Попаданец
Шрифт:
Перед нами предстал узник. Проведя в плену не менее четырёх лет, Артур фон Арн выглядел не лучшим образом и это мягко сказано. Сгорбленный мужчина, в котором было не более сорока пяти килограмм, потрёпанная одежда висела на нём, как на вешалке. Чувствовалось, некогда в этом слабом теле бурлила огромная сила, он был высок и широкоплеч, как Фонарь, а теперь выглядел, словно призрак из фильма ужасов. Как вы уже поняли, Артур был неимоверно худ, кожа на лице и руках казалась настолько тонкой, что я засомневался, остались ли мышцы. Ужасно, будто ему давали кусок хлеба и стакан воды в день, а то и забывали. Как выяснилось позже, именно
Мне сложно передать на бумаге все те эмоции, которые хлынули из Жоры, когда он обнял его. Отец и сын рыдали, крепко сжимая друг друга. Вот это узы! Если у меня родится сын, то я хочу, чтобы мы были близки, как фон Арны. Немного успокоившись, Георг помог Артуру опереться на него, и они начали спуск, в то же время в уже бывшую камеру барона двое солдат вели Мутнодума. Старики встретились на средине лестницы. Как ни странно, но не последовало ни угроз, ни проклятий, ни злорадства.
– Паршиво выглядишь, - сказал маг, осматривая испещренное морщинами лицо.
– Не думал, что когда-нибудь увижу тебя, Мутнодум, - изрёк Артур. В его слабом голосе совсем не было неприязни.
– Это ненадолго. Видимо, одному из нас суждено томиться в темнице, пока второй наслаждается свободой, - иронично проронил колдун.
– Надеюсь, когда-нибудь это изменится.
– Уже неважно, Артур. Жребий брошен, ничто не спасёт моей головы.
– Жаль, я помню, как мы сражались с врагом на одной стороне. Я, ты, Каин и Леонард.
– Да, славные были времена, но они давно минули, всё изменилось... Возможно, вы поступили правильно, поддержав Леонарда, а я ошибался, - по-доброму усмехнулся Мутнодум.
– Теперь меня обвинили в сговоре с Мраком.
– Я могу сделать что-нибудь для тебя?
– Убереги Фредегара от опрометчивых поступков. Прощай, Артур.
– До свидания, Мутнодум, - как будто они скоро встретятся вновь, произнёс Артур.
Недоумевающий, с чего бы старики так мило беседовали, Фонарь повёл отца дальше. Вслед за ними проскочили Аша, Хани, трое солдат и тюремщик, на пути Мутнодума и его молчаливого конвоя остался лишь я. Хотел обойти их, но пленник с неимоверным проворством для его лет схватил меня за кисть и дёрнул на себя. Ожидал, что волшебника скрутят и силой поволокут наверх, но этого не произошло - солдаты застыли, будто каменные статуи. Как Мутнодум это сделал? Ведь его ладонь не сжимала посох, может у колдуна есть сообщник, но тогда бы мне угрожала опасность, а серебряный артефакт оставался холодным.
– Некоторые чародеи умеют обходиться без магических посохов, правда, недолго, - будто прочитав мои мысли, объяснил Мутнодум.
– Сейчас кто-нибудь заметит, что меня нет, и прибегут...
– Нет, Ник, не прибегут - я остановил время. На всём Астере лишь мы с тобой движемся. Мы как бы вне пространства, - отпустив мою руку, заявил он.
– Птицы застыли в небе, огонь в каминах, даже меч, разрезавший плоть застыл вместе с капавшей из раны кровью...
Мне нечего было сказать на это. Я засомневался ещё до Большого суда, что он на стороне Мрака, теперь я уверен, но тогда кто предатель? Был ли он вообще? Безусловно! Кто-то же подставил советника, почистив казну и расправившись с Чирикало.
– Признаюсь, я опасался прихода очередного избранника Ока Судьбы, думал, древний артефакт испорчен. До сих пор не знаю, прав или нет.
– Как вы догадались?
– Не считаешь же ты, что Леонард единственный Хранитель миров? Я присматриваю за Астером уже семь веков.
Последнее резануло слух.
– Несостыковочка получается, господин хороший. Откуда тогда у вас взялся племянник?
– Молодец, граф. Думал, не вспомнишь. На самом деле всё очень просто. Мне нужна была история, и я прибыл на Тутум с годовалым ребёнком. Вильтор был сиротой, я нашёл его, путешествуя по патриумам. Почувствовал дар и забрал с собой. Как и говорил на суде: я прогнал его, изгнав из братства и отобрав магический посох. Он сам сделал свой выбор и мне ни капли не жаль его, жаль лишь потраченное время.
Вот почему у Вильтора оказался посох Ведила. Теперь всё стало на свои места.
– Так вы с самого начала знали, что я избранник Ока?
– Нет. К сожалению, кто ты такой я понял вчера. До этого был уверен, что ты ещё один прихвостень Мрака, какой-нибудь тёмный колдун из его ближнего окружения, уж больно мощным показался мне поток энергии, излучаемый от тебя. И тут я вспомнил, что при первой встречи его не было. Не ухмыляйся... Не почувствовать я не мог. В голове промелькнула мысль - ты нашёл браслет Власти, точнее кусок от него, будь у тебя целый артефакт - уже раструбили бы. Я ухватился за предположение, как утопающий за соломинку, и не ошибся. Я ведь прав? Жох всё-таки его разделил?
– Да, - не стал врать я.
– Твой предшественник - Искар тоже видел браслет в своё время, но так и не приблизился к цели. Опасайся его! Я предупреждал Леонарда и Седрика, что чужаку нельзя доверять.
– Мы уже встречались несколько раз, Искар завладел картой, которая должна помочь отыскать оставшиеся части.
– Если Мутнодум все же враг, то ему и без меня об этом известно, а если друг, то почему бы не поделиться информацией.
– Шестирукий предал Мрака и собирается сам занять Тутум.
– Значит, он ещё сыграет свою роль в поисках браслета, - задумчиво изрёк маг.
Некоторые вопросы меня до сих пор мучили, хотелось получить ответы:
– Если вы не служите тёмному владыке, то почему запугивали меня после праздника Огня?
– Мрак уже не единожды присылал шпионов, о большинстве из них никто даже и не догадывался. Они умирали, как только их нога переступала границу Алькасара.
– Если Большой суд - ошибка, то зачем позволили пленить себя?
Впервые я увидел улыбку на его лице.
– Иногда лучше отойти в сторону и подождать, чем мешать друг другу. К тому же, теперь ты знаешь наверняка, что я не предатель. А вот истинный шпион уверен, что находится в безопасности. Не пытайся это изменить, уже поздно, да и глупо - Фредегар и народ не поймут. Истину не вобьёшь в пустые головы жителей Алькасара, обычный люд видит лишь то, что хочет. Мне проще вернуться в другом образе через несколько десятилетий, чем пытаться очистить имя, как Леонард.
– Скажите...
– Ник, - перебил меня колдун, - мои силы на исходе, запомни, о нашем разговоре никто не должен знать, даже самые близкие люди и уж тем более Фредегар и Хариеш, для них мы должны выглядеть как непримиримые враги. Найди изменника, пока не поздно!