Покореженное эхо

Март Михаил

Гортинский узнает об этом одним из первых, и ему доложат, кто приходил к Дикому и Вяткину. Тогда Веня поймет, откуда дошла информация. Друзьям он, конечно, ничего не скажет о своей рукописи, но Ольга останется ни с чем у разбитого корыта. Такое не прощают. Мальчики подумают и вынесут ей приговор. А потом ее труп выловят из Москвы-реки. Нет ничего глупее того, что она сейчас сделала. Диктовать условия опытному адвокату, знающему о криминале не понаслышке, умному психологу, хитрому и изворотливому юристу с огромным опытом.

Ольга поняла,

что все испортила. На ее стороне имелся только один положительный фактор. Дикой сбит с толку неожиданным появлением некоей Инги, которую несколькими днями ранее видел в доме своего друга. И еще. В том, что она ему рассказала, не было ни смысла, ни логики, ни аргументов, ни фактов. «Мимолетное видение, ангел чистой красоты!» Увидел и забыл, а главное, ничего не понял. Все правильно. Он и не мог ничего понять, потому что она городила чушь собачью от волнения, и слова не имели значения, так как в сумочке у нее лежал револьвер и она пришла его убить, а не разговаривать, но не смогла.

6.

Свою сестру она подстерегала возле отеля не первый день. Таисия приехала на такси с вокзала и даже не успела войти в гостиницу, как ее окликнул женский голос. Она так обрадовалась, что, бросив чемодан, кинулась в объятия своей ненаглядной сестренки.

Они долго целовались, потом Ольга подняла ее чемодан, бросила в багажник своей машины и увезла Таю на свою квартиру.

Ехать далеко не пришлось, Ольга жила возле Киевского вокзала. Небольшая однокомнатная квартирка, плохо обставленная и покрытая пылью.

— Бог мой, Лялька! Я думала ты живешь в хоромах, ездишь на «мерсе» и купаешься в шампанском, а что я вижу?

— Это не квартира, а перевалочный пункт, дорогуша. У меня нет своего дома.

После того как меня выгнал Олег, я лишилась всего и два года снимаю эту халупу.

«Жигули» купила по дешевке с рук. Но ни машиной и ни квартирой практически не пользуюсь. Здесь я не была уже три месяца.

— Что с тобой случилось, Ляля? Твое письмо напугало меня до смерти. Кто тебе угрожает?

— Не спеши. В нашем деле спешка не нужна.

Ольга стерла пыль со стола, поставила на него бутылку шампанского и вымыла стаканы. Ненавязчивый сервис.

— Ты хочешь есть с дороги?

— Я поела в поезде.

— Тогда я сварю пельмени чуть позже. А сейчас выпьем шампанского за встречу.

Глядя со стороны на двух красавиц, можно ими только умиляться. Кажется, перед вами сидит одна женщина и смотрится в зеркало. Различались они цветом глаз, волос, прической и одеждой. При внимательном и долгом изучении сестер обращаешь внимание на их манеры. Ольга держалась раскованно, свободно, легко, и в каждом ее жесте прослеживалась некая элегантность, женственность и обаятельная небрежность. Таисия не имела шарма, присущего сестре. Немного угловатая, движения более резкие, слегка сутулится и, несмотря на невероятную схожесть с сестрой, не обладает ее сексуальной привлекательностью. В итоге мы получаем

двух совершенно разных женщин.

С расспросов начала Ольга.

— Следствие по убийству твоего мужа закончилось?

— Можно сказать, да, — с усмешкой ответила Тая, закуривая сигарету. — Они сдали его в архив. Ты думаешь в Азове сыщики работают лучше, чем в Москве?

Заказные убийства практически не раскрываются. Особенно если есть влиятельные люди, которые этого не хотят.

— Значит, ФСБ до Игоря не добралось. Не успели, а с мертвого взятки гладки, к ответственности не привлечешь.

— Им оставалось только руку протянуть, и он в капкане. Но не успели. Суд над ним — моя погибель и нищета.

— И слава Богу. Иначе ты оказалась бы в моем же положении без средств и крыши над головой. Все отобрали бы. — Ты считаешь, Ляля, что я много с этого получила? Вонючая двухкомнатная квартира в Азове с тараканами на стенах и двадцать тысяч долларов, которых хватит на пару лет, если только жить тихо и незаметно, как я и делаю. Хорошо еще, что я знала, где он прячет деньги.

— У меня и того нет. Не очень-то у нас получилось. Я думала, что мы с тобой будем жить, как принцессы. Нам уже по тридцать два, а перспектив я не вижу.

— Послушай, Лялька. Тебе ли плакаться в жилетку. Ты можешь захомутать и короля, и принца. Нет мужика, способного устоять перед тобой.

— Прекрати, Тая. Они мне поперек глотки стоят, эти принцы с королями.

Настоящего мужика я встретила месяц назад. Но мы не созданы друг для друга. Я никого не хочу. Мне нужна только свобода и независимость. Простор для души.

— Слишком дорогое удовольствие. Без мужчин ты рабыня обстоятельств, а нищие не могут мечтать о свободе. Думаешь, тебе одной грезятся подобные иллюзии? Мы получаем свободу только во сне.

Ольга глянула в окно и задумчиво сказала:

— Нет, мы получим все, что хотим, наяву. Но для этого потребуется время, желание, много сил, энергии, риска и целеустремленности.

— Ты опять задумала какую-нибудь сногсшибательную аферу?

— Задумала. И ты мне поможешь ее осуществить. Если все сделать грамотно, можно прожить жизнь так, насколько хватит твоей фантазии, не ограничивая себя ни в чем.

— Мечтательница. Ты привыкла так жить, глядя в облака, а я смотрю под ноги. Мне приходилось перебиваться с хлеба на воду, пока ты наслаждалась жизнью. Я практична и реалистична.

— И вместе с тем решительна, коварна и целеустремленна. Я идейный вдохновитель, мозг будущей программы. Ты мое эхо. Исполнитель, способный осуществлять дерзкие планы, претворяя их в жизнь, — гордо и уверенно заявила Ольга.

Тая разлила шампанское по стаканам.

— Ты же знаешь, что я привыкла к конкретике, а не громким фразам. Говори по существу.

— Долго. Я дам тебе прочесть рукопись романа одного популярного беллетриста. Не пожалеешь. Даю тебе время до вечера, а когда я вернусь, мы обсудим с тобой наши планы.