Поле битвы
Шрифт:
— Леди, леди, прошу внимания! — хлопнула в ладоши Зуун. — Вопросы для вас. Мужчины, тоже подключайтесь и зарабатывайте баллы.
Игра началась.
Вяло и невпопад отвечая на вопросы Зуун, Даяна стремительно искала выход. Если сразу и сейчас объяснить свои знания об охоте с тайлисами как сведения, почерпнутые из книг? Формат-кино?
Нет, не получится. Фан тут же попросит назвать конкретный источник.
Даяна знала, что в любой момент может отдернуть серую занавесь, адресовать вопрос туда и получить в подарок название книги или фильма, но жутко боялась вновь очутиться под контролем двойника. Получится ли у нее сегодня контролировать
Нет, подключать вторую сущность категорически нельзя. Если двойник завладеет ее сознанием, то натворит беды. Отвечая за Даяну, он сумеет изумить уже не только Фана. Внутренняя информация Торгового Союза может огорошить послов, и обвинения в шпионаже получит вся Конфедерация.
Как найти подводный камень?! Наверняка он кроется в одном из самых «невинных» вопросов!
Молчать. Молчать и изображать задумчивость и скуку.
На женских вопросах Даяна заработала восемнадцать баллов (Жаовед Аалина получил двадцать четыре) и приготовилась к нешуточному испытанию.
Проходя обязательную подготовку для жен дипломатов, Даяна изучала язык тела. Жесты или измененный ритм дыхания, голосовые обертоны или иные признаки, указывающие на волнение собеседника, не были для нее тайной. Исключения составляли лишь некоторые гуманоидные расы, использующие при общении не вербальные способы, а, например, жесты или мимику. У этих рас распознать признаки волнения практически невозможно, они «разговаривают» каждой лицевой мышцей или сложением конечностей в определенный рисунок.
Внимательно следя за послом Фаном, Даяна вдруг увидела сигнал, — объявляя очередной вопрос, Гал-олид-Терх выпрямился быстрее, чем делал до этого. Причем вопрос прозвучал довольно безвредный, Фан спрашивал, как назывался флагманский корабль адмирала Храна при битве Бот-волан. Лорд Геспард ответил — «Святой Варнана» и заработал балл.
В голове Даяны был другой ответ — линкор «Отец Сирина», — так назывался корабль адмирала, именно на нем базировался штаб…
«Торговцы не объявляют названия командирских линкоров даже после выигранных сражений? — удивленно подумала Даяна. — Странный обычай… Или случай с „Отцом Сирина“ исключение?»
Хорошо, что она вовремя разгадала язык тела и пропустила ответ. У Конфедерации принято заносить в анналы флагманы прославившейся эскадры…
На «мужских» вопросах Даяна заработала тридцать четыре балла. Победу присудили Жаоведу, обошедшему лорда Геспарда на «женской половине».
Не зная, чего испытывает больше — облегчение от завершения проверки или тревогу от поселившихся в ней знаний, — Даяна машинально принимала участие в беседе и держала в узде бушующие мысли.
Подводных камней в список военно-политических вопросов Гал-олид-Терх напихал достаточно. Дважды он намеренно не поправлял ошибочные ответы игроков и четыре раза сам давал ложные сведения в случаях, когда вопрос ставил общество в тупик.
Даяна так и осталась в неведении — удалось ли ей провести хитроумного посла, или какой-то из ее ответов сумел-таки произвести ненужное впечатление. По лицу Гал-олид-Терха понять невозможно. Он практически ничем не выделял леди Геспард, не бросал на нее пытливых взглядов, все было как обычно — посольские миссии всеми возможными способами боролись со скукой.
Это был последний вечер, когда в Доме Трех Посольств все было как обычно.
Утром
…Даяна стояла у окна своей веранды и смотрела, как одетые в рыжие балахоны гости — капитан и его помощник — проходили на орбите обычную процедуру смены одежды под наблюдением представителей Великого Народа, — шли к покоям посла Фана. Два недовольных хмурых мужика только что испытали унизительную процедуру личного досмотра, и никакие улыбки посольской четы не могли исправить их настроения. В гостиной миссии их ждали накрытый стол и многочисленные, нетерпеливые расспросы изголодавшегося по новостям Гал-олид-Терха.
«Хоть какое-то развлечение», — с завистью подумала Даяна и обернулась на звук шагов вернувшегося мужа.
— Как дела у цивилизации? — спросила привычно. — Никаких войн, конфликтов не намечается?
— Все в порядке, — довольно потирая руки, ответил лорд и достал из кармана балахона архаичный пакет с диппочтой. Достал, повертел и вздохнул с досадой:
— Как я устал от этого антиквариата. Ну почему нам не позволят иметь хотя бы считывающих кристаллов?! Они ведь не несут в себе железо!
Любая вещь, включающая в себя железо, считалась на Песочнице «нечистой». Только стекло, пластмасса и керамика принимались народом Песочницы как «чистые» изделия. Тысячу лет назад исчерпавшая полезные ископаемые планета сотрясалась в войнах за последние, иссохшие рудники. Половина населения Песочницы погибла в битвах за металл, и спустя какое-то время железо было объявлено вне закона. Остатки металлических вещей ритуально погребли на дне Соленого моря и предали забвению. Благословенная Земля Великого Народа объявила себя миром, свободным от железа. Ни одна металлическая пуговица или шпилька не могла покинуть борт орбитального корабля и попасть на поверхность планеты. Ослушников подвергали жесточайшему остракизму и изгоняли с Благословенной Земли навсегда.
Иноземцам, привыкшим к примеси металлов в воде и пище, позволялось принимать микроэлементы в виде пилюль. Песочники и сами их принимали.
— Когда исполню посольскую миссию, — горько усмехнулся лорд Геспард, — вставлю себе железные зубы и буду наслаждаться их вкусом.
— Я бы тоже не отказалась сейчас от леденца в виде древней медной монетки, — поддержала его леди.
— Да уж, дожили, мечтаем облизать кусочек железа, — хмуро кивнул Эдриан и, разорвав запечатанный конверт, уже с порога кабинета крикнул жене: — Приготовь, пожалуйста, для банкета что-нибудь съедобное! У Гал-олид-Терхов такие острые приправы…