Посередине
Шрифт:
Он еще немного помолчал, обдумывая всплывавшие в голове варианты своих действий. Поле казалось широким, но в действительности предлагало не так много вариантов.
— А если мне немного подтолкнуть государя? Скажем так, вдруг на его резиденцию нападет какой-нибудь маг? Что тогда будет? Что подумает император?
Все было конечно шито белыми нитками и давало не так много шансов на успех, но все же…
— Явно он не обрадуется. Тут любой о заказе подумает.
Покушение
– //-//-
Аргулов, глава имперской комиссии по обороту лекарственных средств в сильном волнении расхаживал по своему кабинету. Дойдя до огромного окна с видом
Сухопарый, чуть сгорбленный, с абсолютно лысой головой, мужчина то и дело взмахивал руками. То громко, то шепотом что-то обсуждал сам с собой, иногда даже переходя на крик.
— … Они там сами не знают чего хотят. Да и не хотят ничего знать. Им, главное, вынь, да положь, — ярился он. — А я, что крайний теперь? Легко сказать еще тяни время… Как это сделать?
Мужчина уже добрых полчаса продолжал костерить главу имперской безопасности, который открытым текстом приказал «не выпускать в свет» новое лекарство от гиганта имперской фарминдустрии, корпорации «Русское здоровье» господина Рукавишникова. И Аргулов сделал все, что мог в пределах своих полномочий. Почти на две недели смог приостановить производство нового препарата под предлогом его дополнительной экспертизы. Но все возможные и невозможные сроки уже прошли. Тянуть дальше было просто юридически невозможно.
Вдобавок, ему несколько часов назад лично звонил сам Рукавишников и недвусмысленно намекал на десятки исков, и в отношении него самого, и в отношении комиссии по обороту лекарственных средств. А компетентность и «зубастость» корпоративных юристов Рукавишникова глупо было недооценивать.
— Как их «притормозить»? Все же проверено вдоль и поперек. Лекарство прошло все мыслимые проверки. И оно, действительно, уникально!
И правда, первая же серия экспертиз показала, что предъявленный образец, всего лишь несколько миллиграмм, обладал поистине невероятными характеристиками. Признаться, когда он знакомился с результатами исследований, то подозревал какую-то мистификацию или даже обман. Не могло ведь обычное лекарство оказывать настолько сильный восстановительный и лечебный эффект. Он даже не мог себе представить, что могло произойти с человек после приемки полного курса такого лекарственного средства.
И не понятно, к чему тогда вокруг лекарства ведутся такие подковерные игры? Ведь, это средство жизненно необходимо самым обычным людям, которым недоступны услуги магов. Оно может спасти жизни невероятному числу людей.
— Проклятье, что у них там за разборки?! — Аргулов едва не сплюнул на паркет под ногами. — Никак между собой разобраться не могут…
Правда, был еще один интересный момент, который тоже способствовал его немалому смятению. Дело было в том, что Рукавишников в беседе ему дал понять, что одна из первых доз этого лекарственного чудо-препарата может достаться Аргулов и совершенно бесплатно. А оно, чего тут греха таить, очень бы пригодилось его супружнице Машеньке, которая за последние месяцы совсем плоха стала.
– … Да, пошли они все, — еле слышно прошипел он, бросая быстрый взгляд на небольшую фотографию на столе. Там была изображена немолодая брюнетка с остатками было красоты. Ее немного изнеможденное лицо с темными кругами под глазами оговорило о какой-то болезни, что «сгрызала» женщину. — Сами пусть в этом разбираются.
Мужчина схватил коммуникатор и быстро набрал сохранившийся в памяти номер одного из своих многочисленных помощников, находящихся на канцелярии комиссии.
— Слушай меня внимательно, Олег, — быстро, буквально скороговоркой, проговорил он. — Сегодня же, нет, сейчас же, подготовишь все разрешительный документы на тот самый препарат, что у нас в приоритетной работе. Лично, без всяких перепоручений, позвонишь господину Рукавшиникову
И уже заканчивая разговор, передумал.
— Нет, постой. Я сам с ним переговорю.
Аргулов решился. Несмотря на возможные негативные последствия, он все же даст «добро» на выпуск этого лекарственного препарата, который уже на этапе экспертизы вызвал просто невиданный ажиотаж.
– //-//-
Величественный Империум-холл, помпезный концертный зал, выстроенный в стиле нью-ампир, был оцеплен тремя кольцами охраны, состоявшей изполиции и специальных частей столичной жандармерии. На перекрестках установлены мобильные стрелковые комплексы, среди патрульных угадывались фигуры магов из боярских дружин.
Столь беспрецедентные меры безопасности были связаны с проходившим в столице учредительным съездом первой торгово-промышленной партии, чего история империи еще не знала. Учредителем новой партии, получившей довольно характерное наименование «Прогрессистская партия торгово-промышленного сословия ‘’Третье сословие за прогресс и реформы’’», стал Совет торговцев и промышленников во главе с его председателем Рукавишиковым Онуфрием Ивановичем.
В Империум-холле собралось более семи тысяч делегатов, представлявших почти восемьсот первичных ячеек новой политического образования и объединявших в своем составе не менее сорока пяти миллионов поданных торгово-промышленного сословия. Невиданное событие объединило и промышленников-милионщиков с громадными капиталами, и купцов второй и третий гильдии, и владельцев крошечных семейных предприятий, фирм и лавок с тысячными оборотами. Сам магнат Рукавишников с особым удовольствием на камеры многочисленных журналистов беседовал то со степенными торговцами рыбой с Азова, то с молодящимися предпринимателями из айти сферы.
Особую атмосферу равенства, братства и единения всех торгово-промышленных сил империи поддерживало и бесчисленное множество самых разнообразных интерактивных экранов с жизнеутверждающими лозунгами: «ТРЕТЬЯ СИЛА ЗА РЕФОРМЫ», «СИЛА ИМПЕРИИ В ПРОГРЕССЕ И РЕФОРМАХ», «ВМЕСТЕ ПОБЕДИМ» и многие другие соответствующего содержания.
В таком же ключе велись и разговоры в холле между многочисленными участниками.
– …Хватит нас за безродных собачонок считать. Мы империю кормим, обуваем, одеваем. А что в ответ? Кукиш с маслом вместо благодарности! — стоя у мраморной колонны тряс кулаком бородатый мужчина в сером к клеточку сюртуке. Рядом собрались очень похожие на него делегаты, явно с одной губернии или даже города. — Вона одного первосортного хлебушка наша губерния дает почти мильон тонн! Лучше всякого золота наше зерна. В Европа с руками отрывают. А губернатор как с нами разговаривает?! Через губу! Еще немного и сечь прикажет розгами…
Чуть дальше собралась другая компания — мужчины и женщины помоложе, одетые с претензией на молодежный, неформальный стиль. Хотя все костюмы и платья были самых известных брендов и пошиты отнюдь не в дешевых ателье. Если же прислушаться к ним, то говорили они почти о том же самом.
– … О каком развитии технологий тут, вообще, можно говорить? — презрительно ухмылялась дама с холодным неподвижным лицом, над которым явно поработал талантливый хирург. Скулы приподняты и четко очерчены, припухлые губы, широкий разрез глаз и лоб без единой морщинки. — Мы в одном большом загоне, где нас никто не слышит и не видит. Вы видели последний список получивших Императорские гранты на развитие собственных стартапов? — окружившие ее предприниматели понимающе закивали. Всем было понятно, к чему она вела. Сфера, в которой они «варились», была одна и все знакома. — Там же девяносто процентов магики и чистые аристо с фамилиями из Золотой сотни! Никогда не поверю, что все они гении от науки и бизнеса!