После
Шрифт:
– Правда или действие? – спрашивает Стеф.
– Правда, – отвечает он, подумав.
– Ну и ушлепок. – Ее красочный язык не перестает меня поражать. – Правда ли, что в прошлые выходные ты нассал в шкаф Тристана? – спрашивает она, и все смеются, кроме меня. Я понятия не имею, о чем они говорят.
– Нет! Я же говорил, что это не я, – стонет Нэт, и все ржут еще больше.
Зед подмигивает мне.
Раньше я не замечала: надо же, он реально крутой. Очень крутой.
– Тесса,
Я киваю. Смотрю на Хардина, а он смотрит на меня. Я улыбаюсь ему и затем гляжу в сторону. Его хмурый взгляд заставляет меня нервничать. Видимо, ему так же тяжело, как и мне.
– Хорошо, правда или действие? – спрашивает Молли.
– Действие, – смело говорю я.
Никто не знает, что взбредет ей в голову заставить меня делать.
– Поцелуй Зеда. – Раздаются вздохи и смешки.
– Все знают, что она не целуется на людях, загадай что-нибудь другое, – цедит сквозь зубы Хардин.
– Да нет, все нормально: она хочет играть, что ж, поиграем.
– Я не думаю… – начинает он.
– Заткнись, Хардин, – обрывает его Стеф и ободряюще мне улыбается.
Не могу поверить, что согласилась целоваться с Зедом, даже если он один из самых привлекательных парней, виденных мной. Я целовала только Ноя и Хардина, Джонни из начальной школы – не в счет, к тому же на вкус он был как клей.
– Ты уверена? – спрашивает Зед.
Он пытается показать волнение, но не вижу в его идеальных чертах нервозности.
– Да, уверена.
Отпиваю из кружки, заставляя себя не смотреть на Хардина, чтобы не передумать. Все смотрят на нас, и Зед облизывает губы, наклоняется и целует меня. Его губы холодны от коктейля, и на его языке я чувствую сладость вишневого сока. Его губы мягкие, еще мягче моих, язык движется очень умело вместе с моим. Чувствую, как в животе разливается тепло – не такое жаркое, как с Хардином, но мне приятно, когда Зед, обнимает меня за талию и мы соприкасаемся коленями.
– Ладно… блин. Она сказала поцеловаться, а не трахаться на глазах у всех, – бурчит Хардин, но Молли советует ему заткнуться.
Я искоса смотрю на Хардина: похоже, он взбешен, но сдерживается. Отрываюсь от Зеда, чувствую, как горят щеки, когда все на нас смотрят. Стеф показывает мне большой палец, но я опускаю взгляд. Зед оказался очень приятным, я смущена, но в восторге от реакции Хардина.
– Тесса, твоя очередь спрашивать Тристана, – говорит Зед.
Тристан выбирает действие; за отсутствием креативного мышления я заставляю его выпить рюмку.
– Зед, правда или действие? – спрашивает Тристан, выпив.
Я допиваю остатки из своей кружки, и с каждым глотком мои чувства притупляются.
– Действие, – отвечает Зед.
Стеф
– Поднимитесь с Тессой на второй этаж на десять минут, – командует Тристан.
У меня перехватывает дыхание. Это уже чересчур.
– Отлично, – говорит Молли, усмехаясь мне.
Зед смотрит на меня, как будто спрашивая согласия. Не говоря ни слова, встаю, беру Зеда за руку. Он удивлен, как и остальные, но тоже встает.
– Это не правда и не действие, это… хм… ну, это совершенно по-идиотски, – говорит Хардин.
– Почему это? Они оба одни, и всем весело, так в чем же дело? – спрашивает Молли.
– Я… да мне без разницы. Просто думаю, что это тупо, – отвечает Хардин.
У меня снова жжет в груди. Он, очевидно, не планировал никому говорить, что мы с ним… были… обо всем, что между нами было. Все это время он просто меня использовал, я для него была одной из многих. Да, я дура, полная дура, если думала, что было иначе.
– Это тебя не касается, Хардин, – резко говорю я и тяну Зеда за руку.
– Просто огонь! Вот черт! – слышу я несколько голосов, и среди них проклятия Хардина.
Мы с Зедом уходим. Находим наверху чью-то спальню, Зед открывает дверь и включает свет.
Теперь, когда я далеко от Хардина, наедине с Зедом я волнуюсь гораздо сильнее. Неважно, насколько я зла на Хардина, я не хочу спать с Зедом. Ну то есть не то что не хочу, просто я знаю, что не должна. Я не тот тип девушки.
– Так что ты хочешь делать? – хрипло говорю я.
Посмеиваясь, он подводит меня к кровати. Господи.
– Давай просто поговорим, хорошо? – говорит он, и я киваю, глядя в пол. – Не то чтобы я не хочу чем-нибудь с тобой заняться, но ты пьяна, и я не хочу использовать твое состояние.
Я ахаю.
– Удивлена? – спрашивает он.
– Немного, – со смехом признаюсь я.
– Почему? Я не такой придурок, как Хардин, – говорит он, и я отворачиваюсь. – Я знаю, между вами что-то было.
– Ну… мы просто… Ладно, мы были друзьями, не больше.
Мне не хочется признаваться, что я оказалась настолько глупа, что поддалась на обман Хардина.
– Так ты еще встречаешься с тем парнем из школы?
Расслабившись от того, что можно больше не говорить о Хардине, я отвечаю:
– Нет, мы расстались.
– Жалко. С тобой он был счастливчиком, – сладко улыбаясь, говорит Зед.
Он очарователен. Ловлю себя на том, что засматриваюсь в его карие глаза; его ресницы гуще, чем у меня.
– Спасибо.
– Может, встретимся как-нибудь? Устроим пробное свидание? Не здесь, не в спальне в братстве, – говорит он, нервно усмехаясь.