Полураспад
Шрифт:
— Правда, что ли, про огонь на поражение? Или тоже свист? — поинтересовался Тигрёнок, напустив на себя бывалый вид. Голос его уже не дрожал. Чего, впрочем, нельзя было сказать о руках.
— Практика покажет, — недобро ухмыльнулся Тополь.
Я тоже ухмыльнулся. Потому что знал — никакого огня тут не ведётся.
В каком-то смысле «каперы» слишком ленивы для того, чтобы держать на мушке все дальние подступы к своей базе. С другой стороны, мы все-таки находились на их официальной (пусть и не афишируемой) тропе, а в таких
Карта Синоптика требовала, чтобы, дойдя до этой таблички, мы повернули строго на восток и держались этого курса сто семьдесят метров, пока не дойдем до Телефонной Будки.
Я вам скажу, это были опасные сто семьдесят метров.
Взять хотя бы рощи мутантной крапивы. Проход между ними был здесь совсем узехоньким. Фактически нам предстояло пройти тесным ущельем, протискиваясь между смертельно ядовитыми растениями и опасными аномалиями.
Мы с Тополем посовещались и пришли к выводу, что самое умное в нашем положении — идти по-альпинистски, обвязавшись всем одной веревкой (которая у Тополя, конечно же, была). Гайка, само собой, развыступалась. Но мы быстро заткнули ей рот неопровержимыми аргументами и непробиваемыми доводами.
До Телефонной Будки мы добрались без особых приключений. Не считать же за таковые птичью карусель, которая коварно выхватила у Тигрёнка, как всегда клацающего клювом, его любимую флягу с минералкой. Выхватила бы она и самого Тигрёнка, если бы не наша веревка, которая спасительной пуповиной связывала его с Гайкой.
В общем — обошлось.
Мы остановились у так называемой Телефонной Будки, утерли вспотевшие лбы.
Странное это было зрелище. Начать с того, что самой будки в квадрате карты, помеченном «Телефонная Будка», уже практически не осталось. Ее железный остов полностью сожрали ржавые волосы. Стекло осыпалось. Резиновые уплотнители истлели.
Ржавые волосы, лишенные питания и опоры, попадали в конце концов на землю. Где и образовали вокруг телефонного аппарата, висящего в воздухе на каком-то чудом сохранившемся штыре из совершенно неопознаваемого черного материала, зловещую рыжую кляксу.
Становиться в эту кляксу, конечно же, категорически не велели мои развитые сталкерские инстинкты. Но карта Синоптика специально оговаривала, что надо проверить окрестности аппарата на традиционные аномалии. И если аномалий нет — смело входить в рыжий круг, он безопасен для человека, обутого в любые, даже самые обычные ботинки.
Вы спросите меня, а почему ржавые волосы не съели телефонный аппарат, который ведь тоже был металлическим — ибо, напомню, это был древний советский телефон? А потому они его не съели, отвечу я, что «каперы» регулярно покрывали корпус аппарата жидким стеклом. А до них, насколько я понимаю, то же самое делали «истиновцы», которым раньше принадлежала база на Сухом Лугу.
Мы
— Кто говорить будет, ты или я? — спросил меня Тополь.
— Я, конечно. Я же старшой у нас.
— Ну я просто подумал, может, ты на меня эту мегаважную задачу перевалить хочешь? По праву старшого?
— Да я бы с удовольствием всю эту лабуду вообще на Тигрёнка переложил. Это ж ему «кварцевые ножницы» нужны, не мне.
Тигрёнок встрепенулся и заявил своим геройским нетвердым голоском:
— А что, я готов!
Мы с Тополем посмотрели на него с отцовской нежностью.
— В другой раз, парень. В другой раз.
Я снял трубку и набрал на телефонном диске номер — четыре единицы, как учила карта Синоптика.
Раздался длинный гудок.
Еще один.
И еще.
Лишь после шестого гудка трубку на том конце провода сняли.
— Алло, сталкер Комбат беспокоит, — начал я. — Со мной еще трое. Прошу прохода на базу.
— С какой целью? — после нервирующей паузы спросил меня хриплый мужской голос.
— Хочу поговорить с Шивой.
— О чем?
— О важном. Это я могу сказать только Шиве.
— Он сейчас очень занят.
— Я подожду. То есть мы подождем.
На том конце провода долго молчали — как видно, обладатель хриплого голоса с кем-то советовался. Наконец ко мне снизошли.
— Мы отключили минное поле, Комбат. Коридор прохода обозначен голубыми огнями. Когда дойдешь до земляного вала, стой и жди. И не вздумайте баловать — положим всех за секунду.
— Это уж само собой, браток, — сказал я как мог доброжелательно.
Глава 18. База «каперов»
I'm the bitch you hated, filth infatuated.
Yeah, I'm the pain you tasted, fell intoxicated.
Как и следовало ожидать, цепочка голубых огней складывалась в нечто вроде эсэсовской руны «Зиг». Для тех, кто не понял, разъясняю: проход в управляемом минном поле был организован так, чтобы ползущая по нему анаконда сломала себе хребет.
В общем, как говорим мы, сталкеры, в таких случаях, «Дело было плевым: семь минут страха, пара обмоченных портков и две семерки на мизере в прикупе».
Вал, окружавший базу «каперов» широкой подковой, был, несомненно, аномальным образованием высотою местами до пяти метров.
Откосы вала вовсе не были покатыми. Взобраться вверх на своих четырех представлялось практически неразрешимой задачей. Уж не знаю, что это была за дрянь, но многие участки вала поблескивали, словно по ним проползли гигантские слизни. Уверен, эта штука была не только скользкой, но и могла запросто отхватить вам руку или ногу — как это умеет, например, гриб-невидимка.