Попала...Попала! Попала!!!
Шрифт:
(-Приступ у отца? — пронеслось в моей голове, — Разве князь не носит траур по родителю?)
Но спросить я не могла. Как незавидно мое положение…
А князь, между тем, продолжал:
— Самое ужасное, что я даже не знаю, как сказать Герберту обо всем, — снова вздох, — Зная его подозрительность, он решит, будто во всем замешан я.
Князи прикрыл глаза. Вид у него был очень несчастный. И мне даже стало его чуточку жалко.
— Конечно, я понимаю, что не являюсь Герберту единоутробным братом, но, Элен, разве это причина так меня не любить?
Темные глаза князя взглянули
— Герберт считает, нам грозит война с востока. Он, кажется, даже не принимает во внимание мирный договор, который я заключил сразу после несчастья с отцом.
Я кивнула. А что еще мне оставалось делать?
— Сядь рядом, любимая, — сказал «мой муж», жестом указывая мне на кровать.
Внутри у меня все сжалось. Князь был привлекателен, и по тому, как он начал расстёгивать верхние пуговицы рубашки, наш разговор должен был продолжиться в неформальной обстановке.
— Ну же, Элен, — князь приподнялся на локтях. Темноволосый, с расстёгнутой рубашкой, он был словно картинка из журнала.
— Неужели ты не хочешь подбодрить меня, в этот тяжелый час?
Я, вся дрожа, повиновалась его приказу. Что еще мне было делать?
Едва я очутилась рядом, как рука князя скользнула по моей ноге и задрала вверх полы нежно-розового платья. Очень быстро он очутился надо мной, и руки его принялись ласкать мое тело. Я была парализована.
— Знаешь, Элен, — тихим шепотом продолжал князь, покрывая легкими поцелуями мои голые ноги, — Я верю, что скоро темные времена уйдут.
Одним движением он разорвал верх моего платья, и на пол посыпались драгоценные жемчужины с его обшивки.
— Едва ты подаришь мне наследника, и мы будем благословенны, — прошептал князь.
Тепло его тела было так близко. И губы наши почти соприкоснулись в поцелуе, как Свет. Боль.
Конечно. Я знала, что так будет.
— Ну, какой на сегодня улов? — спросил меня чей-то грубый голос.
Я огляделась и увидела, что сижу возле крепостной стены, а возле меня, в большой железной клетке, копошатся крысы.
— Да, замечательно, — буркнула я про себя, — Одно мгновение, и я уже не в палате князя. Теперь я — Сэм-крысолов. Грязный и сальный обладатель самой замечательной в мире профессии. Просто мечта! Кому нужен прекрасный князь, когда можно повозиться с крысками? Я — просто везунчик!
Глава 4
Не знаю, что нашло на меня в палатах князя. Обычно, я не позволяю незнакомым мужчинам класть себя на лопатки. Но с минуту назад я была…не в себе?
Мне сложно это объяснить, ведь я — попаданка. Следовательно — я не в себе с самого начала. Смешно… Но там, в теле княгини Элен, я словно не только разделила ее тело, но и ее чувства, ее эмоции. По телу моему блуждала такая странная смесь адреналина и чего-то еще…Иного. Того, чего я ранее никогда не испытывала.
Но я не хочу, чтобы вы подумали, будто я влюблена в князя. Это не так. Да, он красив, и весьма приятен
Однако, сейчас я вдоволь наказана за свое «плохое» поведение. Тело Сэма-крысолова. Что может быть хуже? Впрочем, хуже быть может. И вот мой топ-5 самых ужасных тел, в которые я уже имела «счастье» попасть.
Первое место занимает, безусловно, Большой Билли. Этот огромный толстый повар на княжеской кухни. Каждый раз, когда я попадаю в него, мне невыносимо душно и тошно. Прибавьте к этому самые нелепые кулинарные задания, которые выполняет именно Билли, и вы получите «тортик с вишенкой.» Как, ну как, скажите мне, можно приготовить перепелку? Она ведь такая маленькая! А эти его фирменные фаршированные белки? Или суп из ящерицы? Нет. Билли — определенно мой номер один. Ненавижу быть на его месте!
Следующая моя любимица — госпожа Розэт. Она — горничная в замке. Работа, кстати, не пыльная, только вот госпожа Розэт слишком видная дама. Во всех отношениях. Пышногрудая, с точкой, как у Джей Ло, поэтому ее веник для уборки лично я использую исключительно в оборонительных целях. Слишком уж много желающих «прикоснуться к прекрасному».
Третьим по списку идет любой солдат княжеских казарм. Они — солдаты — парни милые. Некоторые очень даже смышленые. Но, если бы я хотела служить в армии, то эмигрировала бы в Израиль, или, на худой конец, в Америку, где все эти мечты могут стать реальностью. Только вот об армии я никогда не мечтала. Поэтому — солдаты — мой твердый номер три.
Сэм- крысолов, в теле которого я сейчас расположилась, идет у меня под номером четыре. И причиной тому даже не его странная работа. Да, Сэм ловит крыс. И, в средневековье это весьма нормальная профессия. А если и не нормальная, то, по крайней мере, нужная. Только вот неприятно мне с Сэме другое. Сэм — худющий и длиннющий паренек с копной сальных волос. Я не могу сказать сколько ему лет, так странно застряла его внешность между пятнадцатью и тридцатью. И каждый раз, когда я попадаю в него, я испытываю такое чувство, будто я попадаю в…крысу? Не могу этого точно описать. Но что-то в Сэме не так…
Впрочем, лучше мне не концентрироваться на нынешнем теле. Кто же будет моим номером пять?
Отдам это место по закону — главному хранителю княжеской библиотеки — Жаку Симу. Из всех вышеперечисленных, он самый опрятный, и у него хорошая, спокойная работа, на которой и меня никто не трогает почем зря, но те оба раза, когда я попадала в его тело, я исчезала из него невероятно быстро. И мне кажется, что «выпроваживал» меня именно сам «хозяин». Я, конечно, не паразит, и сама не желаю долго занимать чужое место под солнцем, но в теле Жака я испытывала крайне неприятные чувства. А вы приходили в гости, когда хозяева Вам не рады?