После
Шрифт:
Тому, кто отказывается говорить кому-либо, даже собственным родителям, что он их любит, ничего не стоит выплеснуть на меня ненависть.
– Он… его очень сложно понять. – Это все, что я могу сказать.
– Да-да, это точно. Но, Тесса, я надеюсь, ты все равно придешь ко мне на свадьбу, даже если у вас с ним не сложится.
– Конечно, – отвечаю я.
Почувствовав перемену настроения, Карен переключается на теплицу. Мы ждем, когда еда будет готова, а затем раскладываем все на столе.
Неожиданно
– Привет, ты, наверное, Тесса, – говорит она, опережая Лэндона, уже открывшего рот, чтобы представить нас друг другу.
Она тут же подходит и обнимает меня, я обнимаю ее в ответ.
– Дакота, я о тебе так много слышала, хорошо, что мы наконец-то познакомились! – говорю я, и она улыбается.
Лэндон провожает ее взглядом и обнимает Карен, после чего садится на табурет.
– Мы прошли мимо Кена. Он как раз заезжал в гараж, будет с минуты на минуту, – сообщает Лэндон матери.
– Замечательно, мы с Тессой уже накрыли на стол.
Лэндон идет к Дакоте, обнимает за талию и ведет к столу. Я занимаю место напротив них и оглядываюсь на пустующий стул рядом с собой, поставленный Карен «для симметрии». Мне становится немного грустно. В другой жизни Хардин сидел бы рядом и держал меня за руку, как Лэндон Дакоту, и я могла бы опереться на него, не опасаясь быть отвергнутой. Уже жалею, что не пригласила Зеда; конечно, вышло бы очень неловко, но обедать в обществе двух счастливых пар еще хуже.
От размышлений меня спасает Кен. Прежде чем сесть, он подходит к Карен и целует ее в щеку.
– Ужин выглядит замечательно, дорогая, – говорит он и игриво кладет салфетку на колени. – Дакота, ты с каждым разом все красивее. – Он улыбается ей и поворачивается ко мне: – Тесса, поздравляю тебя со стажировкой. Кристиан позвонил мне и все рассказал. Ты произвела на него положительное впечатление.
– Еще раз спасибо вам, это просто замечательная возможность, – улыбаюсь я.
Все умолкают, увлеченные курицей, оказавшейся очень вкусной.
– Извините, я опоздал, – слышу я из-за спины.
Вилка падает у меня из руки прямо на тарелку.
– Хардин! Я не знала, что ты придешь! – ласково говорит Карен и смотрит на меня.
Я отворачиваюсь. Сердце стучит быстрее.
– Да, мы же обсуждали это на прошлой неделе, Тесса? – улыбается он своей жесткой улыбкой и занимает место рядом со мной.
Что с ним? Почему он просто не может оставить меня в покое? Я знаю, отчасти я сама виновата, что поддаюсь ему, но ему явно нравится играть в эти кошки-мышки. Все смотрят на меня, я киваю
– Ты, наверное, Далила? – спрашивает ее Хардин.
– Дакота, – мягко поправляет она.
– Да, Дакота, без разницы, – бормочет он, и я бью его под столом по ноге.
Лэндон впивается в него взглядом, но Хардин, кажется, не замечает. Кен и Карен разговаривают между собой, Дакота и Лэндон – тоже. Я сосредоточенно ем, обдумывая пути отступления.
– Как тебе вечер? – небрежно спрашивает Хардин.
Он знает, что я не хочу устраивать сцену, и пытается вывести меня из себя.
– Хорошо, – спокойно отвечаю я.
– Хочешь узнать, как у меня дела? – ухмыляется он.
– Нет, – бормочу я и беру еще кусок.
– Тесса, это твой автомобиль снаружи? – спрашивает Кен.
Киваю.
– Да, я наконец-то купила себе машину! – говорю я несколько напряженно, надеясь, что все остальные присоединятся к разговору, чтобы не общаться исключительно с Хардином.
Хардин поднимает бровь.
– Когда?
– На днях, – отвечаю я. – В тот же день, когда ты говорил со мной об игре, помнишь?
– Да ну, где ты его взяла?
– В магазине подержанных автомобилей, – отвечаю я.
Вижу, что Дакота и Карен стараются скрыть улыбки. Почувствовав возможность отвлечь внимание от себя, спрашиваю:
– Дакота, Лэндон рассказывал, ты думаешь о балетной школе в Нью-Йорке?
Она рассказывает нам о своих планах переехать в Нью-Йорк. Лэндон искренне радуется за нее, несмотря на расстояние, которое будет их разделять. Когда Дакота замолкает, Лэндон смотрит на телефон и говорит:
– Что ж, нам пора выдвигаться. Костер ждать не будет.
– Что? – восклицает Карен. – Ладно, но возьмите с собой хотя бы часть десерта!
Лэндон кивает и помогает уложить еду в контейнеры.
– Ты собираешься поехать со мной? – спрашивает Хардин.
Я оглядываюсь, не совсем понимая, к кому он обращается.
– Я тебе говорю, – поясняет он.
– Что? Нет, ты же не собирался ехать.
– Собирался. И поскольку ты не можешь меня остановить, тебе остается поехать со мной. – Хардин улыбается и пытается положить руку мне на бедро.
– Что с тобой, одурел? – говорю я, понизив голос.
– Мы можем поговорить на улице? – спрашивает он, указывая взглядом на отца.
– Нет, – тихо отвечаю я. Каждый раз, когда мы с Хардином «разговариваем», я в конечном итоге рыдаю.
Но Хардин вскакивает и, схватив меня за руку, заставляет подняться.
– Мы будем на улице, – объявляет он и тянет через гостиную к выходу.
Когда мы оказываемся на улице, я выдергиваю руку и предупреждаю:
– Не прикасайся ко мне!