Полигон
Шрифт:
– Вы мне предлагаете новое назначение?
– Нариман еще не вполне поверил своему везению, ожидав какого-нибудь подвоха.
– Именно так.
– Можно ли узнать конкретнее куда?
– Скорее всего это будет оружейный комплекс Санталии.
– Сохраняя серьезную мину, Кин позволил себе порезвиться: соль потаенной шутки состояла в том, что санталийские вина считались почти такими же изысканными, как хиржумские. Полагаю, вы не станете возражать.
– Раз вы так решили, спорить не приходится.
– физиономия Наримана расплылась в приторной улыбке.
–
– Поднявшись на ноги, Кин снял с тубуса электронного микроскопа свой бронекостюм.
– Обязательно, как же иначе.
– Преисполненный благодарности Нариман вскочил с кресла.
Теперь он трепетал от беззаветной преданности, такой же труднопереносимой, как исходивший из его рта сивушный запах. В довершение ко всему Кин дал понять, что теперь они могут решить щекотливые вопросы между собой, по-свойски, сор из избы выносить совсем не обязательно. Неожиданная покладистость Кина подозрений вызвать не могла, подразумевалось, что все это предложено в обмен на обещание уничтожить злополучный видеофайл. Дело житейское, услуга за услугу.
– Думаю, подлинные обстоятельства гибели доктора Харагвы пока не стоит предавать огласке, - надевая бронекостюм, промолвил Кин.
– Пускай считается, что он погиб из-за неосторожного обращения с подопытным экзотом.
– Вы правы, для публики так и объявим.
– А еще распорядитесь проверить, каким образом доктор Харагва мог сделать слепок с пломбы, а потом похитить со склада мины. Для очистки совести надо убедиться, что он действовал в одиночку, без напарника.
– Будет сделано, - заверил Нариман.
Окажется забавным, если и это поручение выпадет на долю вездесущего и незаменимого Тарпица, подумал Кин. В любом случае ниточку, ведущую со склада, уничтожить невозможно, она рано или поздно укажет на сообщника Харагвы, и его песенка будет спета.
– Вы уже пообедали?
– спросил Кин, глядя на часы.
– Да, когда вы позвонили, я как раз пришел с обеда.
– Ну а мне давно пора в столовую, - заявил Кин.
– Еще чуть-чуть, и могу опоздать. Не прощаюсь, после обеда вернусь сюда.
– Пожалуйста, не сомневайтесь, все будет в порядке.
– Нариман с энтузиазмом потряс его руку.
– А я и не сомневаюсь.
После такого удручающего количества беззастенчивой лжи приятно было освежить язык хоть капелькой правды.
– Думаю, как бы нам не прошляпить обед, - сказал Кин, выйдя из кабинета в холл.
– Да, надо поторапливаться, - согласился Ронч.
Выйдя из лаборатории, Кин с удовлетворением отметил, что по сравнению со вчерашним днем погода стала гораздо прохладнее. Быстрым шагом он направился к столовой, чувствуя, как изнурительное нервное напряжение спадает, уступая место приятному ощущению одержанной победы.
Решившись арестовать Харагву, он пошел ва-банк, не дожидаясь, пока его противники опомнятся от замешательства и продолжат травлю обреченного сумасшедшего. Он предвидел, что разразится бурный скандал с непредсказуемыми последствиями, и делал ставку лишь на внезапный обыск, во время которого могут обнаружиться вещественные
Крупный риск оправдался с лихвой, жест отчаяния обернулся выигрышным ходом, и Кину на руку сыграло даже то, что всесильный и неприкосновенный хозяин поселка покончил с собой, поддавшись минутной панике. Пускай изобличенный и арестованный, Харагва еще мог бы свести с Кином счеты руками Тарпица, в надежде подтасовать улики и выйти на свободу. Впрочем, если вдуматься, его самоубийство не так уж удивительно, сильные и полнокровные люди психологически ломаются от внезапного удара гораздо легче, нежели хрупкие астеники.
Нервный спазм в груди рассосался окончательно, и Кином овладело чувство блаженной легкости, как будто неотвязное тяготение Тангры ослабло вдвое.
– Кстати, Ронч, если вас будут расспрашивать о Харагве, отвечайте, что произошел несчастный случай. Якобы он ненароком укололся отравленной иглой.
– Ясно, - откликнулся шагавший рядом Ронч и немного погодя уважительно спросил: - Так вы, значит, секунд-офицер АрКона?
– Прим-офицер, - уточнил Кин.
– Вот уж чего не ожидал, - признался его телохранитель.
– Хотите, дам добрый совет? Остерегайтесь этой вонючки Наримана. Сдается мне, он дико вас боится, как бы со страху не учинил вам пакость...
– Спасибо, что предупредили, - поблагодарил Кин, тронутый искренним беспокойством Ронча.
– Надеюсь, я ему не по зубам.
– Хорошо, если так, - буркнул квадр-офицер, предупредительно распахивая перед Кином дверь столовой.
Время обеда подходило к концу, в зале за столиками сидело не больше десятка человек. Едва Кин с Рончем уселись, к ним сразу же подошла Стасия, вынимая из кармашка на широком поясе электронный блокнотик.
– Нехорошо так опаздывать, - мило нахмурившись, попеняла она.
– Я уже начала беспокоиться, может, с вами что-то случилось.
– Весьма сожалею, нас задержали срочные дела, - объяснил Кин и дурашливо добавил: - Мы больше так не будем, честное слово. Что вкусненького сегодня в меню?
– Ничего нового. Вам как обычно?..
– Да, пожалуй.
– А вам, Ронч?
– Мне тоже.
Долго дожидаться заказанного обеда им не пришлось. Проголодавшийся Кин жадно набросился на еду и не успокоился, пока не опустошил тарелку с жарким дочиста. Затем откинулся на спинку стула, блаженно отдуваясь.
– Все-таки быть живым - не самое худшее занятие, как вы полагаете, Ронч? резонерски спросил он.
– Не знаю, других занятий я пока не пробовал, - в тон ему ответил тот.
Невольно Кин задумался над тем, что может чувствовать отравленный ядом прыгунчика человек в последний миг своей жизни. Судя по тому, какая жуткая гримаса застыла на лице мертвого Харагвы, эта смерть не из легких.
Стасия подошла за расчетом.
– Скажите, неужто вы тут работаете по целым дням бессменно?
– подавая личную карточку, поинтересовался Кин.
– Приходится пока, - пожала плечами официантка.
– Персонала не хватает. Надеюсь, вы не в претензии? Или я вам успела надоесть?