Последний рай
Шрифт:
Пещер – жилых, погребальных и всякого другого назначения – на острове великое множество. Их столько, что кладоискателя ждет здесь, в сердце Тихого океана, еще много лет волнений и поисков. И вот я, после того как обходил весь Рапануи, спустился под землю, чтобы самому познакомиться, хотя бы частично, с особым, таинственным миром подземного острова Пасхи.
Для первого раза я выбрал пещеру Ханга Киви Киви, расположенную близ северного побережья острова, к юго-востоку от королевской Анакены. Я захватил с собой карбидную лампу, довольно длинную веревку и даже шахтерскую каску. Затем нашел хорошего
На голой, поросшей низкой травой поверхности острова все время встречаешь подозрительные углубления. Они попадаются так часто, что даже внимание наблюдательного исследователя вскоре притупляется. Многие из них легко проглядеть. Но мой проводник идет уверенно. Спускаемся немного вниз. И вот мы у пещеры Ханга Киви Киви. Я с трудом пролезаю сквозь отверстие в стене, закрывающее вход. Передо мной узкий коридор длиной около сорока метров. В конце его еще одна щель, открывающая проход в глубь пещеры, и вот я уже в главном зале Ханга Киви Киви.
Здесь явно жило несколько поколений островитян. Я ковырнул утрамбованный пол и через пару минут с победным видом показал своему проводнику первую мою «археологическую» находку – обсидиановый наконечник копья. Следующим открытием была человеческая кость!
Не все мертвые покоились в мире в рапануйских пещерах. Череп короля – могущественного Нга Ара, история которого меня так интересовала, – украли его родственники из племени миру, которые были твердо убеждены, что мертвая голова короля обеспечит им высокий прирост поголовья домашней птицы.
Кости покойников здесь, в Ханга Киви Киви, служили и весьма прозаическим целям. Из ребер изготовляли рыболовные крючки и другие полезные предметы.
Я побывал еще в нескольких не очень отличающихся друг от друга пещерах. Здесь также лежали остатки пищи, костяные и каменные инструменты. Везде можно обнаружить следы строительных работ.
После посещения Ханга Киви Киви и соседних подземелий вместе с проводником мы отправились в пещеру, где я мечтал побывать с той поры, как прочитал о ней в книге Тура Хейердала. Называется она Ана О Кеке. Норвежские исследователи перевели это название, как «Пещера солнечного склонения». Однако сейчас ее называют «Пещера белых дев».
Уже сама дорога, ведущая сюда, очень трудна. Ко рву меня доставил грузовик, который развозит по двум «дорогам» острова случайных пассажиров. Здесь мы вместе с проводником выбрались из кузова, перешли через ров и вступили на территорию, очищенную от камней.
Мы идем не торопясь (нужно беречь силы для спуска) вокруг вулкана Пуа Катики. Тремя своими вершинами, на которых первые испанские завоеватели поставили огромные деревянные кресты, он напоминает мне словацкие горы – Матру, Фатру и Татры.
За верблюжьими горбами Пуа Катики наша «дорога» упирается в обрывистый морской берег. Мы остановились в трехстах метрах над пенящимся белым прибоем. «Пещера белых дев» как раз и скрывается в этом неприступном обрыве. Но проводник знает дорогу вниз. Узкая тропка, спускающаяся к морю, слишком отвесна. Мне не страшно, но все же чувствую себя не очень уверенно. Порывистый ветер старается сбросить меня со скалы. А внизу – грозная, открытая пасть морской
Наконец мы добрались до входа в пещеру. Правда, слово «вход» в этом случае не совсем подходит. Точно так же как у Ханга Киви Киви и других пещер, здесь имеется лишь узкая, не более полуметра, щель, видима, рассчитанная на осиные талии полинезийских девушек. Мое тучное тело эта щель никак не пропускает. В конце концов с помощью проводника удается в нее протиснуться – и вот передо мной открывается жилище избранных рапануйских девственниц.
Двигаясь по «Пещере белых дев», можно, вероятно, проникнуть довольно далеко в глубь острова, но убежищем девственниц служил лишь этот, первый ее зал. Я стараюсь представить себе, как жили они здесь, избранные аристократки Рапануи. И вместе с тем думаю о жуткой смерти последних обитательниц Ана О Кеке.
Тех, кто здесь жил, рапануйцы называли неру. Они были дочерьми знатных людей и вели свое происхождение, как правило, от племени, к которому принадлежал первый король. Из-за своего знатного происхождения неру обязаны были выбирать лишь «священные» профессии. Рапануйцы считали также, что стать неру могли лишь те девушки, у которых была абсолютно белая кожа. А так как для полинезийцев характерна желтая кожа, то неру «отбеливали» ее благодаря длительному пребыванию в Ана О Кеке.
Почему островитяне выбрали для этой цели столь пустынное место, я не знаю. Но ведь и в Европе зачастую строили монастыри вдали от городов и населенных пунктов, на вершинах труднодоступных гор.
Рапануйские «монахини» жили в пещере долго. Без мужчин и без помощниц. Пищу им носили женщины из ближайших поселений. Сами неру не работали. Единственной их обязанностью была забота о своей коже. Здесь уместно упомянуть, что подобные «отбеливающие» монастыри существовали и на другом полинезийском острове – Мангарева. Но там девушки должны были не только «обелеть», но и поправиться. Так что пещера становилась и «косметическим» и «диетическим» заведением.
Во второй половине XIX века над островом, затерявшимся в голубых просторах Южных морей, грянул гром. С другого берега Великого океана сюда приплыли рабовладельцы и увезли большинство населения Рапануи на невольничьи рынки в Перу. Среди тех, кого забрали в рабство, оказались и женщины, которые кормили «белых дев». И девушки – одна за другой – стали умирать от голода в своих кельях. Когда спустя много лет люди снова вошли в Ана О Кеке, то они нашли в пещере одни кости. Абсолютно белые кости «белых дев» из Рапануи.
Ана Каи Тангата, третья пещера, которая интересовала меня на острове Пасхи, находилась буквально на расстояний вытянутой руки от моей палатки. Она тоже расположена на морском берегу. Палатка стоит на высоком лавовом поле, примерно в ста метрах над уровнем моря. К Ана Каи Тангата ведет неширокая тропка, по которой нетрудно добраться до входа в пещеру.
Уже с первого взгляда Ана Каи Тангата отличается от Ханга Киви Киви и от «Пещеры белых дев». Широкий вход с большой аркой ведет в подземный собор. Прямо под ногами кипит и грохочет море. Когда прибой особенно силен, волны заливают всю нижнюю часть пещеры, образование которой связывают, кстати, с деятельностью океана.