Последнее испытание
Шрифт:
Собаки тут же принялись вылизывать ему физиономию.
— Не сметь! Слушайте, что я говорю!
Но толком сказать ему так ничего и не удалось.
Винни поднялся с колен, вытер обслюнявленное лицо и с укоризной произнес:
— Ведь вы, ребятишки, мужчины, так или нет? Как я. И это просто неприлично лезть человеку в ширинку или лизать яйца. Пусть даже они твои собственные.
Но проку от всех этих слов было мало. И вот Винни Церебрини по прозвищу Три Пса пришлось принять, возможно, самое сложное решение в
К несчастью, выбор этот был почти вынужденным. К тому времени уже по всему Сан-Франциско распространились слухи о том, что он «голубой». И пусть бы Винни женился теперь хоть на трех женщинах сразу — остановить «процесс» было уже невозможно.
Конечно, Винни Церебрини, он же Три Пса, мог бы подать на всех своих обидчиков в суд. Ведь то была чистой воды клевета, распространяемая этими грязными крысами-писаками. Однако беда заключалась в том, что к распространению порочащих честь Винни сплетен присоединилась и коза-ностра. А разве возможно засудить коза-ностру?.. Ответ однозначен — нет. Особенно с учетом того пикантного факта, что ты сам являешься членом мафии. А где это видано и слыхано, чтоб рядовой член мафии подавал в суд на своего крестного отца?!
И Винни оставалось лишь одно — бесследно исчезнуть.
Городок Бангор, что в штате Мэн, находился на приличном расстоянии от Сан-Франциско. Во всяком случае, для того чтобы там скрыться. И вот Винни купил участок земли и целую гору старых резиновых покрышек. Яму он вырыл сам, своими руками. А затем с помощью кувалды — прежде он использовал ее лишь раз в жизни, чтобы раскроить череп Сальваторе Слоубону по прозвищу Сынок, — забил каждую из покрышек землей и грязью. И каждая из них стала весить фунтов по триста, не меньше.
В сосновой роще на окраине городка Бангор он выстроил себе убежище класса «люкс». Проникнуть туда было практически невозможно — оно находилось под землей. Стены и кровлю Винни выложил набитыми землей покрышками — пуленепробиваемым материалом. Даже снаряды, выпущенные из ручного гранатомета, отскочили бы от них, словно теннисные мячики, а ракетные установки залпового огня типа «катюша» лишь сорвали бы верхний слой почвы.
В этом подземном убежище и поселился Винни со своими тремя собаками и кое-какими денежными накоплениями — в расчете на то, что семья Д'Амброзиа никогда его здесь не найдет.
И действительно целый год до него не могли добраться. Не только они, вообще никто.
Затем одним жарким июльским днем установленный в убежище датчик вдруг зарегистрировал чье-то приближение. Винни включил видеокамеру наружного слежения. И увидел идущего через рощу мужчину. Высокий, худощавый, с аккуратно и коротко подстриженными волосами...
— О, Бог ты мой, это еще что за дерьмо такое? — простонал Винни.
Одетый в серые хлопковые брюки и белую футболку, парень словно сошел с рекламного
— Видать, сплетни этих гребаных членососов распространяются со скоростью лесного пожара, — пробормотал Церебрини. — Вот и местные гомики стали крутиться поблизости, вынюхивая, чем бы поживиться.
И Винни включил громкоговоритель:
— Эй ты, вали отсюда! Иначе хуже будет!
Но парень продолжал шагать прямо к двери.
— Ага, понял! Я все понял! Это приманка, точно!.. Дон Сильвио вообразил, что я клюну на этого типа! И тогда он или пришьет меня, или же я заражусь от него СПИДом! Хренушки вам! Ничего не выйдет!..
И Церебрини крикнул:
— Эй, Придурок, Толстомордый, Череп! Сюда, ребятишки! Куда вы запропастились, глупые твари?
В игральной комнате, где только что мирно спали все собаки, послышалась какая-то возня, затем выскочили риджбеки.
Отпихивая их любопытные морды от ширинки, Винни сказал:
— Вон, видите на экране парня? От него надо избавиться. Понятно? Он плохой! Плохой!
И хозяин приладил веревочную лестницу, ведущую на крышу, к единственному выходу из своей неприступной крепости.
Собаки, в течение долгих недель не видевшие солнечного света, радостно рванулись наверх. Огромные мускулистые их тела цвета слегка поджаренных тостов напряглись и так и дрожали от возбуждения.
Винни уселся у экрана, намереваясь посмотреть, как незваного гостя разорвут на части. Ибо нет на свете собак злее африканских риджбеков — ведь недаром их вывели специально для охоты на львов и людей.
Римо заметил несущихся ему навстречу псов и понял, что поиски увенчались успехом. Все три собаки выскочили из дыры в насыпи — значит, он попал куда надо.
Рыча и подвывая, псы, по размерам смахивающие на небольших лошадок, мчались прямо на него.
Первому Римо позволил проскочить у себя между ног. Собака по инерции промчалась дальше.
Второй пес подпрыгнул — с явным намерением вцепиться ему в горло. Римо схватил его за отвислые уши, а потом развернулся и зашвырнул собаку в кусты — только хвост в воздухе успел мелькнуть.
Третья собака, увидев такое, вдруг замерла как вкопанная. На спине ее вздыбилась шерсть. Риджбек ощерился и зарычал.
Римо швырнул ему заранее припасенное лакомство. Пес обнюхал кусок и заглотил. Римо швырнул второй.
Тем временем две другие собаки уже очухались и с двух сторон стали подбираться к чужаку. Лакомые кусочки достались и этим: собаки с жадностью набросились на угощение, сопя и втягивая воздух подвижными коричневыми носами.
Увидев, что теперь все при деле, Римо наклонился к дыре в земле и крикнул:
— Винни Церебрини!..
— Пошел прочь! — донесся снизу злобный выкрик.
— Ты Винни, по прозвищу Три Пса? — спросил Римо.