. Сам знаешь, золото – металл редкий, благородный. Наемник не должен требовать слишком много, иначе заказ могут снять, благо в каждой приличном городе есть хоть один профессионал, не говоря уж о тех, что проходом. Да и рыцари, чтоб их леший побрал, эти ведь вообще забесплатно работают… Мало тоже нельзя – разоришься. Опять же, предел надо знать, если будешь постоянно убийствами заниматься, то могут на все договоры наплевать…
– Понял, понял… - пробурчал Норид. – Ну почему так мало-то? Хоть бы до платины дошел! Сам говорил, что слабый маг злат стоит, а нам и нужно его прищучить!
– Да кого там щучить… Просто гексаграмму призыва найти и стереть, призывец тут же растворится. Маг не рискнет вызывать повторно… Тут, разумеется, повозиться придется, пока найдем… А никого даже прибивать не надо. Такая работа стоит всего двадцать сребряков. А чего, тебе эти десять монеток так важны? Или тяжесть таскать не хочется?
– Не хочется, - с вызовом подтвердил Норид, машинально оглядывая содержимое собственного кошелька – в основном тонкие платиновые диски, хотя попадались и мелкие медные, и серебряные. А вот золотого не было не одного. – Эх, хорошо тебе – у тебя кошелек ужимающийся, все время одного веса! А у меня-то обыкновенный!
– Ничего, подкопишь – заведешь себе такой же. Чего до сих пор не купил? Они же на каждом шагу продаются…
– Да, все не удавалось! То дорогие, то какое-то издевательство с сердечками подсунут. Нет, мне вообще-то на кошель плевать, но такое я в жизнь не куплю. Чего ржете?
– Ничего, ничего, - успокоил его Имирит, прекращая смеяться. – Ладно, а что делать-то будем?
– Походим по домам, поспрашиваем. Дело-то – с десяток домов осмотреть! Нас везде впустят.
– Да ну… - поморщился Вариан. – Не пройдет. Кто поручится, что печать в доме, а не на пустыре? А сбегать не годится, не по чести это. Волкод ведь, как полностью в наше измерение войдет, кровавую баню учинит. Призывец боли не чувствует, он опаснее любой нежити – даже оборотня! – раза в три. Всех порешит, чтоб его…
– Тогда как? Эх, жаль все-таки, что я не рыцарь… -
– Ничего, малыш, привыкнешь. А насчет плана… Слушай, Вариан, нежить ведь чует запах магии и другой нежити?
– Да, особенно чувствительны оборотни… - на автомате ответил эльф, еще не понимая, к чему клонит ученый. Потом с изумлением уставился на Имирита: - Вы…
– Я, - невозмутимо кивнул тот. – А чего? Она же в Ошейнике Подчинения, а если мы будем проводить дело днем, то все пройдет просто великолепно!
– Слушай, Имирит, я понимаю, что ты ученый, я уже привык к твоим странностям. Но использовать оборотня в охоте за нежитью?! Как ты это представляешь? – от изумления Вариан перешел на "ты".
– А вот так, - старик ядовито усмехнулся, - завтра утром ты возьмешь крепкую цепь и пристегнешь ее к Ошейнику, затем скажешь Миралиде искать. Не беспокойся, побежит, как миленькая, это я тебе как ученый-неестествоиспытатель говорю! И найдет тоже!
– А может ты? Как ученый и знаток нежити?
– Нет, - Имирит упрямо мотнул головой. – Я ее не приручал. Она ведь тебя видела каждый день, а не меня. Соответственно, к тебе и привыкла.
– Я ее не приручал! – возмутился наемник. – Я еще раз говорю, как наемник со столетним стажем: приручить нежить невозможно! Она просто не может ни к кому привыкнуть!
– А я ученый с трехсотлетним стажем, - ехидно произнес Имирит. – Ну, кто победил? А у тебя есть план лучше, с учетом, что мы торопимся?
– Нет, - вздохнул Вариан.
– Тогда поступаем по-моему, - спокойно проронил ученый.
– Так, тварь, сиди тихо, - велел Вариан, глядя прямо в глаза оборотнихе. Тварь послушно съежилась и замерла. Но эльф все равно напрягся и был готов в любой момент отскочить, прицепляя к Ошейнику посеребренную цепь. Попутно он не переставал дивиться, сколько же серебряного и посеребренного барахла у Имирита в телеге. Даже с учетом невероятной дешевизны драгоценных металлов в их империи, за исключением разве что золота, по сравнению с другими странами, такая куча серебра стоила немало. А если учесть магические свойства… - Молодец… Хорошая девочка…
– Ты еще ее погладь, дрессировкой займись. Ну, там, "сидеть", "фу", "фас"… Награда – кусочек сыра. Воспитаешь хорошую милую собачку… - насмешливо посоветовал Норид. Полукровка вновь не отказал себе в удовольствии посмотреть на то, как Вариан управляется с этой тварью. Взглянув повнимательней на оборотниху и особенно на ее клыки, он задумчиво добавил: – Хотя нет, сыр не подходит. Лучше уж мяса… человеческого!
– Иди ты к лешему, - беззлобно огрызнулся Вариан, продолжая настороженно глядеть на "собачку". Для предстоящей операции он надел легкую кожаную куртку, но на таком расстоянии они не спасут. Клыки по любому опередят меч. – Помог бы лучше… Ладно, Мира, ко мне!