Полночь

Уилсон Жаклин

— Конечно, правда.

— Самые лучшие подруги?

— Самые лучшие подруги, — подтвердила я.

Эти три слова вспыхнули у меня в мозгу, словно ёлочные фонарики Жасмин, рассыпая сверкающие разноцветные искры.

Дорогой К. Г.!

Интересно, как это — целыми днями рисовать свой волшебный мир. Наверное, феи и привидения так и порхают у Вас над головой? Так можно

совсем оторваться от реальности.

А каково возвращаться в реальный мир?

Может быть, для Вас реальный мир тоже полон волшебства. Я знаю, Вы очень богатый. Интересно, какой у Вас теперь дом? Он похож на готический замок с Ваших рисунков? Вряд ли там обитают невидимые руки, которые приносят вино, подносы с фруктами, наливают ванну и подают красивые наряды — зато наверняка там есть обыкновенные слуги. И белокурая леди.

С любовью,

Фиалка

Из книги Каспера Грёзы «Чудовища и страшилища»

Людоед

Чудище, которое коварно подстерегает слабых и неосторожных и пожирает их.

ГЛАВА 7

— Обещай мне, что не будешь бояться, — сказала я, сжимая руку Жасмин.

Мы обнялись на прощание, а потом я побежала вниз по лестнице, прыгая через две и три ступеньки. Выскочила из подъезда и помчалась через парк, поскальзываясь на сырой траве, уворачиваясь от кустов и низко нависших веток. Я сама сейчас боялась, и ещё как!

Я никогда прежде не ходила по тёмному городу одна. Я бежала до самого дома, и когда наконец добежала, то почти совсем задохнулась. На крыльце горел свет. Папа стоял в дверях, скрестив руки на груди.

Я хотела проскочить мимо него.

Не тут-то было!

— Где вы были, юная леди, черт подери? — заорал он, схватил меня за руку и рывком втащил в прихожую.

Его красный кулачище держал не хуже наручников — не вырвешься. Я стояла и моргала глазами в резком свете люстры. Мама чуть поодаль нервно покусывала костяшки пальцев. При виде меня она тихонько вскрикнула. Уилл сидел на лестнице, в тени. Я видела, как блестят его глаза.

— Фиалка? — Папа сильно встряхнул меня. — А ну-ка объяснись! Ты нас всех перепугала до полусмерти. Ты хоть знаешь, который час?

— Слушайте, ну что вы сеете панику? Сейчас не так уж и поздно. Я в полном порядке. Не надо суетиться, — сказала я, подняв брови, как Жасмин.

Уилл хмыкнул, в восторге от моих стараний.

— Мы думали, что тебя похитили, — сказала мама. — Я не знала, что и делать. Уилл сказал, что ты ушла с одноклассницей. Я звонила Марни, звонила Терри, но они не знали, где ты.

— Очевидно, он все наврал. — Папа зло глянул на Уилла. — Ты была не с подружкой, верно, Фиалка? Давай признавайся. Я знаю, ты резвилась где-нибудь с мальчиком.

— Я была в гостях у подружки, папа. Её зовут Жасмин, она учится в нашем классе.

— Такая, с кудрями? — подал голос Уилл. — Я думал, она старше.

— Ты раньше никогда не рассказывала ни про какую Жасмин, — сказала мама.

— У тебя в классе нет девочки по имени Жасмин. Прекрати врать,

Фиалка. Я как-никак профессионал, умею отличить, когда мне лгут. Посмотри на себя, ты же вся красная и глаза бегают!

Я заставила себя взглянуть папе прямо в глаза.

— Пап, Жасмин только сегодня пришла к нам в класс. Если не веришь, пойди завтра, посмотри классный журнал. Ну хочешь, проверь меня на детекторе лжи.

— Не надо хамить, сударыня, — сказал папа. — И чем же вы занимались с этой девочкой, в таком случае? Почему, черт возьми, ты не позвонила домой и не предупредила мать? Столько было скандалов, пока ты выпрашивала мобильник, что ж теперь им не воспользовалась?

— Батарейка села, — соврала я. — Я хотела позвонить от Жасмин, но они только что переехали, им ещё не успели подключить телефон.

Уилл даже головой покачал, так легко и складно я врала. Мама и даже папа готовы были мне поверить. Я продолжала тараторить, долго распространялась о родителях Жасмин, как будто они ещё вместе и я их обоих видела.

— Кажется, я знаю Миранду Кейп. Она, по-моему, играла в «Ист-эндерах»? Такая блондинка, из-за которой начались все неприятности? — сказала мама. — А какая она на самом деле, Фиалка? Действительно так вульгарно разговаривает?

— Нет-нет, это только по роли, на самом деле она высший класс. И папа Жасмин, Джонатан, тоже такой же. Он играет в «Сан-Франциско», это мюзикл, который идёт в «Риальто».

— Я видела афишу. Как раз хотела попросить папу сводить меня на годовщину свадьбы. Боже мой, и ты с ними познакомилась, подумать только! А что эта Жасмин? Наверное, эффектная девочка?

— Она самая красивая девочка на свете! — сказала я.

— Послушайте только! — фыркнул папа. — Подбери слюни, деточка. Все это не даёт тебе права болтаться неизвестно где до глубокой ночи и бессовестно нас пугать.

Но его крики уже звучали не так искренне. Минут десять он ещё зудел, я послушно кивала: «Да, папочка, нет, папочка, я больше никогда не буду, папочка». В конце концов он утих, открыл банку с пивом и устроился перед телевизором смотреть сериал «По закону», громко ругаясь, когда, по его мнению, что-то показывали неправильно.

Мама закидала меня бесчисленными вопросами про Миранду. Правда ли она натуральная блондинка, и не поправилась ли она, и как она была одета? Я выдумывала ответы на ходу, и мама как будто осталась вполне ими довольна.

Уилл поднялся с места и побрёл к себе в комнату. Я тоже потихоньку удрала к себе. Бросилась на скучное покрывало в розовых цветочках, уставилась на феечек, болтающихся над головой. Где бы раздобыть вышитое индийское покрывало и ёлочную гирлянду?

Вдруг дверь открылась, и в комнату вошёл Уилл. Уже перешагнув порог, постучал.

— А можно не вламываться?

— Я стучал.

— Ага, и дал достаточно времени ответить, нечего сказать!

— А чем таким секретным ты тут занимаешься? Пишешь своему драгоценному Касперу Голубая-Мечта? Ах, дорогой К. Г., мне так грустно и одиноко, бедненькая я, несчастненькая!

— Ты что, читал мои письма? — рассвирепела я.

— Какое убожество — настрочить сто тысяч писем человеку, с которым никогда в жизни не встречалась, и даже не отправить их!

— Ещё большее убожество — лазить по чужим комнатам и читать чужие письма. По-моему, это отвратительно! — сказала я.