POP3
Шрифт:
А сегодня вновь надо куда-то идти, что-то придумывать с… ну, и так далее.
Новости касательно нового журнала меня, вне сомнения, впечатлили. Но настолько, насколько этого надо было ожидать. Наверное, меня теперь мало интересует т. н. альтернативная литература. С каждым днем я все более ощущаю себя частным лицом. Иногда меня тревожит совершенно банальная мысль — как можно столько говорить о том, что вполне заслуживает 1–2 слов. Мысль высказана, впрочем, недостаточно точно… но оставим ее.
Действительно ли Иоссель намеревается довести дело до конца? Иными словами прибыть в Петербург в окружении хористок? Меж тем, он сообщил, что состав преподавателей изменен и ныне едут
Какую роль отводит он вам? Ассистент? Заведующей картой и маршрутами города? Преподавателя? Переводчика? Вот-вот, вы и будете мне помогать, поскольку мой английский находится в плачевном состоянии, да и состоянием это уже, вероятно, назвать трудно…
Обнимаю — начинаю надеяться на то, что в самом деле увижу вас здесь…
Дорогой Аркадий!
Получила Ваше «Колесо дома». Мое размягченное теплом спасибо Вам и поклон за посвящение его мне. Вот опять мне вспомнился офорт, выполненный сухой иглой. В рассказе нет ни одного лишнего слова, ни одного вяло вырисованного образа, ни одной случайно оброненной еловой шишки — охотники собрались в час условленной трапезы и расселись с дичью, с подсумками, с патронташами на фоне стойкой и продуманной тишины. Петербург, вывеска, за стеклом такого ненарочито русского магазина видны словари с иностранными буквами. И вот уже виден готически устремленный в мистику замок. Справа скачут индейцы. Рассказ движется по ступеням странного дома и, обнаружив закоулки тайн и объяснения внутренне связанных друг с другом понятий, описывает «мертвую петлю» и нисходит обратно вроде бы в ту же самую точку, а на самом деле в другую, в отраженье первоначальной ступени, в гладь таинственных «блуждающих зеркал».
Поразительно, как Вы сумели все это связать, заполнить и расставить пробелы! Медиумически узнать и про женщину в Бостоне, и про мужские рубашки и про «ворот, лебедку»! Помню мое изумленье, когда количество слов в моей миниатюре о «Vexations» без всякого дальнобойн (к)ого умысла соответствовало количеству нот: 180. Интересно сосчитать количество слов в «Колесе дома» и прийти к выводу о количестве или содержании комнат, ибо рассказ Ваш, возможно, — точнейшая формула души демонов и величия Сары Парди Винчестер!
Кланяясь Вам и тринадцати пальмам Сары Винчестер, напоминаю, что сегодняшний день тоже кратен тринадцати.
Господин Лy Сюань, беседуя с Наньцюанем, сказал: «Есть такое изречение: У Неба-Земли и у нашего я — один корень, вся тьма вещей и наше я — одно тело. Какие прекрасные слова!»
Наньцюань указал на цветок во дворе и сказал: «В наше время этот цветок люди видят словно во сне».
Дорогой Аркадий, оказывается, я купила свою машину как раз на той улице, где находится Winchester Mystery House…
Вы меня вконец запутали!!! 8-) Какая к черту «влюбленная речь» —
«фрагменты любовной речи».
Это же существует дословно и по французски.
Вот что означает наблюдение стрижей и писание в это же время писем. Прошу простить покорно за путаницу. Стрижи канули во тьму. Уже ночь. Пора отъезжать в одеяло, поглубже, с сигаретой и пустым взором отправляться в поля прозрачного бытия… Что ж… Рита, вы небось шампанское тут же отправитесь пить, а я горькую чашу видений. До завтра 8-)
Здравствуйте, дорогой Аркадий!
Мне кажется, Ваша проза настолько прозрачна, как вода подо льдом, что она, как переводная картинка, точно и прочно
…наверное, туда, куда упадает эта строка, вас нет… и в окрестностях, наверное, тоже нет. Но, быть может, именно в этот момент вы перевозите ящик со словарями через дорогу? Легкая тележка, каштановый пони, лазурный бант в волосах. А позади туман. А в этом тумане кто-то роняет сигаретный пепел себе на туфли. И конечно же, ранее солнечное утро.
Я думал, в голове обретаются мириады мух. На самом деле, как мне стало понятно сегодняшним утром, там живет одна. И, вот она, одна единственная, бьется в стенки этого медного котла, именуемого головой.
Именно эта муха (наблюдения, исследования, etc.) не позволяет мне в данный момент вам, милая Рита отписать в полный рост.
Если касаться предистории моего интереса к мухе – она проста, как жизнь Картезия. Вчера выдавали дэнги. Кстати, вчера отдал моей хорошей знакомой Елене Долгих ваши писания. Она хочет чего-то написать про них. Сама она прелестный бродячий философ (буквально), зарабатывающий на жизнь всякими штучками для «Эль», «Пари матч» и так далее. Как нибудь чего-нибудь пришлю ее вам… (после подобного оборота воспитанные люди выключают свет).
Я же включаю почту. 8-)
Дорогой Аркадий!
Я читаю зеленую тонкую книжку, похожую на библию для разведчиков неизвестного: «Временные задержки в биологических моделях». А задержки эти, выраженные марсианскими «мю», «ню», иксами и игреками, по иному могут быть описаны как взаимоотношения хищника и жертвы, то есть predator and prey, которые, в связи с этой временной задержкой, удваиваются в своем количестве, в то время как ленивый хищник прохлаждается где-то неподалеку, посверкивая холодными глазами. Также воображение мое наводнили композиторы-минималисты, Глас, Reich, Reily (?) и подобные им, которые, занимаясь, в сущности, штамповкой «серийности», известной еще легендарному Шенбергу, случайно были пропущены ОТК и таким образом видоизменились в этот самый минимализм. В холщовой сумке лежит крупноугольная биография Бонапарта в двойной обложке, купленная на барахолке за доллар. Вот и весь наш багаж. Осел, козел и косолапый мишка, бредущие с бременскими музыкантами по запыленной Калифорнии.