Последний вальс

Бэлоу Мэри

— Мистер Колин Стюарт, миледи, — представил его сиятельство одного из джентльменов. — И мистер Джорди Стюарт, его брат.

Наконец-то собрались все, с облегчением подумала Кристина. Теперь оставалось лишь не перепутать имена.

— Добро пожаловать в Торнвуд, — произнесла графиня. — Надеюсь, Рождество здесь будет веселым. Прошу вас, проходите в дом.

Кристина была рада тому, что ей не придется ходить меж гостей и знакомить их друг с другом. Все приехавшие в Торнвуд, за редким исключением, знали друг друга. Это она была исключением. Хотя в первые

годы после замужества Кристина была счастлива удалиться от общества. А еще она с готовностью поверила в то, что высший свет безнравственен.

И все же было что-то необычайно привлекательное в этом скоплении улыбающихся и весело переговаривающихся людей. Каждый из них казался дружелюбным и совершенно безобидным. А какое удовольствие находила Кристина в созерцании ярко и модно одетых гостей. Возможно, она ошибалась, полагая…

Несколько мгновений графиня прислушивалась к беседе Маргарет с тремя джентльменами. Одного из них звали Ральф Милчип. Двое других, должно быть, приехали, когда она поднималась в детскую. Кристина вспомнила виконта Латрелла. Его имя значилось в списке гостей, хотя графиню еще не представляли ему.

— Позвольте поинтересоваться, леди Маргарет, — говорил тем временем третий джентльмен, — почему мы никогда не встречали вас в Лондоне? На мой взгляд, прятать такую красоту настоящее преступление.

— Возможно, потому, милорд, — кокетливо ответила Мэг, — что я была слишком занята и слишком счастлива жить в деревне, чтобы вырваться в Лондон. Я пропустила что-то достойное внимания?

Гилберт пришел бы в ужас от подобных слов. Собеседники откровенно флиртовали друг с другом. Но Кристина лишь улыбнулась. «Молодец Мэг», — мысленно похвалила она золовку.

— При взгляде на вас возникает мысль о прекрасном цветке, распустившемся в пустыне вдали от посторонних глаз, — произнес мистер Милчип.

— Только вот деревня вовсе не пустыня, сэр, — возразила Маргарет.

— Пропустили ли вы что-то достойное внимания, леди Маргарет? — вальяжно переспросил джентльмен, которого Кристина приняла за лорда Латрелла. Он держал в руке монокль, хотя и ни разу не поднес его к глазу. — Конечно. Вы пропустили меня.

Нежный смех Маргарет потонул в более громком смехе окружавших ее джентльменов.

— Ах, полноте, милорд, — произнесла она.

Вполне безопасная беседа. И все, что происходит вокруг, тоже безопасно. А потом Кристина подняла глаза и обнаружила, что виконт обернулся и, подняв к глазу монокль, смотрит прямо на нее.

— Я только сейчас понял, что у меня пересохло во рту. А вы, должно быть, графиня, за отсутствие которой на террасе так цветисто извинялся Уонстед.

Слегка склонив голову, Кристина взяла в руки чайник, чтобы налить чаю.

— Вы не ошиблись, — произнесла она.

Виконт отвесил глубокий поклон.

— Гарри Вейн, виконт Латрелл к вашим услугам, миледи, — галантно произнес он.

— Очень рада знакомству, милорд, — ответила графиня. Да, он определенно один из друзей Джерарда.

Мистер Фредерик Кеннадайн, младший брат женатого Джона Кеннадайна,

тоже представился хозяйке дома и взял из ее рук заботливо предложенную чашку с чаем, пока Маргарет беседовала с мистером Милчипом.

Возможно, происходящее не так уж безобидно, подумала Кристина. С минуту виконт Латрелл пристально рассматривал ее в монокль, и графиня почувствовала себя так, словно с нее неспешно и умело снимают одежду. Когда же виконт опустил наконец свой монокль, отвесил поклон и представился, Кристина прочитала в его подернутых поволокой глазах одобрение. Графиню охватила присущая женщине радость, за которую она тут же себя возненавидела.

Глава 7

Через час гости стали постепенно расходиться по своим комнатам, чтобы немного отдохнуть перед ужином, разобрать багаж или написать письма. Вопреки всем опасениям Джерарда охватило приятное головокружение при виде Торнвуда, заполненного весело беседующими друг с другом людьми, и при мысли о том, что все они останутся здесь на Рождество. Не важно, кто первым предложил устроить грандиозное торжество, но идея оказалась и впрямь вдохновляющей.

Джерард с удовольствием прогуливался меж гостей, следя за тем, чтобы каждому из них налили чаю и предложили угощение. Он также пытался представить, что одна из присутствующих здесь молодых леди однажды станет его супругой и хозяйкой Торнвуда. Джерард выделил лишь двух претенденток на эту роль, поскольку почти сразу отмел кандидатуру Маргарет. Наблюдая, как непринужденно беседует и смеется Дженнет с совершенно незнакомыми ей людьми, Джерард подумал, что рядом с этой девушкой он будет чувствовать себя наиболее комфортно. Хотя на роль графини гораздо больше подходила Лиззи Гейнор, если, конечно, он останется в Англии. Если же решит вернуться в Канаду, то…

Если?

Нет, Джерард не мог позволить собственному воображению сбить себя с толку. Он не станет принимать поспешных решений. Сначала нужно тщательно обдумать, кому именно сделать предложение и стоит ли ему вообще жениться. Ясно одно — нужно соблюдать осторожность. Ведь рано или поздно представители высшего света начнут высказывать свои предположения относительно причины, толкнувшей богатого холостяка на то, чтобы собрать в своем загородном доме гостей, среди которых оказалось столько молодых леди на выданье.

— Мы очень благодарны вам за приглашение, милорд, — обратилась к графу леди Гейнор. — Обычно мы праздновали Рождество с семьей моего покойного супруга, но в этом году Лиззи решила принять ваше приглашение. Ведь здесь будут ее друзья, а молодым людям, как вы знаете, очень важно как можно больше времени проводить со своими сверстниками.

— Для меня честь видеть вас в Торнвуде, мадам, — ответил граф.

— Поместье поистине великолепно, милорд, — произнесла Лиззи Гейнор, легонько коснувшись его рукава и заглянув ему в глаза. — Мне не терпится увидеть весь дом. Непременно сообщите, когда сможете показать мне его.