Полигон

Гостева Ирина

— Привет! — Бен подбежал к машине. — Что, влип?

Бродящий рядом с ней водитель был мрачен. И похоже, не только от внезапно свалившейся на голову проблемы. В его внешности и выражении лица угадывалось нечто такое же угрюмо-жесткое, как у вадимова сокурсника Сашки Овчинникова, отслужившего три года по контракту на охране периметра Зоны. Вот у того реально сдвинулась крыша — Бен сам убедился, насколько необходимость стрелять по людям уродует человеческую психику. Овчинников мог буквально из ничего раздуть скандал и ни за что дать по морде или врезать под дых; Бен опасался общаться с ним даже по необходимости. А незнакомый водитель

был жесткий, но не опасный — такие вещи Бен чуял нутром. Может, служил в каких-то силовых структурах, а теперь уволился? По возрасту вполне тянет — выглядит где-то на тридцать или чуть больше. По внешности — не качок, худощавый и жилистый, но это ни о чем не говорит; это только в голливудских боевиках все крутые «солджеры» — накачанные атлеты. На полголовы повыше Бена, темно-рыжие волосы очень коротко острижены. Одет вроде бы как горожанин, выехавший на дачу. Но на заднем сиденье не громоздятся сумки с яблоками и помидорами, а из багажника не торчат черенки лопат и граблей…

— Влип, как видишь, — нелюбезно процедил сквозь зубы водитель. — Сел по самое не балуйся.

— Помочь?! — с готовностью предложил Бен, и тут же с хитреньким прищуром уточнил: — Баш на баш! Выталкиваем твою тачку — а ты подвозишь меня. Ты вообще докуда едешь-то? До города подбросишь?

«А паренек-то шустрый! Сразу быка за рога… Ладно еще один! Но любопытно, что он один здесь делает… Далековато для загородных прогулок… Проходит маршрут ради какого-то разряда по туризму?» В спортивно-туристических делах Роман совсем не разбирался, вернее — что-то слышал краем уха, но подробностями не интересовался. «Неужели мимо поселка проходит какой-то маршрут? Или этого одиночку другим ветром занесло? Наверняка он мотался еще и по поселку… А вдруг в здание лазил?! Надо будет его аккуратно расспросить, не увидел ли он там кого-то. Или чего-то. Вот еще одна причина для того, чтоб подвезти «туриста». И можно не только до шоссе, а и до города, хотя бы до окраины. До шоссе — слишком близко, а разговор может получиться долгим.»

— Я в Юбилейный, — с мрачным видом пояснил Роман.

Его раздражение и недовольство были вызваны вполне понятной причиной. Вот только еще незваного попутчика не хватало для полного счастья! Да еще расспрашивать его! Называется, собрался спокойно поехать в одиночестве и подумать о своем… Но до Юбилейного вполне можно успеть поговорить об всем интересующем, и терпеть пассажира до самого города не будет никакой необходимости.

Поселок городского типа с праздничным названием, выстроенный возле карьера и гипсового комбината, находился на полпути до города, на перекрестке железнодорожной ветки и оживленной автотрассы.

— Замечательно! Устроит!

— Давай, согласился Роман. — Я за руль, а ты сзади подтолкнешь. Да рюкзак-то пока положи где посуше…

— Ага, конечно! Заводи!

«Да высажу его около Юбилейного, — думал Роман, заводя мотор. — Вообще-то можно бы и до города довезти, но не хочу. Оттуда и сам спокойно доберется.»

В зеркале было видно, как турист изо всех сил упирается в капот. Не силач, конечно, да ладно уж, грех жаловаться на судьбу, что послала хоть такого помощника! «Жигуленок» раскачивался взад и вперед, но вот вперед удалось сдвинуться чуть-чуть больше, чем назад, еще раз, еще толчок, и машина наконец-то выкатилась из рытвины.

— Уррра! — завопил обляпанный грязью турист. — Йееес!

И побежал за оставленным на обочине рюкзаком.

— Кидай его на заднее сиденье, а сам вперед садись, — предложил Роман.

— А тряпки никакой нет? Хоть немного грязь обтереть, а то все чехлы тебе перемажу…

— Да ладно, садись давай, —

отмахнулся Роман. — У меня там не настолько чисто, чтоб из-за нескольких брызг шугаться.

«Жигуленок» подскакивал на ухабах и продвигался по направлению к шоссе с фантастической скоростью — около тридцати километров в час. Пассажир ухал и ойкал, пару раз приложился плечом о дверцу.

— Зато выезжаешь, можно сказать, с комфортом! — Роман счел ситуацию подходящей для начала разговора. — Сюда на своих двоих тащился, а отсюда — на колесах, хоть и вскачь. Как забрел в эту глушь-то? Неужели один?!

— Нет, мы вчетвером приехали…

— А остальные где? Они остались, а ты решил домой валить?

— Не, наоборот! Они уже давно ушли на электричку, а я хотел остаться. А потом… Ой! Тоже решил, что надо сваливать.

— А смысл ночевать одному в лесу? — Роман неподдельно удивился.

— Да хотел кое-что увидеть, — немного смутившись, отмахнулся пассажир.

— Где?!

— Ну, на вырубке возле брошенного поселка.

— А-а… Понял. Да, слышал я кое-то забавное про те места, — Роман забросил пробную наживку и теперь с любопытством приглядывался к пассажиру.

Парень сначала смутился еще больше. Умолк, покусывая нижнюю губу, и с сосредоточенным видом ерошил пятерней короткие курчавящиеся волосы. По его лицу было видно, как борется здравый смысл с желанием поделиться «страшным секретом». Когда его прическа стала напоминать последствия взрыва на складе колючей проволоки, пассажир наконец-то решился:

— Про вспышки и свечения в районе вырубки ты слышал? Ну, что там видели что-то похожее на северное сияние?!

«Ого, интересные же слухи ходят про наш леспромхоз!», — подумал Роман. А вслух подтвердил:

— Да, слышал… Ну и как? Ты-то что-нибудь необычное увидел?

— Неа, — грустно вздохнул парень. И вкратце пересказал Роману историю сегодняшних злоключений.

«Надо же, сам! И за язык тянуть не пришлось!» Редкий случай, когда болтливость попутчика оказалась на руку и обрадовала Романа.

Да и ничего страшного не произошло… Ничего пацан не заметил и не нашел. Замечательно. Можно оставить его в покое и… И даже не докладывать шефу. Самому Роману же легче будет! Поговорил. Проверил. Выяснил. И можно с чистой совестью «сдать дело в архив» и не морочиться.

Он устал. За прошедшую неделю Роман банально устал. Вроде бы ничего особенного не происходило, но в привычной, повседневной деятельности закручивалась какая-то непонятная суета и все больше и больше набирала обороты. Что-то затевается… И скоро что-то изменится. Романа пока не посвящали ни в какие планы и намерения начальства, но сложно не заметить нарастающую скорость бега по стенам в родной конторе; и можно предположить, что скоро начнут бегать уже по потолку, да еще и самого Романа туда загонят.

Ну и на кой черт, спрашивается, при таком раскладе взваливать на свой загривок лишнюю работу?! Да еще и портить жизнь этому мальчишке?! Наивный веселый щенок, наверняка студент, наверняка из благополучной семьи, живет в свое удовольствие — были бы в жизни серьезные проблемы, было бы не до рюкзаков и палаток; а так — развлекается в меру сил. Все эта его беготня за аномальщиной — чистой воды ребячество. Через годик, максимум два — повзрослеет, интересы поменяются, и походы «по следам летающих тарелок» он оставит сам. И даже не вспомнит, в какой желтой газете и когда вычитал про очередного снежного человека, обитающего на заброшенной макаронной фабрике. Роман испытывал даже подобие белой зависти к тому, чего не было у него, но было у этого парня. Пусть живет себе спокойно…