Потанцуй со мной!
Шрифт:
Теперь уже дрожь колотила Тину так, как будто ее опустили в прорубь. Что он такое говорит? Что все это значит? Ей захотелось бросить трубку, чтобы не отравляться больше льющимся оттуда ядом, но что-то удерживало ее, и она со страхом слушала, что же ее мучитель скажет дальше.
— Не веришь, можешь проверить. Он паспорт с собой носит, в куртке.
Тина молчала, и приободренный Витек продолжил:
— Он мне такое про тебя и сестричек рассказал, умора просто! Как вы на московских парней вешаетесь и все такое. Говорит, что ты ему
Ну, нет! Этого Тина вынести не могла. Она отбросила трубку, села на пол, обхватив руками колени. Сердце дрожало в груди, на глазах закипали слезы. А потом Тина стукнула кулаком по полу, резко вскочила и вихрем ворвалась в комнату.
— Предатель! — накинулась она на Димона. — Что ты там наговорил Урлову про меня и сестер? А ну отвечай!
Краска сбежала с лица опешившего Димона:
— О чем ты? Я не понимаю… — Он потянулся к Тине, но она сердито его оттолкнула.
— Ах, не понимаешь? Как с Урловым на пару розыгрыши устраивать, понимаешь, а на простой вопрос у тебя ответа нет?
Происходящее все еще никак не укладывалось у Димона в голове. Неужели эта фурия — его любимая? Еще недавно мягкая, женственная, нежная, она вдруг стала настоящей мегерой! Он сидел и смотрел на Тину широко открытыми жалобными глазами. А она набрасывалась на него, выкрикивала обвинения, размахивала руками…
— Да что случилось-то? — пробормотал он, теряясь от произошедшей с Тиной метаморфозы.
В ответ девочка сердито топнула ногой и спросила:
— А ну-ка говори, как тебя зовут?
— Я не… — пробормотал Димон, задохнувшись и вдруг поняв, как все плохо. — Ты все знаешь… — упавшим голосом произнес он, лихорадочно пытаясь собраться с мыслями. Что же делать? Как выкручиваться?!
— Как тебя зовут?!! — грозно повторила она.
— Дима, — промямлил он, опустив голову.
— Дима?! Дима… Тот самый, которому три сестры надоели до чертиков… На которого вешается прилипчивая деревенская пиявка… Значит, ты врал мне, все это время врал!.. А я-то думала, ты настоящий! Дура… Поверила тебе… Витя! До конца поверила… А ты… Ты просто ничтожество! Неудачник… И я больше ни минуты, ни секунды не останусь в этом доме! И знать тебя больше не желаю, понял?
Димон не успел произнести ни слова, как Тина выбежала в коридор, хлопнула дверью. Он рванулся за ней, но опоздал — двери лифта закрылись перед его носом.
Тина исчезла. Чувствуя, что все кончено, Димон выбежал на улицу, но Тины нигде не было, девочка растворилась, растаяла в синих сумерках. Он пошел наугад, не понимая, куда, не слыша гудков машин и отчаянной ругани шоферов. Было зябко, ветер рвал полы куртки, но Димон ничего не замечал. Неужели он потерял ее? Тина была единственной, и никогда ему больше не найти такой девочки — с тремя именами, гордой и смелой, красивой и нежной.
Когда он окончательно изнемог, ноги сами принесли его в темный пустынный парк. Он не помнил, как очутился
И больше ничего.
Глава 24 Исполнение желаний
Димон проснулся от того, что ему на щеку капнуло что-то теплое. Он открыл глаза и зажмурился, ослепленный яркими солнечными лучами.
— Ну наконец-то, — раздался голос, который он уже и не надеялся услышать. — Наконец-то я тебя нашла!
Сердце сладко замерло, и Димон понял, что готов провести так всю оставшуюся жизнь… Или это только сон?
На лоб ему снова капнуло что-то теплое — нет, это точно сон, такое не может быть явью: Тина склонилась над ним, плачет, и это ее слезы чертят дорожки у него на щеках.
— Что случилось? — разгибая закоченевшее тело, он с трудом сел. — Почему ты ревешь? Я опять что-то не так сделал?
В ответ она закивала и разразилась настоящими рыданиями. Он осторожно обнял ее за плечи, погладил по волосам:
— Ну прости, я не хотел… Ты же знаешь, я всегда впросак попадаю… Могла бы и привыкнуть…
Нет, не везет ему в это чудесное солнечное утро! Его неуклюжие попытки пошутить вызвали у Тины новый приступ плача, и теперь уже все приникшее к нему худенькое тело содрогается от рыданий. Смешная… Еще вчера гнала его, а сегодня плачет… Не понять этих девчонок! А он — он так счастлив, просто оттого, что она рядом…
Но вот, наконец, Тина немного успокоилась, и ему удалось разобрать слова:
— Прости меня, пожалуйста! Я такая дура! Поверила Урлову… А он просто счеты с тобой хотел свести, вот и наговорил на тебя. За то, что ты у него драгоценности выиграл. И за то, что я тебя выбрала! Мне сестры все рассказали.
— Так ты и вправду меня выбрала? — задохнулся от счастья Димон.
— Ну да… Но только ты не думай, что тебе теперь все прощается!
Димон сжал плечи Тины и виновато произнес:
— Я и не думаю… Самому стыдно. Натворил дел…
— Да уж! Мы чуть с ума не сошли. Тебя же всю ночь не было! Сбежал, исчез… Домой не вернулся. Разве можно так поступать? Мы весь город обегали, все больницы обзвонили. Бог знает что воображали. Может, ты под машину попал. Или замерз. Или в историю какую-нибудь влип… С твоим-то характером!
— А я, вообще-то, действительно замерз… И, похоже, капитально влип. — Димон озадаченно почесал затылок. — А как ты меня нашла?
— Не знаю… Просто вспомнила, что ты любишь здесь гулять… И решила на всякий случай проверить. Но я никак не думала, что найду тебя под кустом! Разве можно спать на голой земле? Ты же простудишься!