После конца
Шрифт:
— Думаю, два часа вполне достаточно для обдумывания предложения, — окинув каждого пристальным взглядом, мужчина остановился на Соне. — И каков ваш ответ?
— Мы не собираемся…
— Я согласен.
В повисшей тишине слышался приглушенный шум работающего на улице генератора. Все взгляды устремились в сторону Антона, который, напротив, не смотрел ни на кого. Даже на лидера общины, который теперь с любопытством взирал на единственного человека, который осмелился принять его предложение. Отсутствие зрительного контакта не смущало.
— Ты
— Я не хочу умирать, — убитым голосом прошептал Антон, мечущимся взглядом рассматривая лицо наклонившегося мужчины. — Пожалуйста, я хочу жить.
— Ты что творишь? — зашипел Артур, но тут же заработал недовольный взгляд мужчины, за которым последовал удар прикладом в солнечное сплетение.
— Рад, что среди вас есть здравомыслящие, — довольно улыбаясь, Отец перерезал веревки парня, возвращая возможность свободно двигаться. — Вынужден извиниться за больное плечо. Не волнуйся, наши медики быстро его вправят, — он снова обратил внимание на остальных. — Есть еще желающие примкнуть к нашим рядам?
— Иди к черту, — фыркнула Соня. Остальные придерживались того же мнения, исподлобья глядя на поджавшего губы мужчину.
— Мне казалось, вы будете более разумными, но нет. Впрочем, дело ваше, я свою работу выполнил. Думаю, ближе к вечеру наши мясники вами займутся. И, пожалуйста, — уже уходя в сторону выхода, обернулся Отец, гаденько улыбаясь. — Никуда не уходите.
Они снова остались одни, правда, на этот раз в рядах поубавилось. Возможно, оно и к лучшему. Нехорошо так думать, но Соня не могла ничего с собой поделать. Чего-то подобного от Антона она давно ожидала. Жаль только, что его истинная сущность проявилась именно в этот момент.
***
Когда Марк открыл глаза, первым делом почувствовал запах гари. То же самое он чувствовал, идя мимо пищевого блока, в котором обжигалось мясо свиней. Паленое мясо и сожженные редкие волоски — такая комбинация прочно въелась в память рецептором, вызывая не самые приятные ассоциации. Ему всегда было жалко этих животных, но умом юноша понимал, без нормального белка им не выжить. Потому приходилось помогать, если требовалась помощь, не обращая внимание на собственную жалость.
Вот только сейчас он находился не в родном блокпосте, да и вокруг на полу, разложенные по ведрам и коробкам, лежали далеко не останки скота, да и сам он лежит привязанный на столе без возможности нормально двигаться.
Спустя несколько минут парень осознал, что находится здесь не один. Стараясь не шевелить больным плечом, он повернул голову так, чтобы разглядеть своего соседа по несчастью. Картина перед глазами оказалась весьма странной. Андрей лежал на таком же столе, вот только сейчас, согнув ногу в колене, он отчаянно пытался дотянуться до подошвы на сколько это вообще было возможно с привязанными руками. Занятие видимо было слишком увлекательным, раз он не заметил пробуждения друга.
— Что ты делаешь?
— Проснулся. Думал, до второго пришествия в отключке
— В смысле сгореть? — нахмурился Марк, дергая здоровой рукой. Без толку, веревка только режет кожу запястья.
Не удосуживаясь долгими объяснениями, Андрей кивнул в сторону рабочей печи. У Марка лицо вытянулось, стоило представить себя внутри, да еще и живым. Определенно стоило уносить ноги, но для начала предстояло разобраться с веревками.
— Не прошло и года, — облегченно выдохнул Андрей, выпрямляя ногу и расслабляя мышцы на пару секунд. В руке теперь был зажат кусочек лезвия. На немой вопрос Марка он как мог пожал плечами, принимаясь работать над узлом. — Виктор всегда учил прятать такие нычки так, чтобы только ты знал, где они, и мог воспользоваться в любой момент. Одно из таких излюбленных мест — толстая подошва ботинок. Легко прятать отмычки и такие кусочки лезвий.
— Умно.
— А главное полезно.
Ему потребовались считанные минуты, чтобы освободить себе руки и, едва не свалившись со стола, проделать то же самое с Марком.
— Спасибо, — благодарно кивнул парень, тут же болезненно морщась.
— Плечо?
— Кровь идет, — касаясь бинта, Марк поднес пальцы ближе к лицу. Окровавленные, с них стекали некрупные алые капли. — Еще и двигать рукой нормально не могу. Что за непруха?
— Радуйся, что вообще жив, — хмыкнул Андрей, потирая затекшие запястья. — Вон наши вещи. Берем их, ищем остальных и валим отсюда.
— Главное, чтобы без лишних приключений.
— Ну а когда было иначе?
Действительно, когда?
***
Вещи действительно нашлись в углу жаркого помещений. Оружие, как другие личные вещи спокойно валялись в проржавевшем ведре, видимо, чтобы в скором времени отправиться на перераспределение. О том, что пленники могут сбежать, местные ребята как-то не подумали. Видимо, прецедентов не было.
Вариантов для отступления у них было не много. Всего две двери и обе вели в общий зал, служивший холодильной камерой. Вот только одна совсем рядом, собственно, через нее и ходил туда-сюда пекарь, вторая же находилась на уровень выше. Планировка стандартного ангара позволяла выйти к телам через вторую дверь, дабы избежать встречи с любителем костяной выпечки.
Но это лишь в том случае, если все пойдет по плану.
Чуть позже, уже в спокойной обстановке, Андрей подумает, что пора бы запомнить простую истину — у них ничего никогда не идет по плану. Просто, потому что это они.
Они действовали тихо, осторожно. Не шумели, не сносили ничего вокруг. Из вещей тронули только Богом забытую аптечку, чтобы поменять Марку бинты, но толку от этого мало — жгута не было, вот и кровотечение остановить не удавалось. Требовались менее кустарные условия и навыки Нади, которую еще предстояло найти.