Пора предательства
Шрифт:
— Дьюранд, что это там?
Берхард, прищурившись, смотрел ему за спину.
Кто-то отчаянно звал в дальнем конце сводчатого туннеля: какой-то высокий мужчина с искрящимися зелеными глазами и гривой седых волос.
— Эй! Может, кто-нибудь уделить мне минутку внимания? Эй, слышите?
На нем была куртка из некрашеной шерсти. Сзади стояла целая вереница людей в такой же простой одежде.
Дьюранд кивнул Берхарду и стал пробиваться против людского потока в ту сторону. Приблизившись, они обнаружили, что
Увидев Дьюранда, монашек в ужасе застыл.
— Эй, тут кто-то есть? — окликнул высокий незнакомец. Зеленые глаза его были очень широкими и совсем пустыми. — Послушник Геймел, тут рядом кто-то дышит, как бык.
— Меня зовут Дьюранд, сэр. Я рыцарь из свиты лорда Ламорика. Сейчас не время для долгих разговоров.
— Послушник Геймел, не стоит ли спросить у него?
Монашек испуганно моргал, разинув рот. Позади него выстроилось в рядок человек двадцать — все в одинаковых серых куртках, с одинаково пустыми взглядами.
— Ясно, — промолвил высокий незнакомец. — Наш вожатый, Геймел, славный парнишка, но, кажется, мы достигли гавани, куда держали путь. Он вел нас от самого приюта…
Вражеская армия была уже на расстоянии выстрела из лука. Дьюранд схватил слепца за руку.
— Идемте, я проведу вас, обопритесь на меня.
Он положил ладонь незнакомца себе на плечо и принялся проталкиваться через толпу.
— Пустите их! — закричали люди вокруг. — Они из приюта Милосердия Спящих.
Толпа расступилась, и Дьюранд двинулся вперед, пристроившись в хвост ломящейся под грузом телеги.
Вырвавшись наконец из подвратного перехода на двор, Дьюранд оказался лицом к лицу с Дорвен. Она вела под уздцы маленькую лошадку Альморы. Девочка сидела в седле, а в нескольких шагах сзади плелся озабоченный стражник.
— Что вы делаете в этой толкучке, ваша светлость? — спросил Дьюранд.
— Мы с Альморой говорили, и она вдруг стала волноваться, что давно не видела брата.
— Давным-давно не видела, — пискнула девочка.
— Вот я и подумала, что не будет вреда съездить и посмотреть. Самим убедиться, что с ним все в порядке. Увидеть, какой он храбрый, — промолвила Дорвен. Девочка скалилась на толпу из-под челки.
— Вам тут не место, — покачал головой Дьюранд. — Ни одной из вас.
— Лучше глядеть вещам прямо в лицо, чем прятаться и делать вид, будто ничего не происходит.
— На улицах за воротами видели людей Радомора…
Высокий незнакомец коснулся локтя Дьюранда.
— Милорд, мы крайне признательны.
— Простите, — перебил Дьюранд. Он почти забыл о слепце.
Тот поклонился Дорвен и Альморе.
— Нас было некому вести, кроме юного Геймела. Отец-настоятель наконец-то нашел телегу. Ему нужны были все рабочие руки, чтобы вывезти приют.
Крепкая рыжеволосая женщина, сидящая на
— Эй! — окликнула она. — Уж не хотите ли вы сказать, что в Девяти Спящих еще остаются люди? Да там же не меньше сотни больных в лазарете.
— Насколько мне представляется, — учтиво промолвил слепец, — всяк думал, что о том позаботится кто-нибудь другой…
— Стыд какой! Сколько, вы говорите, у вас там телег?
— Настоятель был рад-радешенек хотя бы одну найти.
— Одну? — переспросила женщина.
Дьюранд глянул на запад. Вражеское войско уже совсем близко.
— А где расположен ваш лазарет?
Слепец открыл было рот, но разъяренная женщина опередила его с ответом:
— Девять Спящих стоят в полях. Ирлакцы с минуты на минуту туда ворвутся.
— И сколько людей грузят эту одну телегу? — продолжал расспрашивать Дьюранд.
— Пятеро братьев.
— Пятерых для такой работы и близко не хватит! — заявила Дорвен. — Иные из тех, кто там находится, годами не покидали стен приюта.
Времени не хватало. Дьюранд представил себе, как волки Радомора врываются в лазарет.
— Ну, хотя бы еще одного помощника эти пятеро получат! — промолвил он, оглядываясь вокруг. Многие в толпе решительно закивали. Берхард побелел.
— Ладно.
— Идите сюда! — закричала рыжеволосая женщина, оглядываясь на свою телегу, доверху нагруженную комодами, скамейками и бельем. — Помогите-ка мне быстренько скинуть этот хлам.
Множество рук потянулось снимать все ее накопленное за жизнь добро. Слепец стиснул руку Дьюранда, зеленые глаза его сверкали.
— Спина у меня еще крепкая, я знаю место, куда вы идете, а кроме того, полагаю, против целой армии у слепого ничуть не меньше шансов, чем у любого зрячего.
— Тогда идем, — сказал Дьюранд.
Он повернулся к Дорвен.
— Прошу прощения, что так быстро покидаю вас.
Дорвен сунула поводья Звездочки в руку стражника.
— Альмора вернется в башню Гандерика. Сэр Дьюранд, вам понадобится еще немало рук в помощь, а у меня их целых две.
— Скорее! — закричала женщина из телеги. — Эти псы вот-вот будут там.
Маленький отряд — большинство сидело в пустой телеге — трясся по пустынным безмолвным улицам нижнего города. Двери и ставни болтались открытыми. Повсюду громоздились пожитки, слишком тяжелые, чтобы их увезти. Кое-где бродили гуси и свиньи. Скрежет оси телеги отдавался на пустых улицах так пронзительно и гулко, что Дьюранд поморщился и тут же бросил быстрый взгляд на Дорвен. Она сошла с ума! Отправиться в столь рискованную вылазку! Надо было запереть ее в самой дальней башне замка Акконель. От переживаний Дьюранд буквально места себе не находил. Не в силах спокойно сидеть со всеми в телеге, он шел пешком.