Последний довод
Шрифт:
Афродита насупилась:
– А я ничего против Зевса и не сказала, я к людям ко всем одинаково, а это им решать, детей рожать или карьеру делать. А болезни, так то - по-италийски…
– Ладно, ладно, заплачь еще. И вот что, ты хоть и Богиня любви, но похоть свою могла бы чуть умерить. От твоих шашней с Аресом у Гефеста уже такие рога повырастали, что скоро в кузне не поместятся. А Гефест - сын мне, хоть и хромой…
Фемида развлекалась. Она клала на одну чашу весов дело обвиняемого, а на другую - уголовный кодекс. Дождавшись, пока стрелка весов укажет на
– Приветствую тебя, Фемида!
– поклонился учтиво Зевс.
– Славься во веки, великий Бог Богов, - почтительно склонила голову Фемида.
– Какие новости там, внизу?
– скорее для порядку поинтересовался главный Бог.
– Ах, - махнула рукой Фемида, - не минуты покоя. Замучили совсем, судятся где только можно, юристов расплодилось, что собак нерезаных. А как тут одной успеть? Да ладно бы по делу, а ведь все больше в арбитражный суд обращаются с исками. И столько в них наворотят… А я в финансах, сам знаешь, ни бум-бум. Прямо голова кругом идет. Вот держу порой весы, глаза повязкой закрыты, но все равно чувствую, какая-то сволочь за одну чашечку дергает потихоньку. Пробовала мечом его достать, да разве попадешь с глазами-то закрытыми…
– Да, да, - согласно кивнул Зевс, - времена меняются… Слушай, Фемида, ты знаешь все законы, так что скажи мне… Только это между нами, договорились? Есть ли в законах что-либо про… статус Главного Бога?
Фемида вроде и не удивилась вопросу, достала какой-то толстенный свиток и, шевеля губами, начала его просматривать:
– Закон сохранения энергии - не то, закон всемирного тяготения - тоже, закон Ома - совсем холодно… Ага, вот, - сказала Богиня торжественно, - из «Свитка законов мироздания». Статья шестая: «Всякий Главный Бог считается главным по совокупности храмов, в честь него возведенных, и по числу славословий от смертных исходящих, а также по числу жертв ему принесенных».
– И все?
– с надеждой спросил Зевс.
– Пункт второй, - прочитала Фемида, - «Если занимающий пост Главного Бога не имеет перевеса по указанным вышеназванному в пункте 1, статьи 6, то иной Бог, опережающий Главного Бога по указанным показателям, имеет право на заявку своих претензий на ежегодном Олимпийском фестивале».
Зевс вцепился в свою бороду пятерней и застонал…
– Что с тобой, великий Бог?
– встревожилась Фемида.
– Зубы, записался сегодня к Эскулапу, - соврал Зевс и шагнул с облака.
Зевс нервничал, злился, метал молнии. Реки вышли из берегов, Европу затопило, бурные мутные потоки сносили мосты. Огромный орел с изрядно полысевшей головой ловко увернулся от очередной молнии и приземлился у ног хозяина. Зевс, потянувшийся было за новой порцией небесного огня, заметил птицу и отложил страшное оружие:
–
– Если верить слухам, то все так, как и говорил Марс. Как ты и предполагал, величайший, - почтительно поклонился орел.
– А именно?
– Меркурий что-то замышляет, й в самое ближайшее время. Он стал очень популярен у смертных.
Зевс покачал головой:
– Неужели смертные нынче перестали бояться небесного огня? Неужели успехи в торговле для них важнее, нежели слава героев, подвиги?
– Мир изменился, Зевс, люди обленились и привыкли к комфорту. Все на Земле обрело цену, поэтому и развелось так много торгашей. Вот ты сколько молний только что потратил, а им хоть бы хны, они о страховке думают.
– Грустно это, - сказал Зевс и с сожалением глянул вниз.
– Если честно, скучаю я, друг мой, о временах былинных героев, о коих, складывались мифы и легенды.
– Не осталось героев, - согласился орел, - не о ком больше петь старику Гомеру… Разве что…
– И не думай об этом!
– Зевс понял, Куда орел клонит.
– Прометей - вор, а не герой, и наказан по справедливости! Хотя… хотя если он образумился… Ладно, обмозгуем. И вот еще что, слетай-ка ты к Геркулесу, давно про его подвиги ничего не слышно, не захворал ли, часом?
– А что делать со слухами? Пресечь?
– Только хуже будет. Нет, слухи будем распускать сами, и ты мне в этом поможешь…
Дионис, Бахус и Вакх по традиции соображали на троих. Рог изобилия, зажатый между двумя пальмами, был покрыт разноцветными потеками от вин и ликеров, из него что-то капало. Около рога спали вповалку в густой траве с десяток обнаженных сатиров, нимф и наяд, тут же похрапывал зеленый змий. Совсем зеленый от выпитого.
Главные алкогольные Боги возлежали за мраморным столом, уставленным кувшинами и бутылками. Боги спорили.
– А я говорю, лучше крепленое красное!
– утверждал Дионис.
– Водка, и еще раз водка! И никаких там саке и джинов. Только пшеничная и только сорокаградусная!
– возражал Бахус с татуировкой профиля Менделеева на левой руке.
– Коньяк!
– заявил Вакх и некультурно рыгнул.
– Все сидите?
– укоризненно сказал орел, приземлившись на край стола.
– И пьете, и пьете, и пьете… - Когтистой лапой он скинул в траву штоф «Смирновки».
– Думаете, все, кончился Олимп? Вот вам!
– и орел сложил из перьев правого крыла фигу.
– Закуска, - сказал Бахус, увидев птицу.
Орел от греха вспорхнул, отлетел на край полянки и оттуда крикнул:
– Вот вы пьете, а против Зевса - папки вашего, заговор замышляется! Только никому ни слова, это тайна…
– Да ну, правда, что ли?
– протянул Дионис, выслушав орла до конца.
– Ну и дела! Что боги скажут, как услышат? Не боись, тайну гарантируем…
Хмельные боги согласно закивали головами, но при слове «тайна» несколько нимф заинтересованно подняли головы. Орел улетел довольный, он-то знал, хочешь распустить слух, расскажи «секрет» пьяному и потребуй с него клятвы молчать…