Посейдон
Шрифт:
— Мамочка, это глупость какая-то! Все же прекрасно знают, кто такой наш доктор Скотт.
— А знаешь, что я заметила? — заговорщическим тоном начала Белль. — Каждый раз во время стоянки, когда Скотт отправлялся куда-нибудь на экскурсию, супруги Рого неизменно следовали за ним.
Ее муж не смог сдержать смешка:
— Так же, как и сотни других туристов. Да иногда и мы сами присоединялись к ним, раз уж на то пошло. Ну, Белль, ты меня удивляешь!
— Хорошо, — недовольно фыркнула пожилая
— Но… — растерялся Мэнни.
— Его выгнали с работы.
— Да что ты? Откуда тебе это известно?
— Читала в «Ньюс». И хорошо помню ту статейку, потому что я искала одно объявление, а она было как раз с ней рядом. Там писали следующее: «Преподобный Фрэнк Скотт оставил церковь на Десятой авеню и Клуб мальчиков». Потом они распространялись о том, как в течение последних лет Скотт работал тренером в этом клубе и как он вывел мальчиков в чемпионы по баскетболу, бейсболу и в эстафете по бегу.
— «Оставил»? — хмыкнул Мэнни. — Значит, он сам решил оттуда уйти.
— Мэнни, ты такой наивный! Тебе еще учиться и учиться! В газетной статье это означает, что его выгнали, уволили, понимаешь? Может быть, он связался с девушкой из церковного хора, как обычно это бывает у молодых неблагонадежных священников. Ну, там, изнасилование или что-то в этом духе.
Тут уж Мэнни открыто расхохотался:
— Мамочка, ну у тебя и воображение, должен заметить! Вот кто нужен бульварным газетенкам! Кстати, Церковь на Десятой авеню и так имеет нехорошую репутацию. А если он тренировал мальчиков и сделал их чемпионами, вряд ли у него оставалось время и на девочек тоже. Скорее всего, кто-то просто позавидовал его успеху.
— Ну, в чем я уверена, так это в том, что Рого его явно недолюбливает.
Мэнни неопределенно пожал плечами:
— Рого — типичный выходец из бедных кварталов. Они всегда недолюбливают тех, у кого хорошее образование. Кстати, мистер Мюллер ему тоже не нравится. Может быть, он следит и за ним?
— Мистер Мюллер — настоящий джентльмен, — заметила Белль. — А супруга мистера Рого священника тоже терпеть не может.
— Ты так думаешь? А, по-моему, Линда сохнет по нашему священнику, да вот только он на нее никакого внимания не обращает. Так за это людей не арестовывают, насколько мне известно.
— Ну, тогда спроси самого Рого, — предложила Белль. — Может быть, теперь он тебе откроется.
— О чем вы хотите меня спросить? — тут же поинтересовался Рого. Они с Линдой устроились как раз недалеко от того места, где нашли себе убежище супруги Роузен.
— Давай, действуй, — приободрила мужа Белль.
Роузен подвинулся поближе к Майку и спросил:
— Кого вы выслеживаете
— Никого, — тут же, не колеблясь, ответил Рого.
Но Роузен не собирался отступать так быстро.
— Ну, Майк, перестаньте! — И он многозначительно покачал головой. — Как говорит моя Белль, с каких это пор сыщик с Бродвея может позволить себе месячный круиз вокруг Африки и Южной Америки? Ну, какая вам теперь разница? Тем более, вы скажете это мне, а не кому-нибудь. Кто бы ни был ваш таинственный объект, он уже утонул вместе с другими. Если только, конечно, он не один из нас.
Рого подозрительно посмотрел на Роузена и удивленно произнес:
— А вы-то на какого черта мне?
— Не знаю, не знаю, — признался Роузен. — Меня вы хорошо знаете, я — вас. Но мы почти ничего не знаем об остальных членах нашей маленькой группы. Кто такой, например, этот мистер Мюллер? Или мистер Мартин? Шелби, конечно, приятное семейство, но Белль почему-то считает, что это мог быть даже… — Он понизил голос, переходя чуть ли не на шепот, оставляя, правда, вопросительную интонацию: —…наш священник.
Взгляд Рого не изменился:
— Ваша Белль, как я понимаю, начиталась дешевых романов.
— Я сказал ей то же самое, — согласился Мэнни, — но она уперлась. Вы же знаете женщин. У нее удивительное воображение. А тут она еще рассказала мне, что читала в нашей местной газете, будто его уволили из Церкви на Десятой авеню.
Роузен не сводил глаз с детектива, пытаясь по выражению его лица понять, что тот думает. Но ни один мускул не дрогнул на лице Рого.
— Неужели?
— Да, об этом писали в «Ньюс», — подтвердил Роузен. — Правда, они не стали уточнять причины.
— Ничего не слышал об этом.
— Наверное, именно поэтому он и смог позволить себе совершить такое длительное путешествие.
— Не исключено.
— Ну вот, совсем как вы.
— Да, совершенно верно, — кивнул Рого. — Как я. — Он помолчал и добавил: — Мэнни, забудьте обо всем этом, ладно?
Роузен не стал продолжать разговор. Когда он вернулся к Белль, она тут же принялась допрашивать его:
— Ну, ты его спросил? Да? И что он тебе ответил?
— Ничего. Когда такой сыщик, как Рого, не хочет говорить, он может превратиться в сфинкса.
— Но ты намекнул ему насчет нашего священника?
— Да. И тогда он сказал мне, что ты читаешь совсем не то, что должна бы.
— Возможно, я и ошибаюсь. Все-таки мне раньше не приходилось видеть таких вот священников. Он может оказаться и известным бандитом, между прочим.
— Белль! — Мэнни бросил на нее осуждающий взгляд. — Ты рассуждаешь очень глупо. Всем известно, кто такой этот Скотт, по прозвищу «Юркий». Он отличный спортсмен, и его все знают.