Попаданец
Шрифт:
– Даже сейчас он отнекивается! Убийца!
– продолжал неистово кричать юноша.
– Ск-к-коро все узн-нают к-кто т-ты на сам-мом д-деле, пред-д-датель!
Только сейчас до меня дошло, как же непродуманно мы ломанулись. Я ожидал, что он просто-напросто испепелит нас за подобные обвинения, но старец почему-то не нападал. Его посох прекратил излучать свет, а он оставался спокоен, совершенно уверенный в своих силах и превосходстве. Зато поспела личная охрана Хариеша: солдаты взяли нас в кольцо, выставив перед собой острые копья. Но мы и
– Фредегар, Бздитус, как вы смеете клеветать на Мутнодума?
– взвился трусливый Хариеш, почувствовав себя в безопасности.
– Советник верой и правдой служил Седрику и Госвинде не один десяток лет...
– Да что вы! Верой и правдой говорите? Враньё! Я обвиняю его в смерти короля! И докажу, что Мутнодум продался Мраку!
Старый колдун вновь перевёл взгляд на меня, будто я корень всех его бед. В какой-то степени он был прав.
– Клянусь короной, он невиновен!
– встал на защиту мага регент.
– Я не ослышался? Короной? Она и так не твоя, дядюшка. Кто дал тебе право клясться ею? Ответь кто?
– Если твои обвинения не пустой лепет, то станешь первым правящим королём Алькасара, не достигшим совершеннолетия, я подпишу соответствующий приказ. Если же ты ошибаешься, то будешь ждать двадцати пяти лет!
– хитро усмехнулся Хариеш.
– В этом ты весь! Предлагаешь сделку, когда твоего якобы друга обвиняют в убийстве родного брата и короля!
– Понимай, как хочешь! Я это делаю из любви к Алькасару. Не хочу, чтобы ты развалил королевство, впутав нас в очередную авантюру. Здесь нужен достойный правитель, а не желторотый сопляк.
– Тут я с тобой согласен, вот только сморчок из нас двоих - ты.
Они попыжились немного, но разбегаться не торопились - предложение понравилось обоим.
– Значит, ты не против?
– Пять месяцев взамен пяти годам?
– надменно спросил Фредегар.
– Странная арифметика!
– Какая есть! Решай, пока я не передумал! Или ты уже не так уверен в виновности советника?
– Уверен, - повысив тон, ответил юноша.
– Я согласен на твои условия.
– Вот и чудненько.
Хариеш подал пухленькую руку племяннику, тот пожал. Они смотрели друг на друга, оскалившись, будто лютые враги, а не кровные родственники. Пускай они разнились внешне, но были схожи внутри: жажда власти подталкивала их безжалостно играть судьбами людей. При этом каждый свято верил, что лишь он достоин править в Алькасаре.
И вот наступило время волшебника. Дав знак солдатне опустить оружие, Мутнодум подошёл к Фредегару. Юноша вновь схватился за меч, но это нисколько не страшило грозного чародея.
– Глупец, ты доверился человеку, которого привёл Леонард. Старец вечно ошибается! Он же привёл и Искара, подло погубившего твоих родителей.
– Шестирукий был лишь орудием, марионеткой, исполнявшей приказы. Истинные убийцы - ты и Мрак, - злобно возразил юноша.
– Ты много лет выступал против Леонарда, пудря нам головы,
Мутнодум скривился, будто услышал нелепицу.
– Он предвестник горя, где бы Леонард не появлялся, туда приходила страшная беда.
– Лжец! Проклятый лжец! Ответь на мой вопрос!
– Я не ведаю, где он, но надеюсь, черви уже вкушают его плоть.
– Ах, ты, мерзавец!
Двум стражникам пришлось вновь поднять копья, уж больно агрессивно выглядел наследник престола.
– Не наделай глупостей, Фредегар! Враг только и добивается разногласия в наших рядах. Сместив меня, ты лишишь Алькасар магической поддержки, сделаешь королевство людей уязвимее, братство волшебников никогда не пойдёт за тобой.
– А кому нужен проклятый гнойник, созданный твоими руками?
Впервые старика задели за живое: лицо Мутнодума побагровело, а костяшки пальцев, сжимавших посох, наоборот побелели. Повернувшись к Хариешу, он произнёс:
– Нет смысла что-либо доказывать, когда разум помутнён. Я готов предстать перед Большим судом сегодня же, дабы смыть грязные обвинения. Возможно, ты прав - ему ещё рано всходить на трон.
– Затем он протянул посох Бздитусу, - мне жаль, что ты поверил в гнусности, ученик. Готов поспорить, настоящий слуга Мрака находится в этой комнате и радуется происходящему, мысленно потирая руки.
Мутнодум в очередной раз взглянул на меня. Он сделал это так убедительно, что будь я кем-то другим из присутствующих, поверил бы в свою виновность без раздумий. Вот наглец!
– Громкие слова, жаль, что пустые, - насмешливо протянул Фредегар в мою защиту. Повернувшись по-хозяйски к страже, он приказал, - отведите его в покои для гостей, пусть проживёт ещё один день, как подобает советнику. Встретимся вечером, колдун!
Солдаты повернулись к Хариешу, ожидая указаний, тот к Мутнодуму, а уже тот утвердительно кивнул. Безоружный волшебник спокойно вышел из тронного зала под конвоем. Не знал бы, сколько зла он сотворил, засомневался бы в виновности, настолько уверенно и невозмутимо он держался.
– Зря ты это затеял, - процедил Хариеш племяннику.
Хоть толстяк и шептал, но слова было слышно в каждом уголке тронного зала.
– Посмотрим. Созывай Большой суд, милый дядюшка. Помни, мы с тобой договорились.
– Ох, об этом волноваться не стоит, ты уж поверь. Я своё слово держу всегда!
– Заодно и проверим. Ты многого не знаешь о своём дружке в красном.
Фредегар направился к выходу быстрым шагом, кинув последнюю фразу, я и Бздитус пошли следом за ним. Виляя коридорами, мы оказались в небольшой комнате. У стен стояли дубовые шкафы, заставленные доверху книгами и свитками, посредине стол из красного дерева, три мягких кожаных кресла (одно для хозяина, два для гостей). Насколько я понимал, мы очутились в кабинете.