Помнишь ли ты...
Шрифт:
Вцепившись в края сиденья, Диана наблюдала, как пилот неторопливо поворачивает голову, и непроизвольно принялась помогать ему. Подавшись вперед, она вглядывалась в запыленное ветровое стекло, чувствуя, что ее сердце уходит в пятки…
Час спустя дряхлая посудина плюхнулась на посадочную полосу в Риджвуде и неуклюжим галопом пронеслась к зданию аэропорта. Пилот широко улыбнулся, отстегнул ремни, открыл люк и спустил трап. Повернувшись, он предложил Диане руку, помогая спуститься.
— Ну, понравился вам полет? — спросил он. Ступив
— Если вы намерены приобрести радар, я готова внести свою долю, — сухо пошутила она.
Пилот рассмеялся и кивнул через плечо. В конце взлетной полосы, окруженный десятком небольших самолетов, под солнцем поблескивал «Гольфстрим» Коула — султан среди простолюдинов.
— После того как полетаешь на такой штуке, любой самолет покажется барахлом. Ваш муж заедет за вами? — спросил он.
— Прежде я должна созвониться с ним.
В здании аэропорта, больше похожем на ангар, было жарко и душно. Напротив стола с табличкой «Прокат машин» высился громоздкий автомат. Женщина в одежде официантки, с табличкой на груди, на которой значилось «Роберта», болтала с двумя пожилыми мужчинами, которые потягивали кофе из бумажных стаканов за грязной стойкой. На противоположной стене, между двумя дверями туалетов, висел телефонный автомат.
Послушав минут двадцать короткие и частые гудки в трубке, Диана попросила телефонистку проверить линию и услышала, что линия не отвечает. Диана сделала вывод, что у дяди Коула испортился телефон, и решила взять напрокат машину.
— Сожалею, мисс, — ответила Роберта, — но у нас всего две машины. Автомобиль с неисправным глушителем сегодня утром сдали парню из буровой компании. А машина со старыми шинами уже неделю как в ремонте.
— В таком случае где можно найти такси? Этот вопрос вызвал взрыв хохота у одного из мужчин, сидевших за стойкой.
— Детка, это вам не Сент-Луис или Миссури и даже не Сан-Анджело. У нас тут такси не стоят на каждом углу.
Диана почувствовала приступ раздражения, но не сдалась:
— Когда будет следующий автобус на Кингдом-Сити?
— Завтра утром.
Диана попыталась воззвать к благородству, присущему уроженцам Техаса:
— Я приехала к мужу. Мы поженились на прошлой неделе, и теперь у нас медовый месяц.
Упоминание о медовом месяце задело чувствительную струнку в душе Роберты.
— Эрнест, — умоляюще протянула она, — ты не подбросишь леди до Кингдом-Сити? Потеряешь несколько минут, сделаешь небольшой крюк. Зато потом я обещаю тебе бесплатный кофе целых две недели!
Мужчина по имени Эрнест задумчиво пожевал зубочистку и кивнул:
— Три недели — и по рукам, Бобби.
— Ладно, пусть будет три. — Идем, — позвал Эрнест, сползая с табурета. , — Большое вам спасибо, — с облегчением произнесла Диана и протянула мужчине руку. — Меня зовут Диана Фостер.
Мужчина коротко пожал ей руку и назвался Эрнестом Тейлором.
— Я подъеду к двери, чтобы вам не пришлось тащиться на стоянку.
— Вы очень любезны, — отозвалась Диана с плохо скрытым сарказмом, пытаясь поднять первый из трех чемоданов.
Она уже почти закончила последнюю ходку к двери, когда увидела машину, на которой ей предстояло ехать в город. Если бы Диана не была такой усталой и раздраженной, она покатилась бы со смеху. К бордюру у входа подтащился пыльный темно-синий грузовичок с портретом Рональда Рейгана на заднем стекле и целой горой жестянок из-под масла, рыболовных снастей, инструментов и проводов внутри.
— Замок задней дверцы сломан. Бросайте чемоданы поверх хлама, — предложил Эрнест, не выпуская изо рта зубочистки, Диана поняла, что ни за что не справится с тяжелым багажом.
— Вы не могли бы помочь мне? — спросила она. Эрнест открыл свою дверцу и поставил на землю ногу в высоком ботинке.
— А я что-нибудь получу за труды? — поинтересовался он. — Например, пять баксов?
Диана собиралась заплатить ему двадцать долларов, но теперь благотворительность ее не прельщала.
— Хорошо.
Эрнест выбрался из грузовичка и принялся швырять чемоданы от Луи Вуиттона, которые стоили больше пяти тысяч долларов, на кучи грязных коробок и промасленных тряпок. Когда он попытался пристроить третий чемодан на банки с маслом, Диана в отчаянии воскликнула:
— А нельзя ли поаккуратнее? Эти чемоданы очень дорогие.
— Вот эти? — Он небрежно поднял чемодан на вытянутой руке, словно тот ничего не весил. — С чего бы это? По мне, так всего лишь пластмасса…
Диана промолчала. К сожалению, Эрнест истолковал ее молчание как внезапное прозрение и принялся настаивать на своем:
— Какое мерзкое сочетание — коричневый с болотными буквами. Что это еще за «ЛВ»? — С этими словами он швырнул чемодан, уселся за руль и дождался, когда Диана расчистит себе сиденье. — «ЛВ», — продолжал он, — это даже не слово.
Диана нехотя сообщила:
— Это инициалы.
— Барахло не новое, да? — уверенно заключил он, пока машина со скрипом и гудением преодолевала короткую, усыпанную гравием дорогу, ведущую к шоссе. — Хотите знать, как я догадался?
Диана неожиданно развеселилась:
— Конечно!
— Потому что ваши инициалы не «ЛВ». Верно?
— Верно.
— И кому же принадлежали эти уродливые саквояжи, прежде чем попали к вам?
— Луи Вуиттону, — невозмутимо сообщила Диана.
— Без дураков?
— Без дураков.
Эрнест нажал на тормоза, затем придавил соседнюю педаль и перевел скорость.
— Он ваш приятель?
Вероятно, это воодушевление было вызвано горным воздухом и предстоящей встречей с Коулом, но Диана вдруг примирилась со всем на свете.