Полярис
Шрифт:
– Не знаю, куда мы катимся, Чейз, – сказал он, отрываясь от документов и показывая мне на стул. – Скоро даже в собственном доме не будешь чувствовать себя в безопасности.
Поднявшись, он обошел вокруг стола и оперся на него. Кабинет был небольшим, с единственным окном, выходившим на соседний дом. На стенах висели награды, грамоты, фотографии: Фенн возле полицейской машины, Фенн обменивается рукопожатием с какими-то важными персонами, Фенн широко улыбается, пока ему на плечи прикрепляют нашивки, закопченный Фенн вытаскивает ребенка с места катастрофы.
– Их
Он покачал головой:
– Нет. Боюсь, что нет, Чейз. Увы. Но у меня есть для тебя хорошие новости.
Подняв с пола пакет, он протянул его мне. Там лежали монеты.
– Быстро же вы их нашли, – сказала я. – Где?
– В реке.
– В реке?
– Да. Километрах в двух вниз по течению.
Выстланный бархатом футляр, где хранилась коллекция, пришел в полную негодность, но сами монеты не пострадали.
– Юная парочка занималась любовью на берегу, и в это время над самой водой пролетел скиммер, с которого сбросили мешок. Кроме груза, там оказались футляр с монетами и книги.
Он протянул мне одну из книг. Та превратилась в кашу – я даже не смогла прочесть заглавие.
– Не понимаю, – сказала я. – Зачем было их красть, а потом выбрасывать в реку? Или воры боялись, что их поймают?
– Понятия не имею. Это произошло вечером того дня, когда их украли. На следующий день парень вернулся туда с детектором. – Фенн разглядывал книгу под лампой, держа ее осторожно, словно это было что-то мерзкое. – Ему это показалось странным, и он позвонил нам. Книга, – он сверился с записями, – называется «Бог и республика».
– Угу, одна из наших.
– Кожаный переплет. – Фенн подвигал скулами. – Вряд ли она теперь на что-нибудь годна.
Мы сидели, глядя друг на друга.
– Такое ощущение, будто кто-то затаил на нас злобу, – заметила я.
– Будь это так, Чейз, Алексу вообще некуда было бы возвращаться. – Он провел рукой по волосам и болезненно поморщился. – Бессмыслица какая-то. Ты уверена, что ничего больше не пропало?
– Что ты имеешь в виду?
– Иногда ворам нужны только документы, но они берут и другие вещи, чтобы хозяин не сразу заметил. Эти могли вволю порезвиться.
Я посмотрела на браслет с идентификатором и задумалась.
– Нет, – сказала я. – Вчера мы думали об этом, но все проверили. Те ребята сумели разглядеть скиммер?
– Он был серого цвета.
– И все?
– Все. Номер они не запомнили. – Прищурившись, Фенн взглянул на одну из монет. – Откуда они?
– Меридианская эпоха. Им две тысячи лет.
– С Окраины?
– С Блависа.
– Угу. – Он положил монету обратно. – Полицейский, который проводил осмотр, говорил, что в доме были и другие ценности, но воры их не взяли.
– Верно.
– При этом некоторые лежали на виду.
– Тоже верно. Ты же там бывал, Фенн, и сам знаешь.
Зеленые глаза сузились.
– Тебе и твоему работодателю пора серьезно задуматься о безопасности.
– Уже.
– Вот и хорошо. Давно пора.
Я решила, что пришло время сменить тему.
– Кстати, – сказала я, – вы продвинулись в поисках тех, кто
– Этим занимаюсь не я, – буркнул он. – Но мы их поймаем. Мы проверяем каждого окрестного конди. – (Так пренеб режительно называли уроженцев Коррим-Маса. Покрытое мор щинами лицо Фенна вдруг напомнило мне бульдожью морду.) – Мы их поймаем.
– Хорошо.
– Бомба была самодельной: химикалии, которые можно купить в любой аптеке, плюс средство от насекомых.
– Средство от насекомых? Из него действительно можно сделать бомбу?
– Можно. Причем достаточно мощную.
Я послала парню, который нашел в реке мешок, пару редких монет. Судя по его ответу, ему хватило ума, чтобы понять их ценность. Несколько дней спустя Фенн признался, что найти воров пока не удалось и нам следует набраться терпения: рано или поздно они совершат ошибку, и тогда он их схватит. Похоже, имелось в виду вот что: полиция дожидается, пока они не залезут к кому-нибудь еще.
Примерно в то же время мне позвонил Пол Калдер. Его изображение возникло в нашем офисе: он сидел на своей веранде, накинув серый военный китель поверх голубой рубашки.
– Чейз, – начал он, – хочу, чтобы вы знали: я крайне благодарен вам за жилет Мэдди. – Он нас уже благодарил, к тому же со смущенным видом. Похоже, что-то случилось. – Посылаю еще четыре сотни.
– Вы хотите приобрести что-нибудь еще?
– Нет. Считайте, что это премия.
Нам уже заплатили.
– Весьма великодушно с вашей стороны, Пол, но за что?
Калдер, среднего роста, полноватый, носил густую черную бороду и пытался выглядеть интеллектуалом, но казался обычным неряхой. К тому же он страдал чрезмерной набожностью и постоянно упоминал Всевышнего.
– Мне очень нравился этот жилет.
Я заметила, что он говорит в прошедшем времени:
– Что с ним случилось?
Он снова улыбнулся:
– Я получил предложение, от которого невозможно отказаться.
Если бы он стоял рядом, я бы, наверное, придушила его не раздумывая.
– Пол, только не говорите, что вы его продали.
– Чейз, мне предложили двойную цену.
– Мы тоже могли бы предложить двойную цену. Черт побери, Пол, я же говорила: эта вещь стоит намного больше, чем вы за нее заплатили. Жилет все еще у вас?
– Покупатель забрал его сегодня утром.
Я молча покачала головой.
Он откашлялся и оттянул воротничок:
– Я помнил ваши слова насчет его стоимости, но решил, что вы преувеличиваете.
Деньги достались Полу по наследству. Он понятия не имел о том, чего стоит сколотить состояние, и никогда не относился к этому всерьез. Деньги были для него лишь средством, и он тратил их, когда ему хотелось. Пожалуй, так же поверхностно Пол относился к религии. Он постоянно вставлял в свою речь фразы типа «благослови тебя Господь» или «на все воля Божья», но у меня никогда не возникало ощущения, что он всерьез воспринимает сущность Создателя. При всем том на Пола было нелегко злиться. Он весь съежился, ожидая моего ответа, и я успокоилась.