Полет Ящера
Шрифт:
– Что ещё за непорядок?
– Пальчиков нет. На ногах. Носки одеты, поверх - вполне приличные туфли, а пальчики срезаны. Загадочно, правда?
– Скорее, омерзительно, - я нахмурился. О пальчиках мне ничего не передавали. Да и какого черт было проверять, что там под туфлями у покойника?
– Вот и я считаю, омерзительно.
– И что же? Вы всерьез подозреваете, что я способен на подобный садизм?
– А почему, собственно, нет? Имеется же у вас для подобных дел человечек. Имени его я, правда, не знаю… Пока не знаю. Но что он вытворяет со своими жертвами, имел удовольствие созерцать. Видел, к примеру, труп Хрома. Знавали такого?
–
– Что ж… Нет, так нет, - Костиков взъерошил шевелюру и медлительно поднялся.
– Однако засиделся я у вас. Пора и честь знать. Спасибо за кофеек. Напиток и впрямь отменный. Не обещаю угостить вас таким же, но что-нибудь интересное постараюсь приготовить. уж ради такого гостя - грех не Попотеть.
– Жаль, не придется попробовать.
– Думаю, придется. И очень скоро. До свидания, Павел Игнатьевич, - Костиков направился к выходу.
Дождавшись, когда он возьмется за дверную ручку, я с деланным безразличием бросил ему вслед.
– Надеетесь на ярость Ахметьева? Зря. Мертвые, знаете ли, не кусаются и не мстят. Они выше этого.
Капитан медленно обернулся. Уголки губ его нервно подрагивали, глаза тяжело смотрели на меня. Удара на посошок он явно не ожидал. Я глядел в его застывшее лицо, смакуя секунды и наперед жалея, что долго это не продлится. Так оно и вышло. Не проронив ни звука, Костиков отворил дверь и вышел из кабинета. Гордый и в очередной раз ущемленный Ланцелот.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Толпа ужасна одним лишь что личность несуммируема.,
О. Шоро.
Честное слово, нынешние журналисты подобны грифам - горласты, драчливы, с азартом слетаясь на запах падали, готовы и сами клевать насмерть. А уж как захлебываются слюной, прыгая на вздувшемся трупе! Иная пища их, похоже, уже и не занимает. В общем пичуги из неприятных, но в данном случае против любопытства стервятников я не возражал. Пусть клюют и копают, нестрашно. Лишь бы копали из нужной кучи, не отвлекаясь на постороннее. Ну, а должный аромат и нужные кучи мы уж как-нибудь им обеспечим. Бот вам и весь секрет манипулирования пресловутой четвертой вертикалью. Вовремя и щедро предлагать корм с руки, не забывая с искусством умелого престидижитатора подбрасывать что-нибудь из-за спины. Лаже если они будут видеть, что их обманывают, природа возьмет свое, павловские рефлексы заставят вскипеть желудочным соком и ринуться к приманке. Такова ещё одна особенность эпохи гласности. Юркий репортеришка - что твоя голодная щучка. Потому и ловится на самую дешевую блесну.
Прихлебывая из бутыли шипучий «Тархун», я глазел в телевизор и улыбался. С пылом и жаром вполне оперившийся вьюноша, возникнув на экране, не без торжественности в голосе рассказывал очередной ужастик, силясь запугать и без того запуганного обывателя:
– …день депутата Геннадия Ахметьева начался, как обычно. Посещение трубопрокатного завода, беседа с рабочими, дорога в родное министерство. Однако до работы ему добраться не удалось. На этот раз киллеры испробовали иную тактику. Подъезду родного дома они предпочли ступени министерского учреждения. Здесь у самого входа его и достали пули снайпера. Два выстрела грянули средь бела дня, встревожив случайных прохожих. Разумеется, господину Ахметьеву тотчас была оказана медицинская помощь, но, увы, до реанимационной палаты его так и не довезли… Место нахождения стрелка уже установлено. Это окно девятого этажа жилого дома по улице
Параллельно с голосом камера оператора металась по испятнанным кровью камням, давала общий план девятиэтажки и вновь перескакивала на роковые ступени, увеличивая багровые лужицы до максимально возможных размеров. Оператор явно был не чужд любви к натурализму. Не увези господина Ахметьева проворные эскулапы, мог бы, наверно, и в раны нырнуть. Экий любопытный мальчишечка! Вот и доверяй такому всесильную оптику!
– Это уже седьмой случай покушения на депутатов. Следует упомянуть, что господин Ахметьев занижал ранее крупные посты в министерстве финансов. Есть сведения, что будучи депутатом, он негласно продолжал оставаться членом правления нескольких энергетических компаний, имел влияние среди магнатов Газпрома. Хочется в очередной раз поинтересоваться у доблестных блюстителей правопорядка: доколе будет продолжаться кровавый произвол, когда наконец пресекут охоту на людей!..
Я переключил канал, и на экране возникло бородатое лицо Шевчука. Солист «ЛЛТ» строил на столе игрушечный домик и сидел пригорюнившись. Самый простой и сильный из всех наших клипов. Ничуть не хуже Джексоновского возрождающего урагана. Только вот в сумму российский клип обошелся куда как меньшую - разиков этак в сто или тысячу. После гнусавого репортера на Шевчука было любо-дорого смотреть. Он ещё что-то строил, во что-то верил. Вроде того же Кивинова и вроде моего Костикова.
Кстати, не сомневаюсь, что последний тоже внимал сейчас репортажу о безвременной кончине столичного туза. И, наверное, переживал, бедолага, страшно. О том, что Ахметьев братается с янки и является одним из теневых учредителей «Харбина», пронырливый капитан, разумеется, знал. Потому, верно, и рассудил, что пауков удобнее душить их собственными ручонками.
В сущности, он не ошибался. До Ахметьева честному руоповцу было не добраться, но вот использовать мохнатого дядю в игре против Ящера - это представлялось делом вполне реальным. Бывший зам-министра вложил в «Харбин» немало лучезарных надежд и валюты, а потому навряд ли простил бы затрещину от периферийного мафиози. Во всяком случае в борьбе со мной он мог оказать РУОПу серьезную поддержку, на что, вероятно, и надеялся бедный Ланцелот. Да только и мы не лыком шиты. Не стали до жидаться конца -ударили первыми…
В дверь заглянула секретарша.
– Вас спрашивает по телефону Костиков Евгений Павлович. Тот, что заходил недавно.
Легок на помине! Стало быть, долго жить парню… Я кивнул и поднял трубку.
– Представьте, Евгений Палыч, именно о вас в данный момент и думал. Занятное совпадение, не находите?
– Честно говоря, не нахожу.
– Тогда зачем звоните? Успели соскучиться?
– Да нет, хотел поздравить. Один-ноль - в вашу пользу.
– Судя по голосу, не слишком вы унываете. Может, один-один?
– О чем это вы?
– Да вот и мне хочется понять, о чем это я. То ли вы умнее, чем я думал, то ли чего-то я в последнее время недопонимаю.
– Недопонимаете вы, безусловно, многого, я вам и раньше это пытался втолковать. Да только вы ведь все отбрыкиваетесь, слушать ничего не желаете.
– Каюсь, не люблю, когда воспитывают.
– Увы, поздновато воспитывать! Сорокалетнего-то мужика.
– Зачем же так обижать? Мужиков в зоне ищите. И насчет сороковника вы малость перегнули. Что это вы меня старите прежде времени?