Посольство
Шрифт:
Шеннон подозревал, не имея, впрочем, на то никаких оснований, что посол предпринимал попытку избавиться от советника, и это ему не удалось. Он, разумеется, не мог не видеть его низкопробность и не чувствовать, что в медовых устах таится ядовитое жало. Известно было, что отпуск свой советник проводит в Европе, неофициально встречаясь с мини-страми и влиятельными политиками, после чего в обход посольства присылает донесения своим вашингтонским друзьям - иногда и прямо госсекретарю.
Шеннон был уверен, что советник подставит ножку послу - как и любому другому - при первом
С тех пор, как Харви Чернас уехал домой лечиться, со-ветник фактически стал вторым лицом в посольстве, пере-тасовывая сотрудников, наводя свои порядки и закручивая гайки, и Шеннон ни секунды не сомневался, что через своих вашингтонских друзей активно добивается формального назна-чения на пост заместителя посла.
Телефонный звонок Сью-Энн застал Фрэнка Даннинджера, старшего офицера безопасности, на месте - в его кабинете на первом этаже. Выслушав сообщение, Фрэнк - крепко сколо-ченный, с коротким рыжеватым ежиком волос над грубоватого склада лицом - положил трубку, пересек вестибюль и почти взбежал по главной лестнице. Входя в кабинет N 232, он ус-лышал раздраженный голос советника:
– Как вы сюда попали? Кто вас провел?
– и сразу понял: неприятности.
Спиной к дверям стоял плотный человек в синем костюме и в шляпе, а перед ним - советник и Шеннон.
– Входите, Даннинджер, - пригласил советник.
Когда Фрэнк закрыл за собой дверь, человек в синем на мгновение развернулся к нему всем телом, показав широко-скулое, бледное, мокрое от пота лицо. Шеннон приветливо кивнул ему. Даннинджер зашел спереди. Человек, переводя пытливый взгляд с Шеннона на советника, нервно облизывал губы. Сью-Энн застыла в напряженной позе у своего стола, и Даннинджера осенило: "Сексуальный маньяк - ворвался и хотел что-то вытворить с бедной девочкой". Он прикинул свои дальнейшие действия - вызвать полицию, санитаров из пси-хушки...
– Похоже, что никто?
– услышал он голос советника.
– Сью-Энн, будьте любезны, записывайте все подряд, вопросы и ответы. Итак, ваша фамилия?
– Горенко. Горенко Семен Андреевич.
– Вы пришли сюда по собственной воле? Вас не принуждали?
– Нет.
Даннинджер наморщил лоб, пытаясь осознать происходящее. Советник посмотрел, записывает ли Сью-Энн.
– Кто ещё знает о ваших намерениях? Кому вы о них сообщали?
– Да зачем же я стану об этом...
– Не разглагольствуйте, а отвечайте на вопросы! При-чина, по которой вы просите предоставить вам убежище?
– Неужели непонятно? Убежище-то политическое.
– Какую должность вы занимаете в посольстве?
– Вот мои документы.
Он залез во внутренний карман, извлек бумажник и протя-нул советнику. Тот раскрыл его, вытащил несколько книжечек и начал перелистывать. Шеннон из-за его плеча тоже взглянул на документы. Горенко что-то сказал по-русски, и Шеннон начал было ему отвечать, но советник резко остановил его:
– Попрошу вас не вмешиваться!
–
– Вы слышали, что я сказал?!
– он закрыл бумажник и отдал его Горенко.
Шеннон снова хотел что-то сказать, но вовремя прикусил язык и принялся разглаживать свой галстук. Даннинджер каш-лянул и на шажок отступил к двери. В такой ситуации что ни сделай - все равно останешься в виноватых, а советнику под горячую руку лучше не попадаться.
– Как давно вы находитесь в Париже?
– Вчера прибыл.
– То есть только что получили назначение сюда?
– Вы же документы мои смотрели?
Советник смерил его взглядом и ледяным голосом осве-домился:
– Париж - не лучшее место для предательства, а?
– Не понимаю, о чем вы.
– О том, что при отношениях, сложившихся у вашего правительства с Францией...
– В Швейцарии я обнаружил, что меня пасет советская спецслужба, КГБ. У меня было разрешение приехать в Париж, но я думаю, они и здесь с меня не слезут. Дальше не поеду. Это слишком опасно. Меня насильно вывезут в Союз. А я хочу в Америку.
Даннинджер подумал, что советник, поглядывавший через плечо Сью-Энн на её запись, чересчур осторожничает. Пере-бежчик. Это что-то новое. Что же дальше будет? Он с интере-сом посмотрел на Горенко, потом перевел взгляд на Шеннона, но у того было каменное лицо.
– Я могу предоставить вашему правительству очень ценные сведения, сказал Горенко.
На советника эти слова не произвели особого впечатления.
– Пусть так, но я не понимаю, почему вы требовали встре-чи именно со мной. Мы с вами никогда не встречались.
– Нет, встречались. В прошлом году, в Женеве, на перего-ворах о разоружении, подкомитет "С". Я был в составе совет-ской делегации.
– И это, по-вашему, основание?..
– Нет, это зацепка.
Даннинджер видел, как советник с нескрываемым отвраще-нием изучает Горенко - он знал этот тяжелый взгляд и побаи - вался его.
– Сию секунду я ничего решать не стану, - сказал совет-ник.
– Горячку пороть нечего. Подождите в другой комнате, пока мы обсудим вашу просьбу. Офицер безопасности проводит вас. Не угодно ли...
– Мне угодно остаться здесь, в этом кабинете.
– Нет, это исключено, - явно теряя терпение, но своим обычным тихим голосом ответил советник.
– Следуйте за мистером Даннинджером.
Горенко тяжело дышал, комкая в руках свою шляпу и продолжая время от времени облизывать губы, и Фрэнку неожи-данно стало жаль этого человека.
– Я... Я прошу вас... Я не хочу выходить из здания по-сольства.
– Вас и не просят выходить. Вас вообще ни о чем не про-сят. Это вы просите. А я отвечаю, что в данный момент ничего не могу вам обещать. Согласны подождать - милости просим. Нет - вы в полном праве идти на все четыре стороны.
Лицо Горенко помертвело.
Даннинджер, повинуясь взгляду советника, шагнул вперед и тронул Горенко за локоть.
– Фрэнк, найдите место поудобней, - сказал советник.
– И проследите, чтобы контактов ни-ни, ни с кем.