Покоренное сердце
Шрифт:
Что за девчонка! Куда она запропастилась?
Клер быстро прошлась по комнатам и вышла на галерею, находившуюся в задней части дома. Из бального зала доносилась музыка. Прохладный вечерний ветер заиграл оборками чепца Клер, стало зябко. Поежившись, она сдвинула очки на нос и вгляделась в темноту.
Дом герцога Стэнфилда находился в самом центре Лондона, однако сад был на удивление большим. Фонари у крыльца слабо освещали тропинки. Цветочные клумбы покрывала мгла, на каменной ограде мелькали тени. Дальше все было скрыто холодным густым туманом. Разросшиеся деревья и безлунная ночь словно
И не только.
Клер отбросила тревожную мысль. Леди Эстер потеряла дочь из виду всего десять минут назад. За столь короткое время ничего серьезного произойти не могло.
Но Розабел танцевала с мистером Льюисом Ньюкомом – закадычным другом ее брата лорда-Фредерика. И что бы там ни говорила леди Эстер, а слуги болтали, что этих двух повес водой не разольешь. Когда леди Эстер нанимала Клер на работу, она особо предупредила ее об импульсивности характера своей дочери, и лишь потом Клер поняла, что она имела в виду. Первое время ей казалось, что Розабел несмышлена, как котенок. Она постоянно попадала в переделки, и главным образом потому, что отправлялась гулять сама по себе. Однажды на Бонд-стрит, пока Клер отдавала распоряжения кучеру, Розабел исчезла и объявилась только полчаса спустя. Она объяснила взволнованной Клер, что все это время провела в магазине писчебумажных принадлежностей. В другой раз на прогулке она отправила Клер ловить унесенную ветром, ленту, а сама пустилась в погоню за бродячей собакой. В тот раз Клер сумела отыскать ее только через двадцать минут.
И вот сейчас она снова исчезла, а Клер может потерять из-за нее место. Хоть бы этот Льюис Ньюком не склонил ее к каким-нибудь непристойностям!
Клер торопливо спустилась по мраморным ступеням крыльца и огляделась по сторонам в поисках соблазнительной блондинки в белом платье. По дорожкам сада прогуливалось несколько пар, но Розабел среди них не было. Гравий похрустывал под новыми жесткими туфлями Клер. Уже несколько дней шли дожди, пахло сырой землей, и Клер приподняла юбки, чтобы не замочить их.
Она начала методично прочесывать сад. Она смотрела под каждым кустом и за каждой изгородью, проверила все укромные уголки и даже заглянула в темный почерневший сарай для садового инструмента.
Растирая окоченевшие руки, она еще раз огляделась вокруг, и вдруг ей показалось, что на фоне темной стены мелькнула светлая юбка. Так и есть, теперь она ясно различала фигуры мужчины и женщины, обнимавшихся за маленькой декоративной башенкой.
Клер прямиком направилась к ним, бесстрашно прошлепав по луже, отчего ее дешевые туфли мгновенно промокли и стали тяжелыми. Рядом с башенкой был расположен фонтан в виде херувима, льющего из кувшина воду. Шум воды позволил ей приблизиться незаметно.
Клер замедлила шаги. Парочка слилась в страстном поцелуе; мужчина гладил женщину по спине, прижимая ее к себе, она постанывала, прильнув к нему всем телом.
Краска смущения выступила на щеках Клер. В иных обстоятельствах она поспешила бы удалиться. Но у женщины в белом платье были светлые волосы.
Розабел!
Она кашлянула.
– Простите.
Охваченные страстью
Для Клер этого было достаточно. Она приблизилась к парочке и, положив руку женщине на плечо, твердо сказала:
– Леди Роза…
И в ту же секунду осознала свою ошибку. Плечо было слишком худеньким, к тому же Розабел была на несколько дюймов ниже. Тяжелый запах духов не имел ничего общего с легкими цветочными духами, которыми пользовались юные девушки.
Взметнув юбками, женщина спряталась за спиной мужчины. В темноте Клер едва успела рассмотреть, что это уже вполне зрелая женщина. А дородный мужчина оказался вовсе не Льюисом Ньюкомом.
В разъяренном мужчине Клер узнала хозяина дома – герцога Стэнфилда.
– Какого черта? – проревел он. – Кто вы такая? Насмерть перепуганная Клер сочла за лучшее не выдавать себя.
– Простите мне мою ошибку, ваша светлость. Умоляю простить меня.
Клер развернулась и побежала по дорожке в глубину сада. Не хватало еще, чтобы герцог узнал ее.
«Надеюсь, он не вспомнит мое имя, – подумала девушка, – даже если он успел увидеть мое лицо. Ведь сегодня в доме сотни гостей». А что, если леди Эстер сказала герцогу, что по доброте душевной взяла в услужение бедную несчастную вдову героя Ватерлоо и даже указала ему на нее? Но если и так, вряд ли он стал бы приглядываться к невзрачной компаньонке в бесформенном сером платье… или все-таки пригляделся?
Вот досада. Клер нисколько не боялась напыщенного лорда, который занимал свое высокое положение только благодаря тому, что родился в знатной семье. Она презирала этого человека, затеявшего любовные игры с гостьей в своем же собственном доме. Папа сказал бы, что герцог такой же, как все люди его круга, – распутник и кровопийца. Он ведет роскошную жизнь на доходы от поместья, в то время как его фермеры голодают.
Вспомнив об отце, она лишь утвердилась в своей неприязни к высшему свету. Обернувшись назад, Клер заметила еще одну парочку. Она поморщилась и пробормотала вслух:
– Паразиты на теле общества… ох!
И наткнулась на что-то твердое. От толчка у нее перехватило дыхание. Она упала бы, если бы ее не подхватили за талию чьи-то руки.
Мужские руки.
Потеряв равновесие, она вцепилась в широкие плечи мужчины. Ее щека оказалась прижата к накрахмаленной рубашке, очки съехали набок. На какое-то мгновение она потеряла способность думать и шевелиться. Сердце ее бешено колотилось. Жар мужского тела пробудил в ней незнакомые ощущения. Терпкий аромат заполнил ее легкие, и по телу пробежала легкая дрожь.
Машинально поправив очки, она попыталась отступить, но мужчина не ослаблял хватку, и она продолжала чувствовать твердые мышцы его груди.
Ее охватила паника. Она выросла неподалеку от Ковент-Гарден и представляла, что ей грозит, если она окажется в лапах разбойников.
– Отпустите меня, негодяй!
Она резко ударила его пяткой по голени. Мужчина вскрикнул от боли, но его пальцы еще крепче вцепились в ее талию.
– Полегче, – сказал он, и его теплое дыхание коснулось ее лба. – И кто же тут у нас? О, это не горничная, а настоящая леди. Очень воинственная леди.